Джинкс проводил много времени в лесу, зарывшись пальцами ног в землю и слушая древесные корни. Мысли корней копошились вместе с червями и личинками, всасывали влагу и старались обогнуть муравейники. Но все-таки это была какая-никакая компания. Людей – и всех прочих живых существ – деревья звали «Торопыгами». А Джинкса – «Слышащим». Это были не совсем слова – только общие мысли и самые близкие соответствия, которые Джинксу удалось отыскать в человеческой речи.

Торопыги им были не особенно интересны, однако деревья время от времени упоминали о них, как о надоедливых докучниках, мнущих корневые волоски, – имея в виду и Странников, ходивших по тропам, и волколаков, кравшихся под светом луны, и вампиров, притворявшихся Странниками, и троллей, которые ломились сквозь Урвальд, не заботясь о том, что могут сломать чьи-то ветви или ободрать кору.

Обрывки этих историй действовали Джинксу на нервы. Но ему хотелось побольше узнать о мире. И потому он забредал в лес все дальше и дальше, неизменно заботясь о том, чтобы запомнить обратную дорогу к дому Симона, всегда прислушиваясь, не доносятся ли откуда говорящие об опасности шаги или шорохи.

Однажды он застал деревья в сильном расстройстве: какие-то Торопыги прямо у тропы рубили на дрова упавшие деревья, и не те, что следовало, – хорошие старые стволы, которые деревья собирались сами употребить в пищу. Урвальд гневался.

Джинкс с хрустом пробрался сквозь подлесок к тропе. Артель Странников разбила возле нее лагерь и деловито рубила топорами поваленные деревья.

– Остановитесь! – крикнул Джинкс.

Странники обернулись на крик.

– Это парнишка того чародея, – сказал на своем языке, и сказал не по-доброму, один из них, мальчик.

Джинкс вскарабкался на огромный мертвый ствол, тот, который рубил мальчик.

– Это дерево трогать нельзя. Возьмите вон то, оно молодые побеги придавило, – и Джинкс ткнул в него пальцем.

– Кто научил тебя языку Странников? – поинтересовалась одна из женщин.

– Вы же и научили, – ответил Джинкс. – Но это не важно. Важно, чтобы вы не рубили это дерево, а то Урвальд рассердится и придумает для вас страшную месть.

– Это кто же так говорит? – спросил мальчик.

– Урвальд говорит, – ответил Джинкс. – Обрубите ему ветви – сами без рук и ног останетесь. Так сказали деревья.

– Вот так диво, он с деревьями разговаривает, – фыркнула женщина, однако направилась к другому мертвому дереву, волоча за собой топор.

– Только не пораньте молодые побеги, – предупредил Джинкс других потянувшихся вслед за ней Странников.

– Раскомандовался, будто он и сам клятый чародей, – пробормотала женщина.

Мальчик остался с Джинксом.

– Тебя как зовут?

– Джинкс. А тебя?

– Толливер. Сколько тебе лет?

– Одиннадцать, – ответил Джинкс.

– Врешь! Это мне одиннадцать. А ты малявка.

– Мне исполнилось одиннадцать в день зимнего солнцеворота, – впрочем, Джинкс и вправду был поменьше Толливера. Это его встревожило.

– Как это тебя злой волшебник изловил? – продолжал расспрашивать Толливер.

– Да просто встретились однажды в лесу. И он не злой.

– А зачем ты ему? Он кровь твою пьет?

– Чародеи крови не пьют, – объяснил Джинкс. – Кровь пьют вампиры.

– Но для заклинаний-то они ее используют, так? Чародеи используют людскую кровь, и печень, и много чего еще в заклинаниях, про это все знают.

– Ну и неправильно знают. Симон такого не делает. Я много раз видел, как он творит заклинания, но ничью печень он не использовал.

– А ты колдовать умеешь?

– Умею, – соврал Джинкс. И поняв, что Толливер сейчас попросит его показать какое-нибудь заклятие, добавил: – Только делать это при людях мне не разрешено.

– Ах, вот как? – Толливер усмехнулся, и Джинкс понял: он догадался, что ему соврали. – Если умеешь колдовать, держись подальше от королевств. Знаешь, что там с чародеями делают? Заставляют их плясать в раскаленных докрасна железных башмаках.

– Не может быть!

– Еще как может. Я сам видел.

– Ничего ты не видел, – Джинкс почти не сомневался, что Толливер приврал. Мысли его окутывало пурпурное облачко насмешки, и смеялся он над Джинксом. Ну ладно, раз уж все равно не миновать быть посмешищем… – А что это такое – королевства?

– Ты что, приятель, никогда о королевствах не слышал?

– Потому и спрашиваю, – огрызнулся Джинкс. Книги, которые он читал, ни о каких королевствах не упоминали.