— К тому же эта статья просто нуждается в прочтении и нашем с тобой обсуждении! — добавляю я и протягиваю мужчине листы бумаги.

— Что там у тебя? — на мгновение заинтересовался Стефан, чтобы во второе воскликнуть: — Ты серьёзно?!

— Ага! — уверенно поддакнула. — Люблю читать интервью людей, которые чего-то в этой жизни добились. Их успех внушает надежду…

— А если они врут?! — усомнился Босс. — Знаешь, сколько людей следуют по их следам и попадают в ловушку!

— ПФ! — фыркнула я. — Во-первых, успех строго индивидуален — и у каждого к нему свой путь, который кто-то другой повторить не сможет, ведь каждый человек решает сам, что делать со своей жизнью, какой выбор сделать. Один подчиняется, второй делает вид, что подчиняется, а сам в это время ищет выход или, на худой конец, компромисс, а третий идет наперекор… И кто из них прав, никто не разберет, да и от ситуации зависит. Во-вторых, не обращай на моё «во-первых». Я другое сказать хотела, вернее, предложить…

— Что? — удивился МакЛейн.

— Ты сам спросил, а не врут ли наши «известности»… Вот давай, пока принесут заказ, и поиграем в «правда или ложь», только в качестве подопытного субъекта будет наш общий знакомый Эрик Крамер и его интервью.

— Он мой друг. Это неэтично.

— Ты сейчас будешь обсуждать не друга, который, наверняка, с тобой вполне искренен, а его амплуа для широкой общественности. Сам знаешь, что это две разные или даже противоположные вещи. Но парадокс в том, что даже в маску нужно добавлять немного реальности — иначе она не проживет ни мгновения. Где она возьмёт эту жизнь, чтобы казаться настоящей?

— Интересная теория. — сказал Стефан и внимательного посмотрел на меня. Его взгляд был настолько въедливым, что я невольно смутилась и пробормотала:

— Не обращай особого внимания. Так философские бредни…

— Нет-нет. — была ли из эта вежливости или, действительно, в моих мыслях было что-то толковое, но Стефан поспешил опровергнуть мой самоуничижительный пассаж. — Это весьма интересно! И знаешь что?! Я, пожалуй, соглашусь сыграть в твои игру…

Честно, я не ожидала, что это будет так захватывающе, когда предлагала, надеялась просто скоротать время, но, в итоге, забава вышла великолепной.

Мы по очереди читали вопросы и ответы, а затем их обсуждали — и не замечали ничего вокруг. Так не заметили, как пролетело время — и нам принесли заказ. Не заметили, как еда остыла, а потом, когда опомнились, не замечали её вкуса. Просто механически жевали…

Куда там, когда у нас шли такие дебаты! Часто наши мнения совпадали, но не менее часто и расходились. Что, впрочем, неудивительно, ведь мы смотрели с разных точек зрения.

Вечер прошёл великолепно, правда, один из вопросов к Эрику и его ответ несколько меня царапнул. Да и, как иначе, если он был про меня?! Нет, моё имя нигде не указывалась, но я знала нашу историю, поэтому читала между строк…

— Вы так молоды и так многого достигли. По неволи возникает вопрос, что для вас было самым главным стимулом? — спросила журналистка.

— Девушка. — ответил Эрик. — Она в меня не верила. Мы даже расстались с ней по этому поводу. За что я ей искренне благодарен: злость на неё помогла собрать все силы и доказать и ей, и заодно и всему миру, что я чего-то стою!

— Правда. — сказал как отрезал Стефан.

— Ложь. — тон в тон бросила я.

— Это правда… — вновь повторился мужчина и начал мне что-то доказывать, а в это время его глаза сияли непоколебимой уверенностью.

Я не перебивала, спокойно выслушала, кое-где кивала головой, но как только Стефан закончил, тихо произнесла: — Ложь, в которой есть небольшая доля правды, поэтому она столь правдоподобна и извращена.

— Почему? — удивился МакЛейн. — Здесь же всё просто.

— Возможно, но не для тех, кто знал ту девушку, а я её знала. Мы с ней были близки. Так вот, она верила в Эрика как никто другой. И это она упросила участвовать Эрика в том проекте, с которого, фактически, началась его карьера. Нет, что он талантлив, знали всё, но в том проекте была слишком высокая конкуренция — и одного таланта могло и не хватить. Это понимал и сам Эрик, поэтому он решил отказаться и направить свои усилия на другой смотр. По-своему интересном, но масштабом помельче. И именно та его девушка переубедила Эрика. Заставила рискнуть…

— Так почему тогда они расстались? — спросил Стефан.

— Кто знает… — пробормотала я, осознавая, что, кажется, сболтнула лишнего.

Стефан хотел ещё что-то сказать или спросить, но я его опередила:

— Помнишь, я спрашивала про аппаратуру? Ты упомянул про какие-то дополнительные условия. Какие?

— Всё просто. Я хочу иногда сопровождать тебя во время твоей «фотоохоты». Во-первых, это нужно из соображений безопасности. Всё же наша техника сейчас очень редка и дорога. — совершенно серьёзно произнёс Босс, но тут же лукаво улыбнулся и продолжил, сглаживая всю ситуацию в целом: — Во-вторых, мне это просто интересно. В-третьих, наблюдая за тобой, я думаю, что много чему научусь, а лишних знаний не бывает…

— Хорошо. — хмыкнула я. — Если не будете мешать творческому порыву. Иногда мою голову посещают безумные идеи, но сразу предупреждаю: моё безумие, как правило, контролируемое, то есть, инстинкт самосохранения всегда на первом месте!

— Буду иметь в виду и обязуюсь не мешать, но с тебя автограф на альбоме с твоими фотографиями, как только откроешь персональную выставку…

— Идёт! — засмеялась я. — Но книжку долго же тебе ждать придется. Может и не дождёшься. Выставки дело такое…