– При чем здесь оскорбления, ваша светлость? У каждого человека существуют принципы, которым он следует по жизни. Из них, кстати, и складывается его репутация.

– Не будем обобщать. У меня нет принципов, которыми я бы не мог пожертвовать ради достижения важной цели.

– Само по себе это также можно считать неким принципом. Вашим личным, господин Хиунг.

– Прекратите, Груаб! Сколько можно заниматься пустой болтовней? – не выдержал герцог. – Я предлагаю вам пятиминутное дело и в качестве аванса готов передать вот этот рубин.

Он вытащил жертвенный кинжал. Наемник, как маг-оружейник, сразу понял назначение клинка. Рубин, украшавший его рукоять, действительно стоил огромных денег. Однако камень заключал в себе довольно опасное колдовство.

– Ваша светлость, в делах я руководствуюсь только своими правилами. И не нарушаю их даже за большие деньги.

– А зря.

Чародей крови едва сдерживался, чтобы не нагрубить собеседнику. Однако ссориться с Груабом ему было абсолютно не с руки. Особенно сейчас, когда Хиунг не мог постоять за себя.

– Ладно. Тогда давайте поскорее закончим с первым заказом. Предлагаю немедленно отправиться в Разахард. А этот что здесь делает? – Герцог увидел связанного разбойника.

– Наверное, охранял скакунов, – предположил следопыт, который скрутил бандита, как только пришел в расположение стоянки.

– Думаю, теперь в этом нет необходимости.

Хиунг пустил в ход ритуальный кинжал, давая волю накопившейся злости.

– Зачем? – без каких-либо эмоций спросил Груаб.

– Он слишком много слышал.

Открыв глаза, дочь Ярланда увидела над головой серый потолок и попыталась восстановить в памяти события, произошедшие после расставания с Груабом. Она хорошо помнила, как они доехали до развилки дороги неподалеку от Долины Гейзеров. В обе стороны вели следы конских копыт. Скорее всего, по одной дороге отправился отряд принца, а подругой – всадники во главе с рыжей наездницей. У развилки, к великой радости принцессы, попутчики решили разделиться. Она поехала направо и вскоре столкнулась с седым старичком.

– По грибы собралась, милая? – добродушно поинтересовался он.

Илинга немного удивилась, как быстро мужчина распознал в ней девицу: ведь костюм и шляпа принцессы были явно не женского покроя.

– Нет, дедушка, брата ищу. Он с отрядом всадников должен быть где-то поблизости. Вы не видели?

– Высокий молодой человек… – Дед очень подробно описал внешность Тарина.

– Да, это он, – обрадовалась девушка.

– Они тут недалече лагерем стоят. Пойдем, покажу.

Она спешилась и проследовала за стариком. Потом… что-то случилось. И теперь – серый потолок над головой.

– Где я? – спросила Илинга.

– Привет, сестричка! Как себя чувствуешь?

– Тарин?! Как я рада тебя видеть!

– Я тоже очень рад.

– Меня сюда привел добрый седой дедушка. А куда он подевался? И почему я ничего не помню?

– Этот дедушка оказался мерзким колдуном. Он напустил на тебя морханаз, а потом огрел варзом.

– Варзом?! – Девушка высунула из-под одеяла руки и испуганно их осмотрела.

– Это произошло вчера, – успокоил ее Тарин. – Сегодня уже никаких следов не осталось.

– Но…

– Самому не верится, но нам с Руамом удалось…

– Он жив?

– Почти.

– Что значит – почти?

– Сейчас все расскажу. С самого начала. Помнишь день, когда сапожник появился во дворце?

– Очень хорошо помню.

– Так вот… – История принца растянулась на полчаса и закончилась событиями нынешнего утра. – А сейчас мой проводник лежит в соседней комнате и умирает. Самое обидное, что я не могу ему ничем помочь, несмотря на то что, как выяснилось, являюсь целителем. Представляешь, другим – запросто, а Руаму мои чары – что мертвому припарка.

– Почему?

– Парень неподвластен магии. Ширад говорил, что чем больше пассов проходит через проводника, тем сильнее его защита. Похоже, в данной ситуации даже магистр не в силах что-либо сделать.

– А другие способы?

– Местный лекарь сказал, что вылечить больного смогли бы свежесорванные ягоды рубцебоя, но они созревают лишь в начале осени. Руаму столько не протянуть. Жить ему осталось от силы неделю.

– Где этот лекарь? – решительно вскочила принцесса с кровати.