Дуська вздрогнула, открыла глаза и, увидев у своих ног голого мужика, заорала.

– Тише! – зажал ей ладонью рот Фил.

– Ты?! – выпучила глаза Евдокия. – А мы на том свете или на этом?

– На том… в смысле на этом… То есть живы мы! – запутался Фил.

– А почему ты раздет?

– Так это, в окно между решетками лез, етитская сила, вот и разделся.

– Ты меня спас?! – восторженно удивилась Дуська.

– Спас, – кивнул Фил, пряча глаза.

Сообщить Дуське, что гранаты были фальшивыми, у него не было сил.

– Поцелуй меня, – вдруг попросила Дуська и закрыла глаза.

Фил уткнулся ей в щеку плотно сомкнутыми губами. Он не очень хорошо понимал, что делает, но сердце, забившееся с удвоенной силой, подсказывало, что что-то важное.

– Ты что, никогда не целовался ни с кем? – недовольно спросила Дуська, отпихнув его от себя.

– Нет. То есть целовался как-то… давно… с Людкой Косячкиной.

– Сам ты Людка Косячкина, – надулась Дуська. – Целуй давай, как в кино!

Портнягин расправил плечи и обнял Дуську вместе со стулом. Он поймал ее губы, с грохотом повалил на пол и… Фил терпеть не мог киношные поцелуи, но уж он постарался.

Дуська почти не дышала. Она обхватила Фила за шею и позволяла делать с собой все, на что у Фила хватило фантазии.

– Ну ты маньяк! – наконец выдохнула она. – А притворялся евнухом недоделанным.

– Я доделанный… То есть не евнух. В смысле не притворялся… – опять запутался Фил.

– Где Алекс? – оттолкнула его от себя Дуська.

– Не знаю, но пусть только сунется. – Фил сделал попытку повторить свой звездный поцелуй.

– Найди мой талисман! – взмолилась вдруг Дуська. – Полмонетки на цепочке! Мне без него замуж ну никак не выйти!

Портнягин пополз на четвереньках, обследуя комнату. Он старался, словно ищейка, включив все свое зрение, нюх и желание угодить Дуське.

Талисман нашелся среди кучи гранат. Небрежно разбросав учебные игрушки, Фил поднял цепочку и в зубах принес ее Дуське.

– Держи, – сказал он, одевая ей на шею монетку. – Только замуж без меня ни ногой…

Дуська вздохнула и критически оглядела Фила.

– Я бесприданница, – предупредила она.

– И я бесприданец, – парировал Фил.

– Я рыжая.

– И я рыжий! В одном очень интимном месте.

– Я дура и неудачница.

– Я тоже дура и неудачник! У меня вся карусель блевала, когда я над пультом задумался.

– У меня душа изуродована!

– А у меня зад. Мы будем хорошей парой.

– Я заявление в загс подала с Алексом.

– Найдем другой загс, напишем новое заявление…

– Ладно, показывай свое рыжее место.

– Это согласие?!

– Нет, женское любопытство…

Пока она бормотала глупости, Фил снова обнял ее вместе со стулом и закрепил на практике поцелуй.

– Что-то долго нашего героя нет! – От нетерпения Клим подпрыгнул, стараясь заглянуть в окно.

– Нужно отойти подальше от дома, вдруг рванет? – обеспокоенно сказал Левин, отступив два шага назад.

– Уже бы рвануло, – поделился размышлениями Андрейкин. – Раз фейерверка до сих пор нет, значит, все более-менее благополучно.

Маг решительным шагом направился к двери прачечной.

Клим все же залез на приступок и заглянул в окно.

– Что там? – нервно спросил его Левин.

Титов покачнулся, спрыгнул на землю и побежал за Андрейкиным.

– Что там?! – заорал Левин. Ему ничего не осталось делать, как бежать вслед за всеми.

Они влетели в гостиную и замерли на пороге.

Портнягин лежал на полу и взахлеб целовался с Дуськой, прихватив в компанию стул.

– Как бы то ни было, задачу он свою выполнил, – сказал Клим.

– И перевыполнил, – буркнул Левин.

– Кто это?! – оторвавшись от Фила, спросила Дуська.

– Группа поддержки, – ответил Фил. – Можешь не обращать на них никакого внимания, они нашему счастью не помешают. – Портнягин попытался опять повалить Дуську, но она выкрутилась и испуганно уставилась на Левина.

– Здравствуйте, Лариса Борисовна, – насмешливо поздоровался он с ней. – Что-то вы кардинально порыжели.

Андрейкин обошел комнату и остановился возле кучи гранат.

– Пустышки! – догадался он. Маг схватил одну гранату, выдернул чеку и запустил снаряд в разбитое окно, попав точно между прутьев решетки.

За забором раздался оглушительный взрыв. Стены дома содрогнулись, стекла в окнах со звоном вылетели. Все как один распластались по полу, прикрыв головы руками.

– Ну ни хрена себе, – сказал Титов, дождавшись оглушительной тишины. И вдруг, сорвавшись с места, ринулся к двери.