Они расстелят небесно-голубую ткань на внутреннем столе, затем положат на нее формы для хлеба, чаши для курений, половинки труб и покрывающие боковые рамки, так чтобы хлеб мог оставаться на столе постоянно...» (Чис. 4:4—7).

Не буду утомлять читателя подробным цитированием этого отрывка, представляющего собой детальную инструкцию по разборке и транспортировке Переносного храма. Вслед за обязанностями семьи Кегата в этой инструкции перечисляются обязанности родов Гершона и Мрари.

В итоге каждый левит точно знал, что ему следует делать, когда евреи снимались с места и переходили на новую стоянку, и каково его место в бою. Помимо переноса и сбора Храма и обеспечения сохранности его аксессуаров, левиты наводили в Храме порядок, пели в хоре и играли на музыкальных инструментах во время жертвоприношения, несли вокруг Храма круглосуточную охрану.

После этих нововведений, еврейский стан уже представлял собой единый военный организм, способный не только с легкостью отразить атаку, но и выполнить любую другую боевую задачу.

Час завоевания Ханаана приближался, и, осматривая еврейские полки, Моисей ощущал, как всё его существо трепещет от нетерпения в ожидании этого часа, не подозревая, что планам о скором и быстром завоевании Ханаана не дано было сбыться.

Двадцатого числа второго весеннего месяца ияра 2449 года (май 1311 года до н. э.), спустя ровно 20 дней после объявления о переписи боеспособного населения, поднявшийся над Переносным храмом облачный столп показал, что евреям снова пора в путь. Пришло время покинуть подножие горы Синай, возле которого они провели без малого год, и двигаться дальше — в сторону Земли обетованной.

В это время Иофор, тесть Моисея, засобирался домой, в Мадиам. Его решение, судя по всему, застало Моисея врасплох. Ему было жалко терять столь мудрого и опытного советчика, и он начал всячески уговаривать Иофора продолжить идти с евреями дальше. Доводы, которые приводил Моисей, выглядят вполне логично, и к тому же, чтобы убедить тестя изменить решение, он не поскупился ни на лесть, ни на богатые посулы, пообещав ему и долю в военной добыче, и участок земли, которую еще предстояло завоевать: «Сказал Моше: "Не покидай нас. В конце концов, ты знаком с местами, где мы собираемся ставить стан в пустыне, и ты можешь быть нашим проводником. Если ты с нами пойдешь, мы разделим с тобой все добро, что Бог нам дарует"» (Чис. 9:29—31).

Библия не приводит окончательного ответа Иофора зятю, однако большинство комментаторов считают, что он отверг эти предложения Моисея и вернулся к себе домой.

Отправление евреев в путь началось с того, что левиты вынесли из Шатра откровения Ковчег Завета и Моисей произнес фразу, с которой евреи на протяжении многих столетий выступали на войну и которая и сегодня произносится во многих синагогах мира, когда свиток Торы выносят к молящимся: «Встань, Боже, и рассей врагов Твоих, и да побегут от Тебя ненавистники Твои!»

После этого левиты с Ковчегом двинулись в путь, раздались отрывистые трубные звуки, и вслед за Ковчегом двинулся легион Иуды — полки колен Иуды, Иссахара и Завулона.

Тем временем левиты уже разобрали Переносной храм; часть убранства погрузили на повозки, запряженные быками, часть подняли на руки, и роды Гершона и Мрари двинулись с деталями Храма вслед за легионом Иуды.

За этой группой левитов двинулся легион Рувима, то есть полки колен Рувима, Симеона и Гада. Сразу после них начали движение левиты из рода Кегата, которым было поручено ношение храмового светильника, жертвенников и другой священной утвари.

За сынами Кегата шел легион Ефрема — колен Ефрема, Манассии и Вениамина. В арьегарде шел легион Дана, безопасность тыла которого, в свою очередь, обеспечивали полки колена Наффалима.

Уже из описания порядка движения становится понятно, насколько четко и разумно удалось Моисею за время пребывания у Синая организовать жизнь огромной массы идущих за ним людей.

Спустя три дня евреи пришли в пустыню Паран, которая, судя по карте, расположена почти в 160 километрах от горы Синай. Таким образом, за день израильтяне проходили свыше 50 километров. В принципе это — вполне реальный дневной переход для кочевого племени. Однако около двух миллионов человек могли двигаться по пустыне с такой скоростью лишь при условии, что они очень хорошо организованы и точно следуют указаниям своих лидеров. Таким образом, сам факт, что евреям удалось преодолеть за три дня столь значительное расстояние, вроде бы доказывает, что среди них царили железная дисциплина и беспрекословное подчинение приказам Моисея.

По поводу того, что происходило с евреями в следующий месяц с небольшим, существуют различные точки зрения. Некоторые из теологов настаивают на том, что события развивались в том же порядке, как описано в Библии, однако некоторые считают, что на самом деле, как и в ряде других случаев, эта часть книги Чисел отклоняется от последовательного изложения, намеренно переставляя различные события местами.

Автор этой книги относит себя к числу сторонников второй версии, и чуть ниже я попытаюсь объясниться с читателями по поводу своей позиции. Пока же отметим то, что не вызывает сомнений ни у одного из комментаторов Пятикнижия: 29-го числа третьего месяца сивана 2449 года (примерно в июне 1311 года до н. э.) Моисей отправил 12 лучших еврейских воинов на разведку Земли обетованной.

За те 40 дней, которые прошли с того времени, как евреи покинули подножие Синая, они, как считают ряд комментаторов, дошли до самого края пустыни Паран и стали станом в оазисе Кадеш-Барнеа, находившемся всего в трех днях пути от Ханаана. Именно отсюда Моисей и послал разведчиков, чтобы ему доставили как можно более подробные сведения о земле, которую евреям предстояло завоевать.

Согласитесь, с точки зрения нормальной человеческой логики шаг этот представляется не просто вполне разумным, но и крайне необходимым. Ни один полководец не бросит свою армию в неизвестность, не имея хотя бы приблизительной карты местности, ничего не зная о ландшафте, не представляя, пусть в самых общих чертах, где и с каким противником он может встретиться. Предварительная разведка во все времена была важнейшей частью действий любой армии, и судьба любого завоевательного похода в немалой степени зависела от достоверности сведений, которые сообщали разведчики.