Купив у лоточницы теплого пива и пакет соленых орехов, я уселся прямо на землю. Облокотившись на ограждение Арены, стал убивать время и размышлять.

Стальные Ятра, сиречь, малявка Даша, взяла у Лили отпуск аккурат после нашего разбоя на тракте. В девчонке заговорил азарт и жажда самореализации. Гильдии теней для снайпера стало мало, восхотелось еще и народной славы. Пускай, это дело годное. Больше топов в Гильдии — выше гонорары.

«Может, — подумал я, грызя орехи, — послать Лилю к чертовой матери? В печенках сидят уже ее заговоры и интриги. Да и прощать такой фигни, как предательство, нельзя. То есть, конечно, по-человечески простить можно, но общих дел больше иметь точно не надо».

А что? Дельная мысль. Организовать собственное наемное войско. Для начала попиариться на славе Гильдии, заплатить рекламщикам, пусть прополоскают, как следует, имя Серого Лиса и его новой конторы. Глядишь, народ и потянется. Стану сам себе главой.

Ну, или, на худой конец, можно гайдуком в любой из кланов устроиться. Тоже деньги. Хоть и не так интересно, зато стабильно.

На Арене продолжали пульсировать крики. Минут за пять я прикончил кружку пива, пришлось покупать еще две. Заказал безалкогольного, чтобы перса не слишком вело. А то знаю я их моды.

Пропуск на Арену пришел как раз в тот момент, когда я услышал далекий голос герольда. Кажется, там объявляли победителя в соревновании стрелков. К сожалению, ник триумфатора расслышать не удалось. На всякий случай я скрестил пальцы за Дашку.

Наконец, ворота распахнулись и мимо стражников потек ручеек снайперов. Большинство стрелков шло разгоряченное, матерящееся, с активной жестикуляцией. Я только усмехнулся.

«Дашку хрен обыграешь!»

Только подумал — в воротах появилась стройная фигурка эльфа Стальные Ятра. Сквернослов шел вальяжно, с надменно поджатыми губками и холодными глазами. Глядя издалека, я в очередной раз удивился, как мог сразу не увидеть истинного «водителя» эльфа. Подростковая нескладность и общее поведение буквально кричат о возрасте игрока, а некоторая «мужская» показушность и проглядывающаяся женственность обмануть могут разве что слепого.

— Эй, хрен с бугра!

Я оглянулся на голос.

Компания мужчин в одинаковых черных накидках перегородили путь эльфа. За плечами людей висели тисовые луки и колчаны.

«Неудачливые претенденты на победу?»

Я неторопливо двинулся к Даше. Издали услышал ее ломкий голосок:

— Че надо, свинорылый? Маму потерял? Так я ее видел в трактире «Два оленя». Еще хрюкала. Но ты поторопись, сегодня в меню шкварки.

Вредному эльфу ответили коротко и по существу, но Дашку это только рассмешило.

— Иди уже, мальчик, не ной.

И добавила что-то фантастически трехэтажное. Да такое яркое, что мужики, после секундного замешательства, бросились в бой.

Дашка отскочила, грамотно уходя под защиту городской стражи. Но быстро собирающаяся толпа попросту не дала ей этого сделать. Эльф очутился в кольце, один против шестерых снайперов. Сразу послышались одобрительные крики, толпа стала гуще.

Я перешел на бег, чувствуя знакомый боевой азарт. Врезался в толпу зевак, подбадривающих нападающих. У меня закралось совершенно здоровое сомнение в невиновности Даши. Что она могла такого на Арене сделать, что на нее ополчились даже зрители?

Но думать было уже некогда.

Бесцеремонно расталкивая зевак, а кое-где и помогая себе кулаками, я прорвался в круг.

Дашку обступили со всех сторон и методично колотили кулаками. Как снайперу, конечно, малявке равных нет, но драться-то и не всякий парень умеет. Что тут говорить о девчонке?

Зрелище меня попросту взбесило: на одного девчонку-подростка — шестеро мужиков?!

Кровь бросилась мне в голову. Сердце заколотилось, дыхание сперло.

— Ты куда прешь, козел? — вякнул было один из зрителей.

Не глядя, я ткнул кулаком ему по зубам. В руках тут же очутились мечи.

Вы желаете присоединиться к бою?

Кавабанга!

Боевой режим!

— Что?..

Ближайших ко мне снайпер, которому не нашлось места, и теперь он бегал вокруг кучи малы, пытаясь подарить Дашке и свой пинок, обернулся. Я с рычанием налетел, рубанул гардой в челюсть, тут же, сорвав дистанцию, добавил коленом в пах. Зараза еще не успела брякнуться наземь, когда я, уже не глядя, пырнул коротким клинком. Мельком отметил лишь сообщение об успешной атаке и крите.