Прижавшись к земле, я наблюдала, как его мощное тело напряглось, перед прыжком и вдруг размазалось в воздухе. Через мгновение, кот оказался среди галдящих всадников, нанося удары во все стороны. Завопили раненые и безвольно падали мертвецы. Лошади, ощутив запах хищника, начали подниматься на дыбы, сбрасывая живых к мёртвым. Казалось, этой паники достанет брату, для спасения и он сумеет прорваться к свободе. У меня вновь вспыхнула надежда и закусив губу, я скользнула ближе к подножию холма, на тот случай, если потребуется моя ничтожная помощь.

Не получилось.

Всё-таки нас преследовали не обычные крестьяне, а специально обученные убийцы. Ещё несколько человек рухнули вниз, оставив опустевшие сёдла и Серра вырвался на открытое пространство. Мощное тело истекало синим туманом жизни, а из оружия брат сумел сохранить лишь мой крошечный клинок. Лев небрежно отшвырнул безжизненное тело охотника и пошатнулся. Его глаза словно пытались что-то отыскать.

Кого-то. Меня.

– Нет! – рыдания рвались из моей груди, – оглянись!

Десяток спешившихся ловчих, воспользовавшись мгновенной заминкой, подобрались ко льву сзади и почти одновременно вонзили оружие в беззащитную спину. Мне хотелось закрыть глаза и не видеть этого. Мне хотелось умереть вместе с моим братом…

Серра медленно, точно нехотя, смёл нападавших, и тут же новая волна орущих охотников захлестнула его, повалив на землю. Треспы, на длинных древках, пронзили мощные ноги, сильные руки и надёжную грудь. Лев запрокинул голову и меня пронзила боль, когда я увидела выражение страдания, на его прекрасном лице. Но даже в этот момент он не издал ни звука.

Оружие выпало из пальцев брата, когда убийцы принялись полосовать его клинками. Я видела их физиономии, искажённые животной радостью, их уродливые тела, полные суетливого и постыдного самодовольства.

Это и был момент, запечатлённый на картине. Из последних сил Серра сумел отыскать меня, притаившуюся на склоне холма. Его глаза послали последнее: "Люблю".

И мой брат умер.

Погас мой свет. Казалось, я умерла вместе с ним. Будто это меня истыкали треспами, радостно галдящие людишки, деловито собирающие трупы сородичей и вопящие о том, что это – совсем ничтожная цена, за такую добычу.

Брат мой!

– Я убью их! – прошипела Зебба и в её тихом голосе прозвучала холодная ярость, – убью их всех, с их паршивыми детёнышами и тупыми самками! А потом, вытащу тебя. Мерзкие твари! Ненавижу! Ненавижу…

Ах, если бы её обещание могло быть исполнено.

– Их слишком много, – печально сказала я и протянув руку через прутья, коснулась пальцами прекрасного лица, изуродованного гримасой ярости, – прости меня, сестра моя. Из-за меня уже погиб Серра, и я не хочу, чтобы и твоя смерть оказалась на моей совести. Да ты и сама знаешь: ключом от клетки ты воспользоваться не сумеешь всё равно.

Глаза кошки вспыхнули точно два яростных солнца и тут же погасли. Можно было сколько угодно приходить в бешенство, шипеть и выпускать когти, но против правды не пойдёшь: освободить меня львица просто не могла. Даже если бы ей, каким-то чудом, удалось перебить всех животных в башне, проклятый ключ просто сжёг бы ей ладонь.

– Я могу заставить кого-нибудь, из этих тварей, – медленно пробормотала кошка и хищно прищурилась, – под страхом смерти, они и мать родную прикончат.

Хорошая мысль. Наверняка, она приходила в голову и моим тайным поклонникам. К сожалению, я точно знала, где находится уродливая штуковина, запирающая замок клети.

– Ключ в комнате начальника охраны, – устало сказала я и опустила голову, – и он – единственный, кто может им воспользоваться. Прости, но спасения – нет.

Зебба тихо зарычала. В этом звуке звучала тоскливая безысходность и искренняя боль. Мне было безумно жаль мою несчастную сестру. Я была так виновата перед ней! Перед ней и Серра. Всё случилось из-за меня.

– Когда-то, – негромко сказала кошка и протянула руку, сплетя свои пальцы с моими, – очень давно, я потеряла свой прайд. Тогда же, я утратила льва, которого любила. Они все погибли, а я ничем не смогла им помочь. Я даже не успела признаться любимому в своих чувствах, – львица крепко сжала пальцы и смахнула свободной рукой какую-то пылинку с щеки, – я не смогла защитить братьев, но поклялась отомстить. Не отомстила. Когда боль утраты терзала меня, я обещала никогда больше не привязываться ни к одному льву. Чем утратить близкого – лучше умереть! – она помолчала, закрыв глаза. Две слезинки мерцали на матовых щеках, – я опять не смогла сдержать обещания.

– Прости меня, сестра, – я поднесла её пальцы к губам и поцеловала, – Серра…

– Глупая! Серра был замечательным другом, хорошим вожаком и великолепным любовником. Знаешь, сколько таких я встречала? Охотилась с ними, занималась любовью и просто путешествовала, с грани на грань. Потом мы разбегались. Но ты… Такая маленькая, беззащитная и сумасбродная львица. Я не смогла защитить тебя, но хотя бы признаюсь: ты была самым лучшим из того, что я встретила за все эти десятилетия. Словно тёплый лучик, который растопил лёд, внутри меня. Чудо, разогнавшее мрак и попавшее в лапы злобных невежественных тварей. Тварей, убивающих этот живой свет.