Остальные трое дружно повернули головы и уставились на Гайдука. Они развалились на стульях, глумливо ухмылялись. На рукавах у этих субъектов красовались желтые повязки с синим трезубцем, стилизованным под свастику. У одного из-под жилетки выпирало круглое брюшко, а на пухлой физиономии застыло сонное выражение. Другой был горбонос. Его крючковатые пальцы находились в беспрерывном поиске незнамо чего. Физиономия третьего могла бы сойти за интеллигентную, если бы ее не украшал белесый шрам под глазом.

Молчание продолжалось секунд двадцать. Гости сверлили взглядами Сергея.

— Петр Николаевич, у вас все в порядке? — спокойно спросил Гайдук.

Тот отрывисто кивнул.

— Да, Сергей, спасибо, все нормально. — Он словно недоговорил, проглотил слюну.

— Выйди, урод, и дверь закрой, — злобно прошипел обладатель подвижных пальцев.

— А мне показалось, что у вас проблемы, Петр Николаевич, — сказал Сергей, скрестил руки на груди и прислонился к косяку.

— А это что за явление? — вкрадчиво спросил долговязый фрукт.

— Новый работник, Василь, — пробормотал Петр. — Мой родственник. Сергей, у нас действительно все в порядке, можешь идти.

Но Сергей не спешил покидать контору. Глаза Петра кричали: «Не уходи!» Гайдук прирос к косяку и спокойно разглядывал посетителей. А те, столкнувшись с непривычными для себя обстоятельствами, начали нервничать.

— Иди сюда, — заявил долговязый тип. — Ты кто такой?

Сергей не шевелился. Толстяк принялся задумчиво жевать губы. Обладатель шрама медленно поднялся, не сводя глаз с Гайдука. Горбоносый фрукт осклабился. Сергей переместил взгляд на долговязого гада, явно старшего в этой компании. Тот почувствовал дискомфорт, хищно скривился.

— Фюрер, пощупать его? — осведомился обладатель шрама.

— Пощупай, Зяма, — разрешил главарь. — Не нравится он мне.

— Хлопцы, вы чего? — заволновался Петро.

— Сидеть! — Долговязый тип положил ему на плечо разлапистую ладонь.

Интеллигент со шрамом лисьей поступью подошел к Сергею. Их взгляды встретились. Гайдук не менялся в лице. В его спокойствии было что-то такое, что не понравилось интеллигенту. Он как-то конвульсивно вздрогнул, посмотрел на главаря, словно прося подкрепления. Рука, собравшаяся схватить Сергея за ворот, застыла на полдороге. Эта глупая дуэль продолжалась полминуты. Все остальные затаили дыхание.

Подобную публику Сергей прекрасно знал. Молодцы против овец. Стоит им столкнуться с серьезным противником, сразу начинаются раздумья.

— Ладно, пошли, хлопцы, — процедил сквозь зубы долговязый Василь. — Некогда нам. Мы еще вернемся сюда, договорим. — Он первым вышел из конторы, решив не задевать Сергея, только глянул исподлобья.

За главарем шмыгнул интеллигент. Переваливаясь с боку на бок, прошел толстяк. Только горбоносый фрукт не растерял желание разобраться. Проходя мимо, он словно невзначай толкнул Сергея в плечо. К вящему его изумлению, оно оказалось тверже стали. Активист зашипел от боли, злобно воззрился на Гайдука. Тот смотрел на него равнодушно, словно думал о чем-то другом. Горбоносый фрукт со злостью зашипел и вывалился из конторы.

Гайдук оторвался от косяка, выглянул наружу. Четверо храбрецов уже спустились в гараж и направлялись к выходу. Долговязый поганец пнул по портативному насосу, лежащему поперек прохода. Тот взвился в воздух и врезался в стену. Оробевший Зубарь от греха подальше отступил за машину.

Горбоносый скот въехал в масляное пятно, оставшееся после какой-то машины, не удержал равновесия, заплясал и растянулся на грязном полу. Сергей с трудом подавил смешинку. Пострадавший поднимался, грязно ругаясь.

— Эк тебя обслюнявили, Борода, — заявил толстяк.

— Поддувало закрой, Шут! — взревел бедолага.

Сергей вернулся в контору и развалился на стуле. Не сказать, что он был спокоен, но и не спешил драматизировать ситуацию.

Петр испустил облегченный вздох, похожий на стон.

— Спасибо, Серега, — сказал он и забористо выругался.

— Поправь меня, если ошибаюсь, — проговорил Гайдук. — Ситуация абсолютно безнадежная, да?

— А какая она еще может быть? — Петр с силой выдвинул ящик письменного стола, выудил плоскую бутылку с желтоватым содержимым и сделал большой глоток.

— Понятно, — кивнул Сергей. — Будем скатываться в алкоголизм. Что им нужно, Петруха? Для меня, знаешь ли, странно, что можно вот так прийти и отнимать бизнес. Ты, в конце концов, юридическое лицо.

— Юридическая задница, вот я кто, — проворчал Петр, успокоившись. — Весь день испортили эти поганцы. Им Гладышев делегировал полномочия. Мне даны три дня на размышление, а потом!.. Считай, что черную метку передали. А еще этот ублюдок Василь Дергач — партийная кличка, кстати, Фюрер, чем он от души гордится — настойчиво выспрашивал, где я был вчера вечером. Мол, не я ли отделал Фаэтона с Дуней. Я, конечно, удивился, но не знаю, поверили ли. Слушай, Серега, они теперь на тебя подумают. Увидели, поняли, что ты крепкий орешек.