Однако, пытаясь отнять у Моисея право на авторство одной из величайших книг за всю историю человечества, рационалисты на этом не останавливаются и оспаривают и приоритет Моисея в провозглашении монотеизма.

Так, на протяжении большей части XIX и всего XX столетия последователи марксистско-ленинской философии утверждали, что идея Единственного Бога неминуемо рождается в ходе развития человеческого общества при появлении абсолютной монархии. Таким образом, говорили философы-марксисты, нет ничего удивительного, что рано или поздно к ней пришли евреи. Предельно четко эта мысль была выражена еще Ф. Энгельсом и затем вновь и вновь цитировалась в различных советских учебниках по истории, философии, научному атеизму и т. д.

«Единый Бог, — писал Энгельс, — никогда не был бы осуществлен без единого царя...», а «...единство Бога, контролирующего многочисленные явления природы, объединяющего противоположные силы природы, есть только копия единого восточного деспота, который видимо или действительно объединяет сталкивающихся в своих интересах людей».

При этом ни Энгельс, ни его последователи не задавались вопросом о том, почему же монотеизм возник именно в среде евреев, никогда на самом деле не знавших абсолютной монархии, более того — в форме, отвергающей право любого монарха на абсолютную власть и передающей такую власть закону. В то же время ни в Египте, ни в Ассирии, ни в Вавилоне, ни в пришедшей им на смену Персии, ни, наконец, в Древнем Риме возникновение абсолютных монархий отнюдь не привело к появлению монотеизма. Даже если считать, что фараон Эхнатон и в самом деле исповедовал монотеизм (хотя и далеко не такой последовательный, как монотеизм Моисея), то не стоит забывать, что ему не удалось утвердить эту идею в египетском обществе, вроде бы вполне готовом, если верить Энгельсу, к ее восприятию — протомонотеизм Эхнатона умер вместе с ним. Персидский зороастризм тоже очень далек от подлинного монотеизма, а уж о Древнем Риме с его практикой введения в сонм богов императоров и говорить нечего.

Известный христианский историк религии Э. Ренан высказал любопытную мысль о том, что евреи стали провозвестниками монотеизма исключительно в силу случайных обстоятельств, только потому, что сама жизнь в пустыне, когда человек оказывается один на один с огромными безжизненными пространствами, — такая жизнь, дескать, естественным путем приводит к идее монотеизма. Но и эта идея явно не выдерживает проверки опытом: почему-то ни один из многочисленных народов, населявших Сахару, Калахари и другие известные пустыни планеты, «естественным» путем к монотеизму не пришел.

Таким образом, все попытки принизить религиозный гений Моисея, отказать ему в исключительности личности и роли в мировой истории выглядят не просто натянутыми, но и совершенно бездоказательными, и это, кстати, признают многие честные исследователи.

Несколько иначе обстоит дело с вопросом, насколько революционным и новаторским было законодательство, данное Моисеем евреям. Сторонники версии, согласно которой Моисей вне зависимости от того, кто он по происхождению — еврей или египтянин, был хорошо знаком с египетской и другими древними юридическими системами, довольно убедительно отстаивают мысль, что на самом деле в своем законе Моисей лишь суммировал эти знания.

Вот, например, как доказывал справедливость этой теории известный советский историк А. Б. Ранович в статье «Миф об исходе и Моисее».

«Далее доказано, — писал Ранович, — что "Книга Завета" является одним из многих аналогичных восточных кодексов и испытала на себе значительное влияние со стороны последних. В 1901 — 1902 годах при раскопках в Сузах найдена стела с изображением царя Хаммурапи (около 1750 года до н. э.), получающего законы от бога Шамаша, и с полным текстом этих законов. Законы Хаммурапи в течение долгого времени были на всем Востоке образцом уголовного и гражданского кодекса, каким было, например, римское право, доныне изучаемое в буржуазных странах как совершенный образец. Обрывки кодекса Хаммурапи имеются и от VШ—VП веков: это свидетельствует, что этот свод законов был в обращении через двенадцать-тринадцать веков после его составления и мог послужить образцом для еврейского законодательства. И действительно, при сравнении текста кодекса Хаммурапи и "Книги Завета" мы встречаем текстуальные совпадения, свидетельствующие о заимствовании из кодекса Хаммурапи.

Кодекс Хаммурапи

П. 21. Установлено: если кто вломился в дом, его убивают на месте взлома.

П. 117. Установлено: если кто- нибудь попал в долговое обязательство, и он потому отдал за деньги жену или сына, или дочь отдал в кабалу, они должны три года оставаться в услужении в доме покупателя или кредитора; на 4-й год они должны быть отпущены на волю.

П. 124. Установлено: если кто передал другому при свидетелях на сохранение серебро, золото или что-либо другое и потом отрекся от этого, то пусть он соответствующего человека уличит; тогда этот должен отдать то, от чего он отрекся, вдвойне.

П. 126. Установлено: если у кого-либо нечто, принадлежащее ему, не пропало, а он все же объявил "нечто, принадлежащее мне, пропало", (и) со своей стороны неправомерным образом заявил об убытке, то сообразно тому, что нечто, принадлежащее ему, не пропало, пусть он точно назовет перед богом свою (мнимую) пропажу. Тогда пусть он отдаст в ущерб себе то, что он рекламировал, вдвойне.

П. 200. Установлено: если кто выбил зубы лицу, равному ему, то ему выбьют зубы.

П. 206. Установлено: если кто во время драки ударил другого и при этом нанес ему повреждение, то пусть виновный поклянется: "сознательно я его не ударил"; он должен также удовлетворить врача.

"Книга Завета"

Исх. 22, 1. Если вор захвачен при подкопе, и его ударили, и он умер, нет крови на нем.

Исх. 21, 2. Если купишь раба еврея, пусть служит он шесть лет, а на седьмой год пусть выйдет на волю даром... 7. А если кто продаст дочь свою в рабыни...

Исх. 22, 6. Если отдаст кто серебро или вещи ближнему на сохранение, а они украдены будут из дома этого человека, то, если вор будет обнаружен, пусть он заплатит вдвойне. 7. Если вор не будет обнаружен, пусть хозяин дома явится к богу и покажет, что он не простер руки на собственность ближнего своего... 9. Если кто даст ближнему своему осла или вола, или всякий (другой) скот на хранение и он умрет или будет поврежден или увезен, и нет очевидца, то клятва Ягве да будет между ними, что он не простер руки к собственности ближнего.