«Но вы же не хотите, чтобы вас, вашу жену и вашу дочь продали на невольничьем рынке?» — нежно спросил Найон Бохарт.

«Конечно, не хочу. Но ни я, ни мои друзья — никто из нас не может заплатить выкуп. Так что делайте все, что вам заблагорассудится. Никаких денег вы от нас не увидите».

«Кроме тех, которые за вас дадут на рынке, — напомнил ему Найон. — Что ж, возвращайтесь в каюту».

Привели лорда Зейна, одного из владетелей Спэя. Подбоченившись, Найон приблизился к заложнику с видом заправского тюремщика-садиста, но Гил заговорил первый: «Лорд Зейн, мы не хотели бы причинять вам лишние неудобства, но надеемся получить денежное вознаграждение за ваше безопасное возвращение домой».

Лорд Зейн беспомощно развел руками: «Надежды ничего не стоят. Я тоже на многое надеюсь. Оправдаются ли мои надежды? Сомневаюсь».

«Неужели вы действительно не можете убедить родственников собрать выкуп?»

Зейн, владетель Спэя, смущенно усмехнулся: «Прежде всего, у нас мало свободных наличных денег».

«Как же так? — возмутился Маэль. — Вы, лорды, взимаете 1,18 процента всех доходов Амброя!»

«Совершенно верно. Гранд-лорд Дугальд, владетель Буамарка — очень строгий счетовод. После вычета всех расходов, издержек, налогов и прочих сборов остается немного, поверьте мне!»

«Не поверю! — выкрикнул взбесившийся Флориэль. — Налоги, сборы! Вы что, за дураков нас принимаете?»

Найон спросил вкрадчиво-шелковым тоном: «И на что же тратятся деньги, поступающие в казну? Чудовищные суммы, позвольте заметить».

«С этим вопросом следует обращаться к гранд-лорду Дугальду. А что касается выкупа, никто вам за нас ломаного гроша не даст. Закон есть закон».

Лорд Ильсет, другой владетель Спэя, сделал сходные заявления. Подобно Фантону и Зейну, он утверждал, что никто не будет вести какие-либо переговоры о выкупе.

«Значит, продадим вас на Уэйле», — мрачно бросил Найон.

Ильсет с отчаянием протянул к нему руки: «Зачем злоупотреблять мстительностью? В конце концов, у вас есть звездолет лорда Фантона и все наши деньги на путевые расходы!»

«Необходимо внести еще двести тысяч талонов».

«Невозможно! Делайте, что хотите!» — с этими словами лорд Ильсет повернулся и вышел из салона. Найон крикнул ему в спину: «Не беспокойтесь — что хотим, то и сделаем!»

«Нам достались какие-то исключительно упрямые заложники», — уныло заметил Маэль.

«Любопытно, что все они, как один, настаивают на своей бедности, — задумчиво произнес Гил. — Хотел бы я знать, куда пропадают их деньги?»

«Врут они все, нагло врут! — фыркнул Флориэль. — По-моему, они не достойны никакой жалости».

«Действительно, странно», — пробормотал Уолдо, покосившись на Гила.

«За каждого дадут по тысяче талонов на Уэйле, — деловито сказал Найон. — А за девчонку — не меньше пяти тысяч».

«Мм-да, — почесал в затылке Флориэль. — Девять тысяч — не двести, но с паршивой овцы хоть шерсти клок».

«Таким образом, летим на Уэйль, — решил Найон Бохарт. — Я дам указания команде».

«Нет, нет и нет! — решительно возразил Гил. — Мы договорились, что при отсутствии выкупа оставим их на Моргане. Таковы условия».

Флориэль издал нечленораздельный рев отвращения. Улыбаясь, Найон повернулся к Гилу — улыбка его не сулила ничего хорошего: «Гил, ты в третий раз препятствуешь воле большинства».

«Да, в третий раз я вынужден напоминать о твоем обещании», — отозвался Гил.

Сложив руки на груди, Найон полностью игнорировал ответ: «Из-за тебя среди нас начались раздоры, что совершенно недопустимо». Опустив одну руку, Бохарт направил на Гила дуло лучемета, оказавшегося в другой: «Неприятная необходимость, но что поделаешь...»

Уолдо закричал: «Ты что, спятил?!» Вскочив на ноги, он схватил Найона за руку. Лучемет разрядился прямо ему в открытый рот. Уолдо упал ничком. Маэль тоже вскочил, лихорадочно вытаскивая оружие из-за пояса. Направив лучемет на Бохарта, он не мог заставить себя нажать на спусковую кнопку. Флориэль, прятавшийся за спиной Найона, выстрелил, и Маэль рухнул на палубу в отчаянном движении, напоминавшем балетный пируэт. Тем временем Гил скрылся в машинном отделении, выхватил свой лучемет и, выглядывая из-за перегородки, прицелился в Бохарта, но медлил, опасаясь промахнуться и прожечь корпус корабля. Флориэль, стоявший перед диваном, казался более безопасной мишенью, но и в этом случае Гил никак не мог выстрелить — ведь это был Флориэль, друг его детства!

Найон и Флориэль отступили в носовую часть салона. Гил слышал, как они бормотали. С ужасом наблюдая за происходящим, у него за спиной стояли техники из Люшейна.

Гил выкрикнул в дверной проем: «У вас двоих ничего не получится! Вы умрете с голода. Я контролирую двигатели, продовольствие и воду. Вам придется подчиниться!»

Найон и Флориэль продолжали переговариваться. Наконец Найон громко спросил: «Каковы твои условия?»

«Встаньте спиной ко мне и поднимите руки вверх!»

«И что потом?»