Мы с Бенджи перешли в шестой класс. В нашей школе шестиклассники имеют нехилые привилегии, например, могут ходить в походы на целую неделю!

Мы ожидали, что в этом году у нас будет мисс Венгер, самая классная учительница во всей школе. Она из той породы учителей, что ведут класс кататься на роликах, а когда кто-нибудь падает, рассказывают о гравитации!

Мы с Бенджи надеялись, что этот учебный год выдастся замечательным.

Так что можете представить наше удивление, когда мы, войдя в класс, увидели учителя, старательно вычерчивающего свое имя на доске. И это была не мисс Венгер. Его звали мистер Бланкеншип.

Мы разочарованно застонали. Выглядел мистер Бланкеншип выглядел престранно. Он был ну очень, очень высокий и щуплый. И почти совершенно лысый.

Одевался он тоже, прямо скажем, неважнецки. Особенно скверно смотрелась водолазка с высоким воротником, усеянная бежевыми, коричневыми и черными ромбиками.

Он встретил нас на пороге и попросил представиться.

— Я — Бекка Томпсон, — сказала я.

— Бенджи Коннор, — ответил Бенджи.

— Я просто хочу, чтобы все устаканилось. Может, присоединитесь к остальным и прогуляетесь по классу? — предложил мистер Бланкеншип.

Класс производил довольно унылое впечатление, мисс Венгер бы обустроила гораздо круче. Мистер Бланкеншип разместил там самые обычные атрибуты: уголок читателя, компьютерный уголок, а также банальную надпись на доске объявлений, гласившую: «С возвращением».

Необычными в этом кабинете казались лишь пять или шесть стеклянных аквариумов, расставленных по всему периметру. Я подошла к одному из них и прижалась носом к стеклу. Интересного мало — несколько камней, горстка сухой травы, палочки-веточки и…

— А-а-а-ай! — взвизгнула я.

Остолбенев, я показала пальцем на длинную, чешуйчатую, шипящую тварь. Терпеть не могу змей. Ничего не могу с собой поделать. Я их на дух просто не переношу!

Ненавижу эти крошечные черные глазки, которые буквально буравят тебя насквозь. Именно это пугает меня больше всего — их глаза.

Я хотела отвернуться от проницательного змеиного взгляда, но не могла. Меня будто парализовало. Сердце билось так сильно, словно вот-вот выскочит из груди!

К счастью, Бенджи вырвал меня из оцепенения. Он подошел и отпихнул меня в сторону, чтобы разглядеть получше.

— О, змея, — преспокойно констатировал он. Но я-то знала, что Бенджи боится змей не меньше моего.

— Вижу, вы уже познакомились с одним из моих дружочков, — с улыбкой проговорил мистер Бланкеншип. — В этом году мы будем изучать змей. Очаровательные создания. Завораживающие.

Склонившись над клеткой, мистер Бланкеншип повернулся ко мне:

— Ты знала, что змеи могут жить без еды буквально месяцами? Само собой, они охотно проглотят маленькую вкусную мышку. Гляди.

Он подошел к клетке поменьше, стоявшей за книжной полкой, и ухватил за хвост белую мышку. Бедное создание отчаянно вырывалось, но мистер Бланкеншип крепко вцепился в его длинный розовый хвост.

Несколько секунд он покачивал яростно извивающейся мышью над аквариумом. А затем бросил ее рядом со змеей.

Я не хотела на это смотреть, но ничего не могла с собой поделать.

Змея рванулась вперед, распахнула пасть и проглотила мышь. Целиком! Я лишь застонала, увидев, как розовый хвостик проскользнул между клыков, словно спагетти.

Меня замутило, причем неслабо. Но я не собиралась демонстрировать Бланкеншипу, что ему удалось внушить мне отвращение.

— Кто следующий? — спросил мистер Бланкеншип, потирая свои длинные костлявые ладони. — Ну, кто голоден?

Только тогда я осознала: все террариумы были заполнены склизкими, ползающими, шипящими маленькими «дружочками».

Мы с Бенджи старались освоиться в кабинете мистера Бланкеншипа. Но это было отнюдь не легко. Во-первых, он приносил все больше и больше змей. Так что в скором времени целая стена оказалась заставлена стеклянными контейнерами.

Змеи безмолвно скользили, следя своими черными глазами за мистером Бланкеншипом.

— Здесь змей больше, чем учеников! — однажды шепнула я Бенджи.

Казалось, что мистер Бланкеншип не может говорить ни о чем другом! На естествознании мы изучали выведение змей в инкубаторе. На истории читали древние легенды о змеях. А на геометрии чертили мелками узоры змеиной кожи.

Но одна громадная клетка, стоявшая позади рабочего стола мистера Бланкеншипа, оставалась пустой. Мы с Бенджи гадали, что же он планировал туда посадить.

— Гигантского питона! — однажды предположил Бенджи.

Я невольно содрогнулась. Не хотелось и думать об этом.