Кровь прилила к щекам Римо.

— Продолжайте, — без всякого выражения попросил он.

— Вы думаете, что я сошла с ума?

— Нет, — успокоил ее Римо.

— Хорошо. Однажды вечером я, как обычно, укладывала детей спать. День был тяжелый, с полицией, с молодчиками из ЦРУ, репортерами и всем остальным. В этот же день я была в морге. Это было ужасно…

— Что же тогда случилось, миссис Пибоди? — нетерпеливо торопил женщину Римо.

— Ну вот, казалось, этому дню не будет конца, я прямо думала, что разорвусь на части. Выплакав все глаза, думая о том, что случилось, я пошла поцеловать детей и пожелать им спокойной ночи. Младший сын уже спал, а Тимлиш, старший, — ему десять лет — еще ждал меня. Он попытался меня успокоить. — Миссис Пибоди смотрела прямо перед собой, как бы находясь в трансе. — Он сказал: «Мамочка, не плачь. Абрахас все исправит. Все будет хорошо».

— Я лучше пойду, — поднялся Римо.

— Вы мне не верите, не так ли?

— Я уже говорил вам. Верю. Вы не сумасшедшая. Вы и ваш сын — не единственные, кого посещают такого рода галлюцинации.

— Это не галлюцинация! — вскрикнула женщина. — Абрахас — это имя. Это какой-то человек. Говорю вам, это он все придумал с двойником Орвилла, и только Бог знает, что он собирается сделать со всеми нами.

— Я проверю это, — пообещал Римо Арлин Пибоди.

Женщина была явно не в себе, но что-то в ее словах заставило Римо затрепетать. «Так что это было? — задавал он себе вопрос, возвращаясь в гостиницу. — Страшное имя „Абрахас“ одновременно возникло в головах трех людей. Неужели это имя, и оно принадлежит реально существующему человеку? Безумие. Просто безумие. Это невозможно».

«Только Бог знает, что он собирается сделать со всеми нами».

Он должен извиниться перед Чиуном.

Римо медленно шел обратно в отель, стараясь осмыслить, на что навело его простое поручение Смита. Итак, ему было известно: человек по имени Орвилл Пибоди исчез из дома, тремя неделями позже став героем газетных репортажей в качестве международного убийцы. Судя по смуглой коже, Пибоди провел это время в теплом климате. Но что он делал? И для кого? И что привело к разительной перемене в его личности, выявленной по фотографиям?

Далее. С тем, что произошло, каким-то образом связан Абрахас. Это была самая непонятная часть всего дела. Орвилл произнес это слово, умирая, до этого у его жены было видение, связанное с Абрахасом, и их ребенок тоже упомянул это имя. «Абрахас все исправит», — сказал ребенок. Если верить миссис Пибоди.

И Римо верил ей. То, что она ему рассказала, настолько совпадало с описанием Чиуном своих видений, что у молодого человека не возникало сомнений в ее словах.

Было ошибкой не верить Чиуну. Абрахас оказался ключом к тайне, которая, как сеть, опутала три убийства террористов, и один Чиун мог разгадать ее.

— Папочка, прости меня, — начал было Римо, войдя в номер отеля, но слова застряли у него в горле при виде зрелища, открывшегося перед ним.

В центре комнаты возвышалось черное лакированное сооружение странного вида, отделанное золотом, верхушкой упиравшееся в потолок. Оно напоминало миниатюрную пирамиду, на каждой ступени которой горели тонкие свечи цвета слоновой кости. Вся пирамида мерцала и переливалась в ярком пламени.

— Какого черта? Что это такое? — в бешенстве крикнул Римо.

— Алтарь, — сдержанно ответил старик.

— Где ты взял его? Это похоже на какую-то модель.

— Да, я принес его из библиотеки.

— Украл?

— Ну и грубиян! Мастеру Синанджу нет нужды воровать. Я сказал им, что ты заплатишь за эту вещь, — закудахтал кореец.

— Прекрасно! Просто прекрасно! — Римо нервно ходил по комнате. — Ну и зачем же ты взял это?

— Его не использовали по назначению. Один идиот украсил алтарь открытками и назвал тумбой.

— О! Конечно, каждый нормальный человек должен понимать настоящее предназначение этого сооружения, — насмешливо воскликнул Римо.

— Конечно, — Чиун убивал его своей невозмутимостью.

Римо взорвался:

— Не посвятишь ли ты меня, недоумка, в этот секрет? Потому что и мне эта штука кажется похожей на тумбу.

— Деревенщина. Перед тобой объект духовного общения, это же ясно, как божий день, — фыркнул кореец.

— Общения с кем?

— С Абрахасом, — глаза старого учителя заблестели.

— О, нет, — простонал Римо.

— Я нашел нужные сведения, — с этими словами Чиун сел в позу «лотос» перед пирамидой.

— О'кей. И кто же этот таинственный Абрахас? — спросил Римо, садясь чуть позади Чиуна.

— Мне казалось, что ты считаешь меня за сумасшедшего.

— Я ошибался.

— Естественно.

— Чиун, я узнал, что у других людей тоже были видения.