— Прикоснись к своей груди, — скомандовал я негромко.

Я посмотрел на ее тело, чтобы увидеть, как ее руки послушно двигаются к груди. Я облизал губы. Она пахла мускусом. Она была горячей и сладкой. Я вернулся к «работе», пока Ханна мяла свою грудь и издавала дикие, неприличные звуки в ночи.

Вскоре я стал слишком тверд, чтобы думать. Я неловко стащил с себя джинсы и освободил член. Пока я был склонен над киской Ханны и три моих пальца были внутри неё, а губы, язык и зубы играли с ее клитором, я довел до изнеможения мой ствол.

Она кончила за минуту до меня. Она по-прежнему была застывшей от экстаза, когда я поднялся над ней и кончил, излив сперму на ее киску.

— Идеально, — прошептал я.

Ханна потянулась ко мне.

Я перекатил ее тяжело дышащее тело на себя, и мы засмеялись, обнимая друг друга в темноте.

***

Солнца все еще не было, когда я подъехал к дому Ханны. Было около шести.

Ханна и я сидели в машине, пытаясь попрощаться. Черная туча сгустилась надо мной при мысли о моей пустой квартире и о дне вдали от нее.

Когда я смогу увидеть ее снова? Если я спрошу, это не будет выглядеть странно?

— Ну, было приятно, наконец, встретиться с тобой, — невесело смеясь, сказала Ханна.

Я, нахмурившись, смотрел на свой телефон. Когда все остальное терпит неудачу, остается только пялиться в мобильную технологию.

— Мм.

— Ох, ладно тебе, — она толкнула меня в плечо. — В чем дело?

— Ни в чем.

— Мэтт. У меня нет работы и нет никаких обязательств, кроме как отвезти мою сестру до работы и прогулки с собакой. Мы можем провести время снова, как только я проснусь.

Я резко взглянул на нее. Моя нужда была настолько явной?

— Прекрасно, — сказал я. — Хорошо. Я позвоню.

— После того как вернешься с работы? — подстраховалась она.

Блин, работа. Очевидно, Ханна думала, что у меня была дневная работа. У меня не было желания врать Ханне больше, чем я уже соврал, но мне определенно не нужно, чтобы она знала о моей карьере в качестве писателя и о моем огромном наследстве в придачу.

Я не хотел, чтобы Ханна видела долларовые купюры, когда смотрела на меня.

Я не хотел, чтобы Ханна видела M. Пирса, когда смотрела на меня.

Я хотел, чтобы Ханна видела, кто я есть на самом деле.

— Да, — сказал я осторожно. — Я позвоню тебе после работы.

Она засияла и наклонилась, чтобы поцеловать меня в щеку. Я повернулся и поймал ее лицо в свои руки, соединяя наши губы.

Несмотря на прошлую ночь и самый лучший секс в моей жизни, Ханна и я ни разу не поцеловались по-настоящему.

Она резко вдохнула, а затем растаяла напротив меня. Я застонал ей в рот. Ее теплые руки обхватили меня за шею.

Наконец, мы разъединились, и Ханна взглянула в мои глаза.

— Не может быть, — пробормотала она. — Твои глаза зеленые.

— Мм. Меня зовут Мэттью Скай. Мэттью Роберт Скай Младший.

Знакомство, первые поцелуи, достаточно даже одного взгляда друг на друга, и между Ханной и мной уже вспыхивала сокрушающая сила нашего безумия.

— Скай, — повторила она. Ее темные глаза заблестели. — Мэттью Роберт Скай Младший, мне нравится.

— Это удобно, — ухмыльнулся я. — Ох, и... мне тоже было приятно встретиться с тобой, Ханна. Более чем приятно.

Я прошелся рукой вниз по ее груди. Я чувствовал, как ее пульс учащается. Я знал, что мне нужно поддерживать иллюзию, что у меня была работа, на которую я еду с утра, но в данный момент меня больше интересовало, где мы с Ханной могли бы по-быстрому трахнуться утром.

Я посмотрел в сторону ее дома как раз вовремя, чтобы увидеть, как кто-то метнулся через лужайку.

— Что...

— О Боже, — застонала Ханна. Она, шатаясь, вышла из автомобиля и попыталась перехватить девушку. Должно быть, это сестра Ханны. Такие же темные волосы, те же красивые глаза и выразительный рот, но там, где у Ханны были мягкие изгибы и безупречная кожа, у этой девушки, были крепкие мышцы и татуировки. Ох, и слишком много пирсинга.

Девушка отодвинула Ханну и просунула голову в открытое пассажирское окно.

— Эй! Оу, ничего себе. Вау. Очень хорошенький...

Я посмотрел вперед. Я не мог точно утверждать, она имеет в виду меня или мою машину, или обоих.

— Привет, — пробормотал я.

— Ха! Ты, должно быть, мистер Брюзга.

— А ты, должно быть, стриптизерша.

— Чертовски прямолинеен. Я Кристин. Крисси, если хочешь, — она хлопнула по одной стороне моей машины. — Я девушка-динозавр. Ты знаешь клуб «Динамит»? Когда-нибудь был там? Это в центре города в Боулдер. Боже мой, ты и Ханна должны там потусоваться некоторое время.