– Рискнём, пожалуй. Надеюсь, это их не разозлит - мы ведь не станем подходить близко.

– Давай. Если что, успеем укрыться в камышах.

Оттолкнувшись от берега, ребята доверили лодку власти течения. Плавно развернулись вверх, на носу мальчик приготовил камень с привязанной к нему верёвкой.

Вдруг Ленка заработала веслом, гоня судёнышко обратно:

– Один мамонт у самой пирамидки, - громоподобно прошипела она.
– И встревожился, когда мы появились. Тикаем!

Вячик оставил в покое импровизированный якорь и тоже схватился за весло. Несколько минут ребята сосредоточенно работали и благополучно достигли кромки прибрежных зарослей тростника, куда и загнали лодку.

– Ну что?

– Так тут поворот реки - ничего не видно.

Просидели ещё час - не первый раз промышляют в этих диких местах. Вот, вроде бы по жизни оба нетерпеливы и порывисты. Но, отправляясь за добычей, оба превращаются в воплощение выдержки и спокойствия.

***

– Мамонты, - хмыкнул вожак.
– Тогда в ту сторону лучше пока не соваться. А вы поглядывайте хотя бы через день - они же не всё время будут через нас кочевать.

– Если у них где-то здесь конец ежегодного маршрута, а в мероприятии участвует тысяча-другая особей, то кто-нибудь из этой братии будет тут постоянно топтаться, - засомневался Саня.
– Отстающие будут долго тянуться, мамки с детёнышами, любители пикников на обочине. Это шествие может затянуться на несколько дней.

– Ой! А у древнего племени лагерь разбит, считай, на этой самой обочине, - вспомнила Галочка и тревожно захлопала ресницами.

Веник зашнуровал кеды, взял копьё и вышел из дома. Вячик, Саня и Димка почти не отстали. Ленка чуть задержалась и тормознула Петю с Ваней: - меня будете охранять, сказала она, укладывая в колчан стрелы с латунными наконечниками. Все пять. И вместо копья вооружилась луком: - Парни за мной, остальные - на месте, бросила через плечо буквально из двери.

– А чего она раскомандовалась?
– возмутилась Наталья.

– Господин назначил её любимой женой, - фыркнула Любаша и помчалась следом с корзинкой, куда только что-то спешно побросала какие-то куски: - Ваня! Погоди! Возьми вот тут перекусить.

Вернувшись через несколько минут, она пояснила: - не успели ведь поужинать.

***

Стоянка "древнего племени" выглядела, как всегда. Недостроенный забор, чуть наметившийся сруб, "шалаш" из брёвен, "куча мусора", в которой между древесных обломков проглядывала слежавшаяся земля. И ни души. Мамонтов на проходящей буквально в двух шагах тропе тоже не видно. Правда, сквозь небольшие щели на боках "муравейника" пробивается свет, над крышей курчавятся струйки нагретого воздуха, заметные в лучах низкого закатного солнца. А вход занавешен шкурой.

– Незнакомая шкура, - шепнул Ваня.
– При мне её не было.

– И я не видел, когда провожал Лёху и забирал девочек, - согласился Саня.

– Они что? Научились охотиться?
– недоверчиво пробормотала Ленка.

– Но не кожи обрабатывать, - Димка морщится от аромата, издаваемого дверным покрытием.

– Что там?
– кинул Вячик вопрос приникшему к одной из щелей Пете.

– Костёр вижу. На нём что-то жарят на вертеле. Точно, Ирка мелькнула. И всё - тут узко, словно в тоннеле.

– Вячик приоткрывает шкуру. Я вхожу первым. Саня и Дима следом и сразу в стороны.
– Пошли!
– скомандовал вожак.

Занавесь приподнята. Шаг вперёд - и вся картинка, как на ладони:

У жаркого костра в вольных позах расположились три незнакомца в шкурах. Один из них по-хозяйски притиснул к себе Викторию. Ирка со Светкой суетятся около костра, где на вертеле укреплена целая туша кабанчика. Прямо в собственной шкуре. Немного сбоку, почти в тени сидят и тихо переговариваются Лёха, Пашка и Денис. И никто из присутствующих никак особенно не среагировал на появление нового лица. Лиц. Саня с Димкой уже возникли за спиной своего вождя.

Оценив диспозицию, Веник уловил самую главную деталь - никто не дёргается. То есть хозяева - члены "древнего племени" - чувствуют скованность, а то давно бы уже что-нибудь про него съязвили. Их же гости железобетонно уверены, что всё в порядке, все идёт так, как и должно быть. То есть внезапное стремительное появление трёх вооружённых копьями молодцев - это совершенно нормально.

Местные даже не потянулись к копьям, составленным справа от входа. Что же, надо принять это к сведению. Веник поставил своё копьё туда же и сделал ещё один шаг вперёд. Повернулся к старшему, тому, что облапил Витку, ударил себя кулаком в грудь и сказал: Вождь. Мамонт.

Повернулся к старшему из местных, показал на него и добавил: - Вождь, - а потом замолчал, взглядом подчёркивая, что ожидает ответа.

В весёлом и довольном взоре незнакомца что-то блеснуло. Кажется, это была надежда. Хлопнув себя ладонью по ляжке, дикарь уверенно ответил: - Аон.
– Помолчал секунду и "объяснил" таким тоном, каким втолковывают ребёнку: - Тан Аон.

"Отлично, - сообразил Веник.
– Тан - должность, Аон - имя". Показал на собеседника, произнёс: - Тан Аон, - дождался утвердительного жеста и показал на себя: - Тан Мамонт.