По крайней мере, поначалу.

— Что ж, Ашер, возможно именно ты сможешь пролить для нас свет на кое-что, — сказал мистер Бишоп, проглотив вторую порцию еды. — Эван нам ни слова не говорит о девушке, с которой встречается в школе.

Эван подавился яичницей. Ашер медленно моргнул. Он искоса посмотрел на Эвана. Девушка. Они ничего не знают?

— Что?

— Просто он мельком упоминал о том, что на занятиях он видится с каким-то особенным для него человеком, — мистер Бишоп задумчиво нахмурился, игнорируя своего сына. — Но в детали он нас не посвятил.

Сэм сильно стукнула своего брата по спине, когда тот закашлялся и попытался восстановить дыхание.

— Может, всё потому, что это не девушка.

Тишина. Все взгляды устремились на Сэм. Ашер попытался определить, что чувствуют все присутствующие. Напряжение? Дискомфорт? Они выгонят Эвана из дома? Его собственная мать за долю секунды отказалась бы от него. Ещё одна причина, чтобы его ненавидеть.

— Ну, — медленно сказал мистер Бишоп. — Я уверен, что, парень это или девушка... Эван определённо смог бы нам об этом рассказать.

Его слова не говорили о многом. Едва ли их готовность слушать означала то, что они были бы счастливы узнать, что у Эвана есть... кто? Парень звучит как-то по-детски. Любовник — как слово из плохого любовного романа.

— Отлично, — Сэм взяла салфетку и промокнула ей рот. — Тогда ничего, если я в следующий раз приведу с собой свою девушку?

Эван резко повернулся к ней и шокировано посмотрел на неё.

— Девушка? Ты имеешь в виду именно «девушку» или «подружку»?

Сэм кивнула, всем видом показывая, что в этом ничего такого. Возможно, для неё так оно и было.

— Ну да.

— Ты лесбиянка?

— Что, будем вешать друг на друга ярлыки, братишка? — Сэм выразительно посмотрела на него. — Парни мне тоже нравятся. Просто так вышло, что эта девушка нравится мне больше.

Ашер смотрел на лица мистера и миссис Бишоп, и чувства в нём перетекали от смущения к неуверенности и... он точно не знал. Не к злости, не к отвращению. Наконец, мистер Бишоп усмехнулся.

— Наши дети всегда хотели быть не такими, как все. Приводи её в следующий свой приезд, Сэм.

Слова непроизвольно вырвались из него:

— И вас нисколько не смущает...?

Миссис Бишоп улыбнулась.

— Я бы соврала, сказав, что не считаю такие отношения странными. Я думаю, большинство родителей хотели бы, чтобы их дети выросли... нормальными, да? Женились, завели детей, не вызывали у других людей агрессию своим отличием от них, — она похлопала его по руке. — Но они наши дети. Мы любим их, несмотря ни на что.

Он почувствовал себя глупо из-за того, что задал такой вопрос. Ясное дело, любой хороший родитель ответил бы именно так. Марисса была бы счастлива за него, она была хорошей матерью. А вот его собственная мама...

А возможно, всё дело в нём самом.

По крайней мере, на какое-то время всё внимание переключилось с Эвана на Сэм и её девушку. В какой-то момент Ашер поймал взгляд Сэм, и она подмигнула ему.

***

— Почему ты не перезвонил мне? — требовательно спросила его Вивиан после завтрака. — Я была так напугана. Ты мог хотя бы ответить.

Ашер стоял и смотрел в окно в спальне Эвана. Серые тучи плыли по небу, предвещая дождь. Они как будто отражали настроение Вивиан. Ему не сильно хотелось возвращаться завтра домой и видеть её. Одно дело — говорить с ней по телефону, другое — видеться лично.

— Я очень устал. Надеюсь, ты не поехала домой.

— Я остановилась в отеле, — угрюмо сказала она. — И, предвосхищая твой вопрос, да, я назвалась фальшивым именем. Я не идиотка.

Он закрыл глаза.

— Ты заплатила за номер своей кредиткой?

Молчание. Вздох.

— Забудь. Просто... постарайся поменьше врать. Если бы кто-то увидел тебя тогда, думаю, ты бы уже была под арестом, поэтому, возможно, тебе повезло.

— Почему ты говоришь так, как будто они преследуют только меня? — в её голосе появились защитные нотки.

Ашеру очень хотелось сказать, что он не такой дурак, чтобы трогать трупы или вообще в кого-то стрелять в квартирном доме. Но, как и сказал Эван, он должен быть пай-мальчиком. По крайней мере, до тех пор, пока они не выяснят, что Вивиан собирается делать дальше. А сейчас каждое слово, которое вылетало из её рта, всё больше и больше отдаляло её от него.