— Лен? Не подскажешь, что можно купить четырехлетней девочке в подарок?

— Это что-то новенькое, — удивилась секретарь, — срочная поездка в Грановск, подарок для ребенка, а у ребенка наверняка есть мать и, судя по всему, совсем не старая. Павел Александрович, уж…

— Лена, — прервал ее Бакаров, — я задал тебе всего лишь один вопрос, ты же выстроила целую логическую цепочку. Конечно, у ребенка есть мать, и молодая мать, но это совершенно ничего не значит.

— Ну, конечно, Павел Александрович. А насчет подарка? Даже не знаю, я любила куклы, такие большие, моргающие, в красивых пышных платьях, а вот сестра моя души не чаяла в плюшевом медвежонке.

— Значит, кукла или плюшевый мишка?

— Можно симпатичного зайца. Сейчас в магазинах этого добра полно. Кстати, продавцы вам и посоветуют. Они на этом набили руку.

— Спасибо. До свидания.

— Счастливого пути, Павел Александрович.

Бакаров из офиса поехал в гипермаркет. В отделе детских игрушек у него разбежались глаза, чего тут только не было! К нему подошла миловидная девушка, на бейджике которой под длинной фамилией стояло имя Вера.

— Извините, трудности с выбором? Вам помочь?

— Да не мешало бы, Вера, — проговорил Бакаров.

— Что вы хотели приобрести?

— Игрушку для четырехлетней девочки.

— Вы давно покупали ей подарки?

— Я никогда еще ничего ей не покупал.

— Понятно, и что девочка предпочитает, вы не знаете?

— В том-то и дело.

— Пройдемте, я кое-что покажу вам. — Продавец провела Бакарова к витрине с куклами. — Это из последней коллекции, так сказать, говорящие куклы.

— В смысле?

— Ну, внутри встроен прибор, позволяющий кукле повторять слова.

— Где-то я нечто подобное видел. У одного таксиста в машине. Куклы красивые, ничего не скажешь.

— Германия.

— Транзитом из Китая?

— Нет. Это куклы из Германии.

— Упаковки к ним есть?

— Конечно, и тоже очень красивые.

— Ну, тогда остается выбрать конкретную игрушку.

— Я бы посоветовала вам вторую слева, в третьем ряду. Мне она нравится больше всего. И наряд голубенький, глаза не режет, и вообще красивая кукла.

— Хорошо, положимся на ваш вкус. Давайте эту куклу.

— Она стоит восемь тысяч рублей.

— Неплохо. Но это не важно. Только упакуйте ее как следует.

— Я положу товар в коробку, а упакуют вам ее у кассы.

— Понятно.

Продавец принесла коробку, действительно симпатичную, напоминающую тоном голубое небо с большими золотистыми звездами. Бакаров прошел к кассе, оплатил покупку, дождался, пока коробку обвязали широкой красной лентой, а спустившись вниз, остановился у цветочного киоска. Подумав, купил два букета. Розы и еще какие-то цветы с большими бутонами.

Через пять минут он отъехал от супермаркета, направляясь на выезд из города. По дороге набрал номер заместителя.

— Да, Паша?! — ответил Марин.

— Привет!

— Привет!

— Меня сегодня не будет, так что рули там.

— Что-то случилось?

— Я взял отгул.

— Но вчера ты ничего об этом не говорил.

— То было вчера. Горбунов все знает, он приедет вечером. Возможно, заедет в магазин, так что всем оставаться на рабочих местах до конца. Это касается и Андреевой. Ты все понял?

— Понял. Как прошли переговоры?

— Нормально. Кстати, подумай, где удобней обустроить еще один отдел.

— Большой?

— Огромный! Все! До завтра!

Сто километров, разделяющие Переслав и районный центр, Бакаров проехал за полтора часа. На скорости сказывалось плохое состояние дороги. Погода стояла теплая и солнечная, однако с востока надвигались тучи, и чем ближе Павел подъезжал к Грановску, тем больше они становились, практически окружив поселок со всех сторон. Хоть и говорила Ольга, что найти ее дом не составит труда, Бакаров все же заблудился. Пришлось останавливать прохожих, узнавать, как проехать к автовокзалу. Наконец он выехал к каменному мосту через неширокую и неглубокую речку Рапа и тут же свернул вправо. У третьего, крайнего, дома остановился. Ольга, видимо, слышала, как подъехала машина, вышла во двор вместе с одетой в цветной сарафан белокурой девочкой.

— Привет! — поздоровался Павел, отчего-то смутившись.

В халатике Ольга смотрелась совсем по-другому, как-то по-домашнему.

— Привет, — улыбнулась она, — проходи.

— Это и есть твоя дочь?

— Да! Похожа?

— Похожа. — Бакаров присел перед девочкой: — И как зовут тебя, принцесса?

— Катя, а тебя?

— Меня дядя Паша.

— Ты мой папа?

Этого Павел не ожидал и окончательно смутился.

— Нет, доча, это не папа! — немного опешив, ответила Ольга.