— Не знаю, чем вы насолили королю Темерии, но за вас назначено целое состояние. За вас и вашу подругу, если быть точным.

— Интересно: охотник вдруг решил предупредить разное существо о начавшейся охоте, — ведьмачка сощурив глаза поглядывала на неподвижное лицо незнакомца. — Может быть гонорар все же не так велик, как хотелось бы?

— Меня не интересуют деньги.

— Хм…А что вас интересует?

— Вы, — ответил он совершенно серьезно.

— В виде трофея? Куда вы собираетесь поставить мое чучело?

— Вы сейчас похожи на маленькую развредничавшуюся девочку. Зачем вы меня кусаете? Я вам не нравлюсь или наоборот? — понимающе улыбнулся он.

Самоуверенность Басто, была понятна, но не приятна. Рута восприняла ее как вызов, тем более, что еще ни кто не позволял себе такую снисходительность по отношению к ней.

— И не нравитесь и наоборот, — насмешливо произнесла она, — что, в общем-то в результате дает ноль. Но так или иначе, я благодарна за предупреждение. Буду осторожна…очень осторожна и внимательна, особенно к так называемым коллегам.

Глаза его на мгновение нехорошо блеснули, но тут же снова стали непроницаемыми.

— Позвольте мне сопровождать вас.

— Это еще зачем? — искренне удивилась она.

— В случае нападения, я бы мог оказать вам помощь. Разумеется, как коллега коллеге.

— Спасибо, конечно, но я постараюсь обойтись своими силами. Как обычно.

— Тогда просто, как простой попутчик, для того что бы дорога, не казалась такой скучной. И если вдруг на вас нападут, обещаю, не вмешиваться, — на этот раз его улыбка была хорошей.

Рута на минуту задумалась. Разницы, оттого, что он будет тащиться рядом или, сидеть в засаде вместе с теми головорезами, если он с ними в сговоре, нет никакой. Чем ближе он будет, тем проще его достать мечом. К тому же ей не нравились новые ощущения, в которых так и не удалось разобраться, а все что не имело ясность, приносило дискомфорт в душу и потребность понять. Проще говоря, любопытство взяло верх.

— Куда вы направляетесь? — уже ровно спросила она.

— В Ард Каррайг.

— Ну, что ж, нам действительно по пути. Не вижу причин, отказывать вам в своем обществе.

Она ждала увидеть самодовольную, высокомерную улыбку победителя, но вместо этого обнаружила возбужденный блеск в его глазах.

— Благодарю. Думаю, что все-таки смогу быть вам полезен.

Он встал и подал ей руку. Прикосновение было приятным, даже с лишком.

Проехав мимо помпезного, украшенного колоннадой и лепниной, здания гимназии для мальчиков чародеев, они свернули к северным воротам Бан Арда. На улицах было пустынно и тихо. Не большое оживление царило у длинного, напоминающего конюшню, здания с большой и яркой вывеской «Больница».

— Еще один, вполне можно воткнуть вот сюда, — утверждал длинноносый мужчина средних лет с редкими волосами вокруг небольшой лысины, подстриженными на уровне шеи и развивающимися на ветру сальными кудельками, указывая на узкую незанятую полосу в телеге, до верху заставленной свежесколоченными гробами.

— Не можно! — рычал в ответ возница, бородатый краснолюд с густыми мохнатыми бровями и причудливой формы носом. — Лошади не выдюжат.

— Поймите, уважаемый, — уговаривал длинноносый, теребя в руках льняную зеленую шапочку и поправляя такого же цвета накидку. — Нам не куда их ставить. Не можем же мы, право, выставлять их на улице.

— А я что ль должен родить вам это место! — отвечал краснолюд, возбужденно размахивая короткими но увесистыми ручищами. — Говорил, еще тот день: на кой ляд эти ящики, навалом было бы шибче.

— Имейте же уважение хоть каплю! Это же люди!

— А мне, доктор, накласть, что люди, что нелюди! Им уже все равно, а мои коняги того гляди падут! Уже пятый день без роздыху туда обратно. А этих все едино в печь, они и без дров хорошо горят, только масло подливай.

Врач бессильно махнул руками и скрылся в дверях больницы, бормоча что-то себе под нос, а возница чмокнул лошадям и тронул поводья.

— Люди, понимаешь! Уважение им подавай!

Рута подъехав к телеге обратилась к краснолюду:

— Как бы мне узнать жива моя знакомая или нет?

— А никак, — подбоченился возница, — доктора сами уж не знают: кто есть кто и от чего помер. Раньше-то хоть имена на гробах малевали, а нонче уж не ясно кто тама в ящике лежит баба, аль мужик или дитя. Так что если оклемался значит придет до дому, а коли нет — стало быть мой клиент.

— Тем не менее, прошу тебя, — ведьмачка протянула ему несколько золотых монет. — Узнай, что с Велешей с улицы Ремесленников и ее мужем, и сообщи родным.