Шрифт:
— Не желаете ли осмотреть комплекс? — спрашивает Кэм. — Я мог бы вам его показать.
— Потом, возможно, — пренебрежительно отвечает Бодекер и бросает взгляд на своего аккуратного, готового к услугам атташе, который тут же делает шаг вперед.
— Я с удовольствием прогуляюсь с вами, — произносит он.
После секундной неловкой заминки Кэм спохватывается:
— Конечно. Начнем с сада. — Ему не по себе от того, как Бодекер не моргнув глазом спихнул его своему лакею.
На пути в сад Кэм оглядывается и видит: беседа между генералом и Робертой проходит весьма оживленно. Похоже, в центре интересов Бодекера стоит вовсе не Кэм.
РЕКЛАМА
НОВИНКА! Официальная экшен-фигура Камю Компри!
Встроенный калькулятор!
Встроенный домашний репетитор!
Говорит десять тысяч фраз на девяти языках!
И он самый настоящий сплет!*
Самонаводящиеся глаза!
Реалистичные мультикультурные тона кожи!
Сохраняет любую приданную ему форму и готов к перепрограммированию!
Светится в темноте!
Количество ограничено!
ДЛЯ ЗАКАЗА ЖМИТЕ НА ЭТУ КНОПКУ!
*Даем гарантию: он действительно сплетен из двадцати других экшен-фигур.
Остаток дня проходит гладко — как бывает гладкой скользкая, еще не просохшая фанера. На вид — без сучка и задоринки, а проведешь пальцами — шершавая и неприятная.
Ужин, в высшей степени официальная трапеза, проходит за столом, слишком большим для четверых, в столовой, специально спроектированной для угощения персон самого крупного калибра, вроде генерала.
— Мои комплименты вашему шеф-повару, — изрекает Бодекер, прерывая однообразное постукивание серебряных столовых приборов.
— Да-да, все чрезвычайно вкусно, — вторит атташе. У генеральского охвостья привычка подпевать всему, что бы ни сказало начальство.
За традиционным обменом любезностями Кэм ощущает некий диссонантный обертон, который никак не поддается определению. Так бывает, когда одна из гитарных струн слегка выбивается из строя. Может, это связано с Девушкой, которую он не в силах вспомнить? А может, это с ним самим что-то не в порядке?
— Я с нетерпением жду дня своего прибытия в Вест-Пойнт, — молвит Кэм. Возможно, в реакции генерала ему удастся нащупать что-нибудь существенное.
— Уверен, они тоже ждут вас с нетерпением.
— Монтрезор [10] ! — неожиданно выпаливает Кэм. По временам в его мозгу вспыхивают такие вот нетривиальные ассоциации, и контролировать это он не в силах.
— Прошу прощения? — недоумевает генерал.
— Э-э… месье Монтрезор — наш шеф-повар, — импровизирует Кэм. — Я передам ему, что вы высоко оценили его шатобриан [11] .
10
Отсылка к рассказу Эдгара По «Бочонок амонтильядо». Рассказ представляет собой исповедь убийцы. Обедневший дворянин Монтрезор мстит своему другу Фортунато за остающиеся читателю неведомыми издевательства. Соблазнив Фортунато, известного знатока и ценителя вин, якобы имеющимся в его подвале бочонком превосходного амонтильядо, Монтрезор ведет друга в подвал, по дороге все больше и больше подпаивая его. Как только они приходят к нише, в которой стоит пресловутый бочонок, Монтрезор приковывает жертву цепью к стене. Фортунато не может взять в толк, что происходит. Тем временем Монтрезор начинает замуровывать нишу. Прозревший Фортунато поднимает крик, но без толку — в замке царит карнавал, и его не слышит никто, кроме Монтрезора. Последний завершает кладку и наглухо замуровывает «друга» в нише с бочонком амонтильядо.
11
Шатобриан — изысканный стейк, приготовленный на рашпере с традиционным соусом «беарнез».
Роберта бросает на своего воспитанника суровый взгляд, но не разоблачает его. Возможно, потому, что отлично понимает, о чем речь.
— О да, — подыгрывает она, — наш шеф-повар выше всяких похвал.
Генерал, человек не особо начитанный, принимает все за чистую монету, а его атташе слишком занят нанизыванием на вилку горошин, чтобы распознать фальшь.
Бодекер уезжает на следующее утро, даже не попрощавшись. Во всяком случае, не попрощавшись с Кэмом. Сразу же после его отъезда Кэм гуляет по территории и останавливается на том самом месте над морем, где когда-то они с Девушкой смотрели на звезды и он дал ей урок астрономии. Правда, сейчас память говорит ему, что он лежал здесь и считал звезды в полном одиночестве. Именно поэтому он знает, что Девушка была частью этого воспоминания. Еще он помнит, как разговаривал с… ни с кем. Сейчас в утреннем небе горит только одна звезда — Солнце, но Кэму не нужны звезды, чтобы, соединив линиями отдельные пункты, увидеть внутренним взором полное созвездие — то есть постичь смысл генеральского визита.
Вчера, выполняя взваленную на него обязанность гида для бодекеровского лакея, Кэм заметил, как генерал и Роберта уехали на гольф-каре в отдаленную часть комплекса. Безусловно, они отправились туда не для изучения полей сахарного тростника и таро, которые «Граждане за прогресс» культивируют для вида, чтобы поддерживать впечатление нормальности. Кэм отдает себе отчет, что кроме особняка в обширном комплексе имеются и другие строения, скрытые в густых зарослях. Хотя он их никогда не видел, он знает, что они там есть.
Он знает также, что если спросить о них Роберту, та не скажет правды, как всегда. Уклончивость на грани обмана отточена ею до изящнейшего гавота, и танцует она его с такой ловкостью, что для Кэма это стало особой формой развлечения.
Генерал Бодекер же не настолько искусен во лжи. Все его вранье написано у него на лбу, как след от фуражки.
И впрямь Монтрезор! Король неискренности, самый презренный персонаж Эдгара По, который, уверяя Фортунато в своей дружбе, тем временем замуровывает его в тайную могилу. А кто же тогда Кэм? Фортунато, следящий, как укладываются один на другой камни его смертного приговора? Или у него просто разыгралось воображение? Ведь личность Кэма сложена из расплетов, а паранойя у них обычное явление; должно быть, во многих из его частей она расцвела сейчас махровым цветом. И все же он не в силах обуздать подозрение, что отгадка кроется во вчерашней отлучке Роберты с Бодекером. Где бы они ни побывали, именно там следует искать причину генеральской холодности и отчужденности. Должно быть, пришло время Кэму познакомиться с комплексом «Граждан за прогресс» на Молокаи поближе…