– Я не могу.

– Но почему?

– Потому что я не сказал до сих пор тебе главное.

Она пристально посмотрела ему в глаза.

– Имя того человека, которого я хотел убить – Габриэль Мак-Роз.

Элиза непонимающе смотрела на Джека.

– Я приехал убить твоего отца, но буквально в первый день увидел тебя, и сразу же полюбил, а когда узнал, что ты его дочь, отказался от этой затеи.

Элиза вдруг поняла причину волнения и беспокойство отца. Она, конечно же, знала о той трагедии, что постигла Мак-Розов по вине герцога Оскара. Теперь она начала понимать, почему отец потребовал не выходить из дома: он боялся, что с ней может случиться несчастье, которое он старался не допустить любой ценой. Элиза представила себе его состояние, когда обнаружится её исчезновение…

– Клянусь, я не причиню вред ни твоему отцу, ни кому-либо ещё из твоих близких! – воскликнул Джек, по-своему поняв её настроение.

– Так вот на какие прогулки вы ездите каждый день? – на поляне появился Ричард.

– Вы что, следили за мной? – с отвращением в голосе спросила Элиза. В это момент она ненавидела Ричарда всей душой.

– Не мог же я допустить, чтобы юная леди отправилась в лес ни свет ни заря одна, без сопровождения кавалера, особенно тогда, когда по лесу шляются всякие типы.

– Вас это не касается, – резко оборвала его Элиза.

– Подумать только, и об этой женщине я мечтал!

– Рада, что больше не мечтаете!

– Я мечтал быть вашим мужем, восхищался вашей чистотой и невинностью, а вы…

– Убирайтесь прочь!

– Почему вы решили, что я позволю какой-то шлюхе указывать мне, что делать?

– Надеюсь, сударь, вы столь отважны не только в разговорах с женщинами? – опомнился Джек. Он готов был разорвать Ричарда на куски.

– Так вот кого вы предпочли мне, – нарочито презрительно процедил сквозь зубы Ричард, окинув Джека оценивающим взглядом с головы до ног.

– Потому что вы – ничтожество! – бросила Ричарду Элиза.

– Вам ли об этом судить?

– Я вижу, вы при шпаге, – сказал Джек, обнажая оружие.

– К вашим услугам, сударь, коль вам не терпится попасть на тот свет.

– Только после вас, сударь.

Ричард выхватил шпагу, и противники бросились друг на друга. Они оба оказались довольно хорошими фехтовальщиками. Потребовалось не больше пары секунд, чтобы с лица Ричарда, считавшего себя прекрасным бойцом, сошла иронично-презрительная ухмылка. Он даже представить себе не мог, что этот лесной бродяга окажется таким сильным противником. Ещё через мгновение на груди Ричарда появилась глубокая царапина. Рана заставила юношу взять себя в руки, выбросить из головы всё, что не касается непосредственно боя. Мобилизация внутренних сил тут же дала результат: шпага Ричарда глубоко вошла в правую руку Джека чуть выше локтя. Оружие выпало из руки, но Джек ловко поймал шпагу левой рукой и сразу же контратаковал противника. На животе Ричарда появилась рана, которая, войди клинок чуть глубже в тело, вполне могла стать опасной или смертельной.

– Немедленно прекратить, или я прикажу пристрелить обоих!

На поляне появился отряд из четырёх человек с ружьями и пистолетами, командовал отрядом Паркер. Вместе с ливреей он оставил и облик вышколенного слуги. Теперь это был настоящий пират или главарь лесных разбойников, в глазах которого была жажда сражения.

– Не вмешивайтесь, Паркер, мы ещё даже не начали, – ответил Ричард, нападая на Джека.

– У меня есть приказ, и если вы не остановитесь, клянусь небом, я пристрелю обоих!

Его слова прозвучали достаточно убедительно для дуэлянтов. Ричард сделал несколько шагов назад и убрал шпагу в ножны, а Джек воткнул оружие в землю.

– Отлично, господа. Не желаете, сударь, проследовать с нами? – спросил Паркер Джека.

– Боюсь, у меня нет выбора, – ответил тот.

– Вы совершенно правы. Надеюсь, вы достаточно разумны, чтобы не наделать глупостей?

– Все зависит от того, что считать глупостью.

Джек начал медленно оседать на землю.

– Джек, милый! – к нему бросилась Элиза.

– Прости, любимая, – прошептал он, целуя её в губы, и бросился в лес.

Люди Паркера вскинули ружья.

– Не стрелять! – рявкнул он. Элиза была на линии огня, – за ним!

Сразу за поляной начинался густой колючий кустарник, а метров через триста был глубокий овраг, по дну которого тёк ручей. Сквозь колючки продираться никто не хотел, поэтому преследователи ограничились тем, что выпустили вслед Джеку несколько пуль, ориентируясь по звуку.

– Ладно, всё равно ему некуда деваться, – решил Паркер, – доставим юную леди домой, а затем уже отправимся на охоту.

Габриэль метался по кабинету из угла в угол, проклиная Паркера, который (вот проныра!) убедил его отказаться от личного участия в поисках дочери. Разумеется, старый флибустьер Паркер исходил из тех соображений, что, раз убийца ищет Габриэля, тому лучше сохранять осторожность. Разумеется, заикнись он об этом, Габриэль бы и слушать его не стал. Поэтому хитрый слуга подловил его на том, что кто-то должен остаться дома, чтобы суметь защитить его от нападения врагов.

За дверью послышались шаги. Предварительно постучав, вошёл Паркер.