К завтраку Серый вышел, завернутый в ту же заячью полость. Мох, прилипший к жиру, кое-где виднелся на его лице и шее.

– Дальнейшее лечение тебе назначит Мэгги, - сказал ему Шеф.
– А теперь, Вячик, напомни мне, где у нас самая дальняя к северу заимка?

– День пути - примерно вдвое дальше, чем Кубьина могилка. Там ещё ручей с подтопленной луговиной - мамонты её влево обходят, потому что справа топко. А ближе и дальше нормальный лес. Зимой мы туда на фазанов ходим.

– А эта? Тигра без полосок?

– Так её Кып уже уконтрапупил. Как раз манто для Виктории... или палантин... я их путаю.

– Душегрейка, - буркнула Лариска.
– В манто ты возле печки не шибко-то покрутишься, а она её носит, не снимая.

– Искренне рад, - остановил дискуссию Веник.
– Нам нужно постоянно держать на той заимке парный пост. Похоже, на севере нынче погоды расшалились и подорвали кормовую базу, так что можно ждать прихода оттуда кого угодно. И жвачных, и хищников, и людей. Люди нам, как все уже поняли, нужны кругом. А на промысел дозорным можно не особенно напирать, чтобы не отпугнуть тех зверей, за которыми могут прийти охотники. Задача - подружиться, зазвать в гости, уговорить пожить у нас, а потом влить в наш коллектив новые кадры. Возражения не принимаются, поскольку решение принято. Любые предложения по составу набора подарков, гостинцев и иных завлекалочек принимаются до момента выхода. Это с рассветом, то есть, примерно через час.

Дежурим по неделе. Первая смена моя. В напарники беру...
– толчок локтем в бок, - Кобецкую. Следующий наряд сформирует Вячик, он же обеспечивает смену караула и отправку провиантского довольствия с уходящими в дозор. Остальные вопросы решает Босс.

***

Вечером в мастерской-пристройке тоже проходили тихие игры. Прикраивали берестяную латку на обшивку очередного челнока, прилаживали накладную подошву к мокасину, выглаживали плечи лука - тут, в основном, копошились мальчики. Только Галочка сидела с Лёхой и Пашкой - они натягивали на прямоугольную гитару струну и передвигали по грифу лады, выбирая им место. Слушали и спорили, что за нота прозвучала. К ним и подсел Серый, обряженный в "дежурный" хитон из потёртых заячьих шкурок.

– Выходит, Веник так теперь с вами разговаривает, как вроде вы ему домовые эльфы, - завел он разговор на тему, что его взволновала.
– Ну, я понимаю, что должон быть порядок, но, блин, почему именно он? Ведь никакой же, этой... кхе... кхар...

– Харизмы, - подсказала Галочка.

– Точно! Не было же у него её ни на копейку.

– Зато сейчас сразу две, - ухмыльнулся Лёха.
– Саней зовут, и Ленкой. Они его во всём поддерживают, а он им потакает. Вместе получается сила.

– Фигню ты сгородил, Лёшик, - отмахнулась Галочка.
– Харизма бывает только одна, а у Веника помощников много, целый пантеон.

– Пантеон? Это же там, где боги сидят.

– Не, сидят они на Олимпе, а Пантеон - это их список, - встрял в разговор Пашка.

– Ну и что из того, что пантеон?
– решил уточнить Серый.

– А то, что у каждого есть своя специализация. Любаша - за домашний очаг отвечает, как Деметра, Саня - за кузницу, как Гефест, ну и так далее.

– А Ленка?

– Она вроде Геры. Или Артемиды. Понимаешь, в этих богах сплошная путаница кто, чем должен заниматься. Хотя, и по жизни так же выходит. Прикол в том, что в любой команде всегда есть точка отсчёта - пока все о ней помнят - дела идут. А как только начинаются вопросы типа, а почему он?
– вот тут-то прекращается любое дело. Учти, Серый, я в этом пантеоне - не последняя флейта. И таких тут - почти каждый. Начнёшь свою игру играть - пойдёшь собирать собственный клан, - Галка недобро усмехнулась.
– Так Пашка, ля это, или не ля?

– Э? А?
– изумился Серый.
– Ты чо, Галь? Ты же тихая, и всегда смущаешься?

– Я, Серенький, и медведя на рогатину возьму, если что. Не зли меня, ладно? Налажу под зад, а потом смутюсь... то есть смущусь... Ой, мальчики, не говорите Кыпу, что я тоже в некоторых словах путаюсь, - Галочка покраснела и прикрыла рот ладошкой.

– А ты вообще-то чего сюда припёрся?
– спросил Пашка.

– Да, за солью пришли с мужиками, а там на столбе в верёвочной петле железная кирка болтается. Вот, блин, думаю - а у парней-то дела идут, раз они такие вещи оставляют в местах общего пользования. Попрощался, и двинул сюда. Сперва поблуждал по степи у кромки лесов, пока вышел на тропу, потом по дороге меня прихватило холодами. Трут закончился, а палочками, как местные, я так и не научился добывать огонь. В общем, думал - всё.

Помолчали, пока ребята отмечали место очередного лада.

– Та группа, с которой ты ходил, где они сейчас?
– спросила Галочка.

– На юг подались сайгаков бить.

– А летом куда ходили?

– К востоку, к большой реке. Они так далеко на север не забредают, хотя, живут так же, как и Аон со своими. Переходят с места на место, иной раз и по несколько дней в пути, а то привал устроят на неделю или две.

– Еще с кем-нибудь встречались?

– Бывало. У реки виделись с тамошними рыбоедами, потом вместе ещё с одной толпой стояли лагерем - загнали стадо оленей в ямы-ловушки. Ты что? Всех этих дикарей собираешься зазвать сюда? Как Шеф приказал? Типа - короля играет свита?

– Шел бы ты спать, Серый, - вздохнул Лёха.
– Некогда нам гонять тараканов в твоей голове.

***

К заимке подошли уже в густых сумерках. Коряво срубленная из разномастных брёвен и покрытая накатом из плохо подогнанных обрубков стволов, она была "утеплена" щедро запиханным в щели мхом, снабжена отличной деревянной дверью и наскоро связанными нарами. Аккуратная кирпичная печка с трубой и связки порубленного в нужный размер хвороста - вот и весь уют. Затопив и перетаскав от тачки корзины и туеса с провиантом, Веник выбросил с нар старые осыпавшиеся еловые ветки и сходил за новыми. А тут и день угас - они нынче коротки.