- Деньги у телевизора рядом с вами. Спасибо. Только купите, пожалуйста, в следующий раз что-нибудь другое, а то сосиски уже надоели.

 Она молчит. Отрешенно кивает. Я щелкаю на канал Discovery. Там показывают передачу про самые скоростные машины на земле. Мощные болиды летят по поверхности высохшего солевого озера. Словно пули, выпущенные из моей винтовки. Быстро и неотвратимо.

 Так проходит где-то полчаса, а, может, и больше. Социальная дура курит сигарету за сигаретой, изредка мы обмениваемся короткими фразами. Потом она встает.

 - Ладно, я пойду, надо зайти еще к двум людям.

 - До свидания.

 Я еду за ней в коридор и закрываю дверь. Странная она. Одним словом, дура. Я возвращаюсь на кухню. Невнятное бормотание телевизора с уменьшенной громкостью. Я снова переключаю на MTV. Показывают клип Бритни Спирс.

 А Бритни – телка что надо. Она меня возбуждает. Дослушиваю песню и еду в туалет. Расстегиваю ширинку. Достаю член. Он встал. Представляю себе Бритни Спирс и мастурбирую. Вы не подумайте – в этом плане я абсолютно здоров. Вот только из-за моих ног вместо секса приходится обходиться более простым способом самоудовлетворения.

 Кончаю, смываю и возвращаюсь на кухню. Мою руки в раковине и включаю плиту. Пора поесть по нормальному, что-то уже хочется. Набираю в единственную чистую кастрюлю воды и ставлю на плиту. Синее газовое пламя подрагивает, мелкие капли воды на поверхности кастрюли с легким потрескиванием ползут по эмалированному краю и, собравшись в кучу, медленно испаряются.

 Занавески слегка подрагивают от сквозняка. Шипит, испаряясь, вода на плите. По телевизору показывают рекламу.

 Телевизор предлагает покупать, приобретать и потреблять, телевизор дает шанс, телевизор создает и показывает мир. Телевизор-бог, телевизор-чудо, телевизор-шкатулка с возможностями. Возможностями, которых у меня нет там, в реальном мире.

 Вообще, на самом деле, есть у меня несколько идей по поводу того, как реально изменить телевидение:

1. Ну, во-первых, людям, как ни крути, нравится смотреть на насилие, разрушение и тому подобное – поэтому-то фильмы-катастрофы, да и просто выпуски новостей, всегда вызывают повышенный интерес со стороны зрителей. Именно поэтому необходимо создать канал, на котором будут транслировать исключительно насилие и разрушение; и даже если в мире ничего такого происходить не будет, нужно будет все равно придумывать и показывать кровь и смерть. Кровь и смерть – это круто, люди от этого балдеют. Если это чужие кровь и смерть, конечно.

2. Во-вторых, на всяких там спортивных соревнованиях, например, я бы играл гимны всех участвующих стран одновременно, чтобы получалась такая чудовищная какофония, которая бы символизировала вечный мир и единение. Какофония, от которой у зрителей бы полопались барабанные перепонки.

3. И, в-третьих, я бы вообще не стал показывать передачи и фильмы про любовь, добро и все такое – Ромео и Джульетта типа и тому подобное, - все равно это никому по большему счету не нужно. Людей-то интересуют не чувства, а то, кто с кем спит и прочие интимные подробности. И на добро всякое им плевать. Больше секса, больше похоти – и никакой любви.

 В общем-то, я просто хочу сделать телевидение эффективней. Кого интересует красота и гуманизм? Правильно – никого. Людям нужно шоу и шоу кровавое – поэтому все с удовольствием смотрят репортажи с полей сражений очередной войны. Войны, которая преследует, конечно же, гуманистические цели – войны, которая удовлетворяет человеческую страсть к чужой боли и отчаянию.

 Нет, я не хочу сказать, что нужно затопить телевизионные экраны кровью, просто надо показывать ее более осмысленно, что ли. Говоря, типа, смотрите: это же круто, вам это нравится, ну не врите себе, ведь нравится же, а? Кому не нравится?

 А раз нравится всем – вот и смотрите себе на здоровье. Смотрите снова и снова, освобождайте свой первобытный страх, утоляйте свою древнюю жажду. Смотрите на чужую боль и чужое горе. Смотрите и оправдывайте зло, творящееся в мире: воровство, коррупцию, все эти политические игры, псевдодемократию, тотальное вранье и насилие, безработицу, вонючую социальную систему, бессмысленные реформы.

 Это лучше дешевых голливудских пугалок. Это то, что живет в нас. Это самое крутое реалити-шоу, которое творится на телевизионном экране под названием мир. Да, вот так бы я изменил телевидение.

 В это время вода в кастрюле начинает кипеть. Белая пена поднимается из-под крышки. Я беру пачку макарон – наконец-то социальная дура купила не гречку – и высыпаю ее содержимое в кастрюлю. Реклама кончилась, и теперь играет группа Корн.

 День в самом разгаре, весь город и весь мир в движении. Но только не я. И я не парюсь.

 Я на своей волне; я тоже двигаюсь, но по своей оси и со своей, удобной для меня, скоростью. Мне так проще, да и по-другому я все равно не смогу. Я просто смотрю телевизор и готовлю жратву.