Шрифт:
– И еще, – добавил брюнет, – я обещал подарить жизнь Фергура Тантасии – за то, что она приведет вас в чувство. Надеюсь, вы не возражаете?
Глава 17
ЧЕРНОЕ ВИНО
Герцог опустошил практически весь внутренний энергетический резервуар, а потому чувствовал себя неважно. Сейчас он был уязвим, как никогда, и это страшно угнетало могучего чародея.
«Проклятый мальчишка весь в отца! Тому тоже вечно удавалось одурачивать моих людей. Сколько же времени я потратил на эту семейку? Уже второй десяток лет пошел. А результат? – Хиунг торопился к стоянке, где бандит из шайки одноухого остался сторожить коней. По дороге чародей пытался найти ошибку в своих действиях, почему-то сразу назначив Руама виновным в провале замечательного плана. – Еще в Разахарде юнец меня обставил, хотя до сих пор не могу понять, как ему это удалось. Ведь сначала в ресторане все шло, как по маслу. Нет, принц сам вряд ли бы додумался оставить проводника в живых. Ширад постарался изо всех сил убедить наследника в том, что лишь смерть мальчишки способна разрушить его барьер. Эх, какая была возможность! Волшебник уровня высокой волны, скрытый практически непроницаемой преградой и настроенный на него проводник сами свалились мне в руки. Глошар будто специально приготовил для меня подарок. И вдруг – такая неудача!»
Установить барьер волшебнику с могучим даром можно было действительно лишь в детстве, пока способности ребенка пребывали в зачаточном состоянии. Мало кто знал о такой возможности вообще, но еще меньше людей догадывались, что такая искусственная блокировка позволяет глубже изучить теорию магии, ибо ученику постоянно приходится бороться за свой источник. Однако существовала и определенная опасность: от барьера следовало обязательно избавляться, когда с помощью неимоверных усилий подросток все же достигал уровня ряби, иначе при дальнейшем росте его обладатель мог лишиться рассудка.
Отец Тарина, надеясь сделать из сына по-настоящему великого чародея, сознательно пошел на такой риск. О проводниках он слышал совсем немного, считал их давно исчезнувшим видом и не мог предположить, какая беда впоследствии может произойти с принцем.
Сам герцог узнал о втором проводнике случайно. Он ощутил мощный всплеск энергии в центре Разахарда и не мог пройти мимо, не узнав причин его возникновения. А когда выяснил, то сразу смекнул, что парочка Руам – Тарин является редчайшей находкой, которая позволит ему разделаться не только с Уалзом, но и потягаться с самим магистром, лишившим вельможу былой власти. Ради этого стоило ввязаться в какую угодно авантюру.
«Что же там произошло возле черного камня? Куда подевался Фергур? Почему принц притащил мой кинжал? Впрочем, какая теперь разница? Возможность упущена навсегда, и остается довольствоваться Ксуалом».
Родство этих двоих Хиунг определил сразу после столкновения с юнцом на базаре. Не зря он забрал с собой платок, которым вытирал кровь пострадавшего. Небольшой магический анализ – и у герцога не осталось никаких сомнений: Ксуал и Руам являлись кровными родственниками. Причем парнишка мог принести гораздо больше выгоды и находился рядом. Казалось, протяни руку – и он твой. Старик специально сделал для брюнета редкое снадобье, позволявшее превратить любого человека в послушного раба, готового безропотно выполнить любой приказ господина. Если бы спешивший на свидание телохранитель выпил его там, в ресторане… Однако проводника что-то насторожило, и он решил взбрыкнуть. Позже использовать снадобье было уже бесполезно: через телохранителя пропустили слишком много колдовства, после которого воздействовать на него могли лишь очень сильные пассы. А ко времени путешествия к Долине проводник и вовсе стал полностью невосприимчивым к чарам.
«Ничего, еще поквитаюсь. Сначала с проводником, потом с рябым волшебником. Каким беспомощным он станет без сапожника! Вот тогда я припомню все. Каждый, кто вмешивается в мои дела, должен получить по заслугам. И чем быстрее, тем лучше!»
Вельможа выбрался на тропинку, ведущую к лагерю. Он уже знал, что принц справился со страшным заклинанием, запущенным через рыжую сообщницу. «Трезубый вампир» испустил дух через минуту после того, как Хиунг исчез. И это стало еще одним доказательством силы наследника.
«Силен, дружок. Хоть и дурак. Наверняка бросился спасать сестру, заранее зная бесполезность своих усилий. А ведь мог запустить паутинку, обнаружить меня и расправиться. Одно слово – мальчишка. А второго такого шанса ему никогда не выпадет».
Старик подошел к лошади и взял поводья. Единственного из разбойников, оставшегося охранять лагерь, на месте не оказалось. Зато…
– Приветствую вас, Хиунг! – Наемник появился довольно неожиданно. – Мне тут передали, что я уволен без выходного пособия. Это правда?
– Кто вам сказал подобную ерунду?
– Человек, которому я склонен верить. Он так боится вас, герцог, что вряд ли посмел бы фантазировать.
– Груаб, вы посмели обвинить меня во лжи? Если какой-то идиот неправильно понял то, что его просили передать, я не собираюсь за него оправдываться. Дураков на свете много.
– Значит, вы не отказываетесь от заказа и готовы заплатить за выполненную работу?
– О чем речь? Только я почему-то не вижу поблизости Ксуала.
– Когда Дуарз сообщил о вашем странном решении, я счел разумным оставить пленника под стражей во дворце Ярланда, а сам поспешил сюда.
– Вы правильно поступили. И главное, прибыли очень вовремя. У меня есть еще один выгодный заказ. Необходимо сейчас же…
– Прошу прощения, герцог. Я никогда не берусь за новую работу, не закончив предыдущей.
– Но вы же сами мне только что заявили: беглец находится под стражей.
– Заказ считается выполненным, когда товар полностью оплачен и передан клиенту.
– Вы оскорбляете меня недоверием, Груаб. Неужели думаете, что я способен пойти на обман?! – Герцог решил оказать давление на несговорчивого исполнителя.