Как оказалось, оруженосец из меня не важный. Точнее, совсем никудышный... Ни приготовить завтрак, ни починить рубашку я не умела. Даже нормально почистить лошадь и то не получалось. Капитан просто махнул на меня рукой, по возможности игнорировал, хмыкал, проходя мимо наших посиделок... А ночью, тихонько пробирался в палатку, стараясь не разбудить. Видимо он сам не особо понимал, что со мной делать дальше. Я была обузой, но мелкой и не значительной, чтобы тратить на меня драгоценное время...

Блестящий офицер, граф, и просто очень привлекательный мужчина, наш командир. Его искренне уважали и любили солдаты. Высокий, гибкий, с прекрасно развитой мускулатурой (я иногда украдкой подсматривала за его упражнениями вечерами на наших стоянках), казалось более обласканного природой человека я не встречала в жизни. Умный, живой взгляд, аристократический лоб, ровный нос, твердый подбородок с ямочкой. Иногда я ловила себя на мысли, что вот он - принц из моих любимых сказок.

Через несколько дней нахождения в отряде мой взгляд сам по себе стал следовать за графом. Я невольно восхищалась им... Издалека, тайно... Капитана окружала аура сильного, уверенного в себе мужчины. Он притягивал к себе, как магнит, решительным голосом, четкими короткими приказами, обаянием и непререкаемым авторитетом. Красивее мужчины я еще не видела и тихонько вздыхала и наблюдала издалека, понимая, что если бы мы встретились на балу в мирное время такой серый мышонок как я, вряд ли смог когда нибудь его привлечь... Но засыпая, каждую ночь в моих мечтах я представляла себя в роскошном бальном платье, и глаза капитана, смотрящего на меня с восторгом и восхищением...

Через неделю мы вышли к отставившей роте и услышали неутешительные новости. Основная часть уже вступила в боевые действия в нескольких десятках километров севернее. Нам приказали не задерживаться с провиантом, так как несколько отрядов противников отрезали армию с юга, перекрыв дороги и захватив запасы продовольствия. Многочисленные банды своих и чужих, мародеры, свирепствовали на всей территории северных графств. С одной такой бандой наш отряд столкнулся рано утром. Я проснулась от громких криков и зычного голоса капитана, отдающего приказы. Кое-как одевшись, я выбежала из палатки и застыла в шоке. На поляне творился ад. Крики, лязг оружия, ржание лошадей - все слилось в один жуткий хаос... Некоторые палатки, стоящие на поляне уже снесли обезумевшие от грохота и криков лошади. Я увидела мужчину, с которым мы сидели вчера за ужином у костра и он рассказывал мне о своем шестнадцатилетнем сыне. Солдат лежал на спине, пытаясь руками прикрыть огромную рану. Кровь толчками вытекала из развороченного живота.... Меня тут же вырвало прямо на пороге...

Я как будто попала в самый свой страшный кошмар. Ничего не понимая и не видя, только вздрагивая от громких звуков, я стояла возле палатки капитана в полнейшем ступоре. Мозги отключились. Я выхватывала из происходящего ужаса то мундир капитана, носившегося как смерч по поляне, то копыта, вставшей на дыбы лошади, то блеск стали клинка на солнце...

– Уходи!.. Уйди твою ....!
– сквозь вату, охватившей меня паники донесся громкий голос.

Я заторможено обернулась. На меня несся на обезумевшей лошади всадник, замахивающийся для удара шпагой... Все застыло в густом тумане.... Я не могла пошевелиться... Вдруг поднялась в воздух, короткий полет и я больно ударилась плечом о твердую землю. Капитан упал сверху, перекатился и сразу же вскочил на ноги.

– Спрячься где-нибудь, пока все не закончится. Я не могу еще и за тобой смотреть, - грубо отрезал он, схватив меня за шкирку, резко поставил на ноги и больно толкнул по направлению к палатке. Я залезла внутрь, спряталась за сундуком с одеждой и зажала уши. Мне просто не верилось в то, что происходит сейчас со мной. Этот ужас, это безумие, эти оскаленные лица людей, похожих на зверей, без мыслей, без проблеска ума в глазах. С одной только жаждой убивать и калечить. Я тихонько жалобно поскуливала, размазывая слезы. "Папочка, забери меня отсюда..." - плакала я...

К вечеру все было кончено. Погибших с нашей стороны было не много. Это так капитан сказал... Для меня же, даже один погибший - это слишком. Перед глазами до сих пор стоял мужчина с окровавленным животом... Все переменилось в одно мгновенье, игра перестала быть веселой и увлекательной, а война повернулась ко мне своим страшным лицом...

Мы двинулись дальше и через два дня нагнали основную часть армии...

Я пыталась пришить оторванные пуговицы к рубашке, смотря на иголку, как на орудие пыток, как вдруг в палатку вошли несколько человек. Я подняла глаза и в ужасе застыла. Рядом с капитаном стоял мой дядя Роджер, младший брат папы. К нам дядя приезжал несколько месяцев назад и припомнилось, как мы с ним дурачились, соревнуясь с стрельбе из лука. Глаза дяди вспыхнули радостью, чтобы тут же грозно нахмуриться.

– Александра! Как ты здесь оказалась?
– прорычал он.

– Дядя Роджер, это не то, что вы думаете, - проблеяла я, судорожно придумывая оправдания.

Дядя обернулся к капитану.

– Макс, что в твоей палатке делает моя племянница?

Капитал застыл, буравя меня потемневшим взглядом.

– Хм... Полковник, если я скажу, что не знал, что Алекс девушка, это поможет?- приходя в себя медленно произнес капитан.