– Спасибо вам, Роуз, за информацию, – сухо произнес Эстерхаус и повернулся к гостям. – Идемте, я покажу вам другие помещения.

Экскурсия продолжалась. Эстерхаус привел их туда, где в клетках сидели, лежали и прыгали лабораторные собаки. Он специально подвел гостей к двери аварийного выхода и показал крупную надпись: «САМОВОЛЬНОЕ ОТКРЫТИЕ ДВЕРИ ВКЛЮЧАЕТ СИГНАЛИЗАЦИЮ».

– Как видите, сюда никто не может проникнуть и что-то похитить, – заметил Эстерхаус.

– Но кто-то проник и похитил, – невозмутимо возразил ему Сайкс.

– Я допускаю единственную возможность, – сказал Эстерхаус. – Параллельная разработка. Какая-то лаборатория может вести работы в аналогичном направлении. А проникнуть сюда… Если через эту дверь – тревога по всему зданию. А чтобы пройти через основную, надо знать коды доступа.

– Которые знают все ваши сотрудники, – подхватил Сайкс.

– Ну да, знают.

– Один вопрос. – Рэтчет делал пометки в своей записной книжке. – Вы меняли коды доступа?

– В прошлом году – нет.

– Значит, в прошлом году каждый, кто здесь работал… та же Мэв… знали код, – подытожил Сайкс.

Эстерхаус замотал головой:

– Она бы такого не сделала! При всех недочетах ее характера, при всей ее неуправляемости Мэв не воровка. Наконец, это же компания ее отца!

– Я всего лишь привел пример, – спокойно заметил Сайкс.

И опять Эстерхаус взглянул на Адама. Кэт вдруг поняла: они с Адамом пытаются выгородить Мэв.

Адам решил плавно переключить внимание гостей.

– Теперь я покажу вам, где хранится это средство.

Они вошли в боковую комнату, одну стену которой занимал холодильник.

– Особой необходимости хранить что-то в холодильнике нет, – сказал он, открывая дверцу. – При комнатной температуре кристаллы вполне стабильны. Мы делаем это из предосторожности.

Он выдвинул поднос, уставленный пробирками, аккуратно вытащил одну из стойки и протянул Кэт.

– Это и есть зестрон-Л.

Кэт даже залюбовалась ярко-розовыми кристаллами, похожими на крошечные самоцветы. Свет играл на их гранях. Кэт наклонила пробирку, продолжая наблюдать за розовым вихрем, остановленным черной пробкой.

– Красивое зрелище, – признала она.

– Кристаллическая форма лучше подходит для хранения, – сказал Эстерхаус. – Перед вами – зестрон-Л в его чистом виде. Но подопытным животным вводят его раствор. При нагревании кристаллы полностью растворяются в смеси спирта с водой. Препарат очень экономичен.

– Что значит экономичен?

– Всего одного такого кристаллика хватает для изготовления пятидесяти терапевтических доз.

– Пятидесяти? – переспросил Сайкс.

– Да. Из одного кристалла, растворенного в пятидесяти кубических сантиметрах смеси, получается пятьдесят доз.

Рэтчет разглядывал дверцу холодильника:

– Она что же, не запирается?

– Нет, – ответил Адам. – Здесь ничего не запирается. Как я уже сказал, мы доверяем своим сотрудникам.

– А инвентаризационные проверки бывают? – поинтересовался Сайкс. – Вы следите за сохранностью своих пробирок?

– Они все пронумерованы. Если бы хоть одна исчезла, мы бы сразу заметили.

– И все-таки есть какой-нибудь способ незаметно похитить эти кристаллы?

Эстерхаус задумался.

– Если только кто-то догадался…

– О чем? – навострил уши Сайкс.

– Что можно взять один-два кристалла из каждой пробирки. Внешне это практически незаметно.

Все замолчали, раздумывая над услышанным. Звонок сотового телефона прозвучал неожиданно. Оба копа посмотрели на свои мобильники.

– Это мой. Прошу прощения, – сказал Сайкс, отойдя в дальний угол комнаты.

– Ну что ж, мы вряд ли можем чем-то помочь, – сказал Рэтчет. – Если где-то существует лаборатория и там тоже делают розовые кристаллы…

– Вероятность существования такой лаборатории ничтожно мала, – возразил Адам. – Зестрон-Л не из тех соединений, которые можно изготовить в подвале. Мы занимаемся им уже несколько лет, но о промышленном производстве пока не может быть и речи.

– Но доктор Эстерхаус говорит, что в каком-то другом месте вполне могли сделать аналог вашего зестрона.

– «Сигнус» – единственная корпорация, располагающая необходимым оборудованием. Поверьте, такие работы стоят очень больших денег.

– Вы бы удивились, узнав, какими суммами ворочает преступный мир, – сказал Рэтчет, закрывая записную книжку. – Я привык говорить честно. Дело о хищении зестрона – почти «глухарь». Вряд ли, мистер Куонтрелл, мы вам чем-то поможем.

– Можно было бы проверить работников на детекторе лжи, – предложила Кэт. – Хоть какое-то начало.