Молодая женщина уверенно направилась к юноше. «Сабина, я потерялся. Меня вытолкнуло из Вихря», - вспомнил он, и внимательно посмотрел на незнакомку. Возможно, ли, что именно ее имя упоминалось в этой странной фразе?

– Да что же с тобой, Эмиль? Я ищу тебя повсюду, – подойдя ближе, возмутилась молодая женщина.

Юноша изумился ее привлекательности. Она не походила ни на одного пассажира виденного им ранее поезда, имея в отличие от них опрятный ухоженный вид. Да, в ее глазах тоже светился страх, но вокруг нее словно витал некий ореол внутренней силы, природу которой Максим понять не мог.

– Сабина? – не задумываясь, спросил он. Удивления это у незнакомки не вызвало. Ее смутила, скорее, интонация юноши.

– Ты как будто спросил, - прищурилась она. В ее глазах мелькнул сильный испуг, взгляд сделался отсутствующим, смотрящим одновременно на и сквозь своего собеседника.

Максим сглотнул подступивший к горлу ком тошноты, вызванной сильным волнением. Юноша хотел, чтобы верные слова сами пришли ему на ум, но мысли оказались стерильно чистыми.

– Эмиль, откуда у тебя… - снова начала Сабина, и Максим, поджав губы, выпалил единственное, что мог сказать:

– Я… я не Эмиль.

Юноша тут же решил, что его сочтут сумасшедшим. Молодая женщина остановилась, ошеломленно глядя на него. Максим прерывисто вздохнул и выдержал ее взгляд. При этом ему казалось, что Сабина вовсе не приняла его за сумасшедшего. Похоже, она вполне допускала возможность, что в теле знакомого ей человека может находиться кто-то другой, хотя это ее, безусловно, пугало.

– Ты ведь и вправду не он… - полушепотом произнесла молодая женщина, приблизившись и покачав головой, - но как ты сюда попал?

«Плохое начало», - подумал Максим, потирая лишенный фаланги палец, - «значит, она не даст объяснения?»

– Я думал, ты мне скажешь, - отозвался юноша, - где я? Почему я здесь оказываюсь?

– Оказываешься? – еще больше удивившись, переспросила Сабина, - это с тобой не впервые?

Максим покачал головой, прикрыв глаза и уже собираясь выплеснуть накопившиеся впечатления о перемещении в поезд, но не успел. Вдох обжег легкие, грудь снова сотряс невидимый удар, юноша застонал и открыл глаза, поняв, что теряет равновесие. Вокруг него разлетелись водяные брызги, испуганный резким движением голубь отлетел в сторону. Максим с досадой огляделся, понимая, что вернулся в привычный мир, неуклюже приземлившись в грязную лужу.

– Сабина… - выдохнул юноша, сжимая кулак. Он знал: на этот раз видение не было галлюцинацией.

– Что же со мной происходит? – произнес Максим, поднимаясь. О том, чтобы попытаться отряхнуться от грязи он и думать забыл. Ему отчаянно хотелось обратиться к кому-то, кто может растолковать эти странные видения, но что-то подсказывало, что все подходящие люди находятся не в этой реальности.

Небрежно стряхнув воду и грязь с рук, Максим понуро побрел домой, раздираемый вопросами. И ему было необходимо найти на них ответы.

Глава 2. Инстинкты

Гордость переполняла Моргана. Он не только сумел получить новый потенциал, но и осуществил самостоятельный прыжок, который продлился даже дольше, чем можно было рассчитывать. Вихрь не поскупился на награду для своего Мастера, открыв ему доступ в самые разные миры. Нескончаемый поток звуков, красок и сведений проходил сквозь Моргана, будоража каждую клеточку его тела. Эмиль мог поклясться, что никогда и нигде не ощущал себя таким живым и настоящим, как внутри Вихря.

Моргану удалось навестить не один прототип, но самый особенный прыжок ненасытный путешественник приберег напоследок.

Эмилю встречались миры, гораздо более прекрасные и развитые, чем тот, куда он отправился в последнюю очередь, однако ни одно место не влекло его так сильно. И причина была даже не в том, что изначально, до создания прототипа, у Моргана в этот мир не было доступа, а в том, что здесь он чувствовал себя не просто Мастером – он чувствовал себя Творцом.

Открыв глаза, Эмиль с удовольствием вдохнул свежий аромат опавших листьев. В его мире таких запахов не было, и путешественник не отказал себе в секундном наслаждении. Оглядевшись и вдоволь наслушавшись умиротворенных звуков дышащего, живого, не искалеченного войной мира, Морган сделал несколько шагов вперед и остановился напротив глубокой мутной лужи. Из всех миров, что ему довелось посетить, отражающие поверхности были редкостью лишь в его собственном. Побывав во множестве мест в своей физической оболочке, Эмиль прекрасно знал, как выглядит. Однако это лицо он мог рассматривать бесконечно – оно казалось ему совершенным. Не испещренное пигментными пятнами и, вопреки всем законам Вихря, не изуродованное треклятым шрамом, это было молодое лицо, награжденное красивой улыбкой, яркими карими глазами, прямым профилем и тонкими губами. Густые светло-каштановые волосы чуть обрамляли затылок.