— У меня будет к тебе только одна просьба, – произнес он.

— Я хотела попросить кое о чем, – одновременно с ним сказала девушка.

Гордон кивнул, предоставляя ей право говорить первой. Она отошла к камину, задумчиво посмотрев на пламя. Эвлин была в обычном домашнем платье из серого муслина, светло-русые волосы собраны в пучок на затылке. За время что они не виделись девушка нисколько не изменилась. Она словно была частью прежней беззаботной и веселой жизни, которая осталась в старой столице и которую уже никогда не вернуть. Эти мысли вгоняли в тоску и Гордон вновь посмотрел в окно.

— Пожалуйста, не говори княгине, что я знала Ричарда, – попросила девушка, понизив голос. Просьба, казалось, далась ей с трудом, словно она все еще чувствовала свою вину перед всеми ними. – Не хочу, чтобы она возненавидела меня, как ты. Она мне стала как мать.

— Я не понимаю, почему тебя теперь это беспокоит, но обещаю ничего не рассказывать, – ответил князь. – Что мне ей сказать? Как объяснить ваш разговор с глазу на глаз?

— Скажи, что Ричард знал моего отца, – попросила девушка. – Это может быть действительно так. Что он хотел повидать меня, чтоб предложить мне кое какую сумму на содержание детей, раз уж теперь разбогател.

— Очень складно, – хмыкнул Гордон, сложив руки на груди.

— Я сама все ей объясню, ты только подтверди, – попросила Эвлин, нервно перебирая пальцами ткань длинной юбки. Холодность и тон князя не оставляли сомнений, что он благополучно забыл ее и никогда не простит.

— Хорошо, – повторил он. – Обещаю, эта тайна останется между нами. Я никому больше не рассказывал о тебе и пирате.

При слове “пират” девушка вздрогнула, так резко и презрительно оно было произнесено. Для офицера вандерширского флота пираты были самыми ничтожными и ненавистными существами.

— Что ты хотел попросить? – спросила она, стараясь продолжить разговор и отсрочить разлуку. Ей показалось, что это в последний раз она вот так запросто может пообщаться с ним наедине в его спальной.

— Позволь мне повидать малышей, прежде чем уедешь, – произнес князь, отходя от окна и приблизившись к камину. – Хочу попрощаться с ними.

— Уеду? – недоумевая переспросила девушка, оторвав взгляд от его гладкой безволосой еще груди и взглянув в глаза. – Ты прогонишь меня?

— Я? – Гордон был немного озадачен подобным предположением. – Нет.

— Княгиня хочет, чтобы я уехала? – в глазах девушки отразился неподдельный страх.

— Никто не хочет, Эвлин, – князь взял ее за плечи, желая успокоить. – С чего ты взяла? Ты же сама от нас уйдешь.

— Куда? – она, казалось, готова была уже плакать.

— К Ричарду. У него теперь большой замок, крестьяне, титул, – усмехнувшись, ответил Гордон, отпустив ее. Но Эвлин продолжала смотреть на него, теперь с негодованием.

— Он граф, сможет обеспечить тебя и детей, – продолжал тот, не замечая хмурившейся девушки. Она сжала кулаки и набросилась на него. Он едва успел перехватить ее руки, прежде чем на него обрушился ее гнев.

— Вот что ты думаешь обо мне! – кричала она, пытаясь вырваться и поколотить его. Гордон удивленно наблюдал за ее яростными метаниями. – Думал, я только о деньгах и мечтаю?! Что теперь брошу вас и побегу к богачу?!

— Нет, – князю надоело отбиваться, и он обхватил ее, не позволяя пошевелиться. Девушка устало опустила голову ему на плечо.

— Я думал, что ты любишь его, а то, что он теперь богач, даст вам возможность быть вместе, – произнес он, ослабив хватку, и просто обнял ее. – Вы же расстались из-за того, что он был пиратом?

— Да, – ответила тихо Эвлин, истратив все силы на борьбу с мужчиной. – Мы расстались. Я ушла и встретила тебя.

— Что ты ему сказала? – спросил князь, не решаясь поверить своим догадкам.

Эвлин немного осмелела и обняла его за талию, посмотрев в лицо.

— Сказала, что очень рада за него, – ответила девушка, улыбнувшись.

— Разве он не предложил тебе поехать с ним? – не понимал князь.

— Предложил, но я отказалась, – Эвлин приблизила свое лицо к лицу молодого человека, чувствуя, как быстро бьется его сердце. Он невольно крепче сжал объятия.

— Я сказала, что между нами все давно закончилось, и я люблю тебя, – произнесла она и поцеловала его. Гордон отстранился, отводя взгляд.

— Я мог не простить тебя, – произнес он. – Неужели после того разговора ты еще на что-то надеялась?

— Нет, – честно ответила Эвлин. – Я и до сих пор ни на что не надеюсь. Но я все равно не уеду. Вы моя семья. Даже если ты женишься на другой, я не перестану любить тебя. Ты единственный благородный человек, встретившийся мне в жизни.

— Я не женюсь, – произнес мрачно князь, глядя в огонь, но не отпуская ее из объятий. – Женщины только используют меня, никто не любит.