Итак, Асакава сделал две копии в твердой уверенности, что этим он спасет свою семью. Но по дороге домой Сидзука и Йоко скончались. И, как теперь выясняется, родители Сидзуки тоже умерли в заданный срок – ровно через неделю после просмотра записи.

– Готов поспорить, что вы были сильно удивлены результатами вскрытия. – Андо не смог удержаться от этого чисто эмоционального высказывания. Он очень живо представил себе замешательство патологоанатома, обнаружившего у обоих покойников одну и ту же редкую патологию.

– Знаете, с самого начала все были совершенно уверены, что это двойное самоубийство: во-первых, старики умерли одновременно, во-вторых – оставили записку. Но когда вместо ожидаемого отравления вскрытие показало необъяснимую закупорку коронарной артерии у обоих... Удивлены – это просто не то слово!

– Секундочку.

– Да?

– Вы сказали, что они оставили записку.

– Ну да. Короткую такую записку. Она лежала у них на кровати рядом с подушкой. Наверное, они написали ее перед самой смертью.

Вот это да! Ничего подобного Андо не ожидал. Какая еще записка? Почему? Что они могли написать?

– Извините, а вы случайно не помните содержания этой записки?

– Не кладите трубку, – сказал доцент и отошел.

Буквально через несколько секунд он вернулся к телефону.

– Вы знаете, там, где я думал, ее не оказалось. Сейчас я ее поищу и, когда найду, пришлю вам по факсу.

– Огромное вам спасибо!

Андо продиктовал номер своего рабочего факса и повесил трубку.

Теперь нужно было ждать. Факс стоял на полке через два стола от него. Андо повернулся на сорок пять градусов на своем крутящемся стуле и уставился на аппарат. Он не мог не то что расслабиться – даже откинуться на спинку стула было для него непосильной задачей. Он так и сидел, подавшись вперед и не отрывая взгляда от факса. Все, что ему оставалось, – это в который раз мысленно прокручивать одну и ту же цепочку странных событий. На это у него пока хватало сил. Но он изнывал от нетерпения.

...Сейчас, сейчас аппарат заработает, и на смену думанным-передуманным придут новые мысли...

И действительно, факс наконец-то затрещал, из щели на его передней панели стала выползать бумага. Андо подождал, пока аппарат затихнет, потом встал и, подойдя к полке, оторвал от бумажной ленты свернувшийся в рулон лист, на котором было напечатано всего несколько строчек. Вернувшись к своему столу, расправил лист и прочел.

Медицинский факультет, университет К***

Для д-ра Андо

Высылаю Вам записку, найденную у изголовья супругов Ода. Пожалуйста, держите меня в курсе развития событий.

Д-р Йокота

Медицинский факультет, университет Д ** *

За этим написанным витиеватым почерком посланием доцента следовало еще одно, с другим начертанием иероглифов. Под ним стояли имена супругов Ода. Йокота не стал переписывать записку, он отксерокопировал ее и прислал Андо копию.

28 октября, утро.

Мы позаботились о кассетах. Можете не волноваться. Мы так устали. Ёсими, Кадзуко, позаботьтесь обо всем остальном.

Тору Ода, Сэцуко Ода

Записка действительно была очень короткой, но она не оставляла сомнений: Тору и Сэцуко знали, что скоро умрут. По-видимому, Ёсими и Кадзуко – это две старшие сестры Сидзуки. Но кому были адресованы первые фразы?

И что значит: «Мы позаботились о кассетах»?

Значит ли это, что старики уничтожили свои копии? Или нет? По крайней мере, не похоже, чтобы они эти кассеты переписали....

Андо попытался представить себе состояние стариков и ход их мыслей.

В воскресенье 21 октября зять стариков Ода появился на пороге их дома и объявил, что Сидзука и Йоко в опасности. Они могут умереть из-за того, что посмотрели какую-то кассету, на которой лежит проклятие. Тору и Сэцуко соглашаются посмотреть сделанные для них Асакавой копии кассеты. Но, несмотря на это, в тот же самый день Сидзука и Йоко умирают, как им и предрекала видеозапись.