— Что-то грязное?

Он сдержал улыбку, различив в ее голосе нотки надежды.

— Может быть, позже.

Менее чем за пять минут он снарядил ее всем необходимым и дал в руки топор. Затем указал на груду огромных деревянных чурбаков, на которые он на неделе распилил упавшее дерево.

— Налетай!

Со сдержанной благодарной улыбкой Мэдди сжала рукоятку топора, но затем засомневалась.

— Какие-то проблемы?

Она виновато взглянула на Джекса:

— Немножко странное ощущение, когда ты наблюдаешь за мной.

— Я люблю за тобой наблюдать.

Она закатила глаза и стряхнула с лица несколько прядок.

— Знаю, звучит глупо, но такие вещи хочется делать в одиночестве. — Она сделала паузу. — Я привыкла работать без свидетелей.

— Что ж, не вижу в этом ничего глупого или смешного. Но может, пришло время поменять тактику?

Несомненно. Жестом она попросила его немного отойти.

— Ну, давай, действуй, — сказал он.

Тринити из «Матрицы», сказала себе Мэдди. Нужна именно ее сила. Слегка изогнув бедро, она встала в стойку, замахнулась и… ударила мимо чурбака. Чисто «Матрица». Черт, этот топор — тяжелая штуковина.

— Налегай всем весом.

Мэдди прищурилась и посмотрела на Джекса:

— Может, лучше сперва подойдешь и покажешь, как это делается?

— Не вопрос. — Он приблизился, двигаясь со своей обычной врожденной грацией, и даже пояс для инструментов на бедрах ему не мешал. Он снова был в «ливайсах». У этих джинсов была дырка на бедре с одной стороны и на колене — с другой. Еще на нем была фланелевая рубаха поверх карамельно-коричневой футболки Henley.

Джекс взял у Мэдди топор, их пальцы соприкоснулись. Вслед за этим он положил руку ей на живот и мягко оттолкнул ее мозолистой ладонью, чтобы не причинить вреда во время работы. Как обычно, от его прикосновения у Мэдди бешено забилось сердце — она задрожала и на минуту закрыла глаза.

Лучше бы она выбрала секс. На заметку: всегда отдавать предпочтение сексу, а не физической нагрузке.

— Еще не поздно, — сказал Джекс мягко.

Боясь вымолвить хоть слово и тем самым выдать себя, Мэдди указала на груду чурбаков. Со всепонимающей улыбкой на устах Джекс поднял топор и замахнулся. Его мышцы взбугрились, и он играючи разрубил чурбак — от этого зрелища у Мэдди пересохло во рту. А вот остальные части тела, наоборот, увлажнились. Джекс махал топором пять минут подряд, не сбиваясь с ритма, а затем остановился, скинул рубаху, оставшись в одной футболке, рукава которой он закатал до локтя.

— Готова попробовать? — поинтересовался он.

Черт, а вот и нет. Только не сейчас, когда он так выглядит. Мэдди тряхнула головой.

— Знаешь, смотреть, как это делаешь ты, уже само по себе лекарство. Так что продолжай.

Джекс бросил на нее ироничный взгляд и вернулся к дровам.

— Эээ, Джекс.

Он оглянулся.

— Ты выглядишь так… — Она чуть было не сказала: «Сексуально». — Словно тебе жарко. Может, стоит снять и футболку тоже?

— Думаешь?

О да. Не доверяя своему голосу, Мэдди просто кивнула.

Его губы дрогнули, но он ничего не сказал, а просто снял футболку одним четким, типично мужским движением.

И вот уже он стоит перед ней во всей красе, в джинсах с низкой посадкой, поверх которых пояс для инструментов — и все. Ну разве что еще блестящие капельки пота на теле.

— Так-то лучше, — сказала Мэдди, пялясь на его татуировки. Нельзя быть таким сексуальным, это просто преступление. И просто несправедливо по отношению к другим мужчинам.

Вспомнив о своей задаче, Джекс принялся за дело. Мэдди подошла к большой чурке и уселась на нее. Через несколько минут во двор вышла Тара с подносом мира, на котором она несла приготовленный чай со льдом и стаканы.

— О Боже, — прошептала она, впившись в Джекса глазами.

Она села на чурку рядом с Мэдди, и так они сидели вдвоем в дружеском молчании и смотрели на Джекса как на звезду экрана, пока он наконец не остановился и не окинул их долгим взглядом, утирая пот со лба.

— Ваша очередь, леди.

Тара вскочила на ноги.

— О, только не моя. У меня еще столько дел… — Она неопределенно махнула рукой. — Угощайся чаем. У нас есть еще. — Пробормотав это, она ушла.

Мэдди протянула Джексу стакан, который он мгновенно осушил. Она же тем временем смотрела, как по его груди стекает капля пота.

— Не думаю, что я это осилю, — кивнула она в сторону чурбаков.

— Ничего страшного. У меня есть для тебя дельце получше.

О Боже.

— Ну а это-то хотя бы грязная работа?

Джекс дерзко улыбнулся в ответ, сгреб свою одежду и потащил Мэдди на второй этаж отеля, в одну из спален, которая использовалась как кладовка. Жестом указав на груду деревянных ящиков, которые кто-то свалил в кучу, Джекс протянул Мэдди топорик поменьше и мотнул головой в направлении ящиков — начинай, мол. План был таков — разобрать ящики на дрова и использовать для отопления дома.