Рита и Кирилл, не сговариваясь, развели руки в стороны, демонстрируя целость костей.

– Ну и отлично! – Вадим Семенович подмигнул. – Так, ребята, ваша леталка восстановлению явно не подлежит, так что нечего тут больше делать. Давно мыкаетесь?

– Нет, – признался Кирилл. – Мы из бункера дернули.

– Ничего себе! – в голосе инструктора прозвучало заметное уважение. – Сами?

Кирилл понял, что Вадим Семенович намеренно не спрашивает про маму, хотя желание узнать о ее судьбе было заметно в его взгляде.

– Мама погибла, – твердым голосом произнес Кирилл.

– Как?!

– От пули, во время беспорядков в бункере.

– Нувориши передрались? Знакомая тема. Сволочи! Такого человека сгубили…

– Это она мне подала идею бежать. Знаете… Может, так даже лучше. Она даже не поняла, что произошло.

– Смерть никогда не бывает лучше жизни, – наставительным тоном ответил Вадим Семенович. – Ладно. Молодец, что ее послушался. Давайте я вас накормлю, потом обо всем расскажете.

– А вы тут многих собрали? – спросила Рита.

– Кого смог, – со вздохом ответил инструктор.

Оставив за спиной обломки дельтаплана, они направились к серым громадам высоток. Солнца из-за домов уже не было видно, на город опускались серые сумерки. Кирилл шел позади вооруженного отряда и думал о маме. Она говорила о шансах, а он считал ее сумасшедшей… Нет. Просто нормальные выглядят сумасшедшими в безумном мире, только и всего. Надо научиться видеть реальность такой, какова она есть. Белое называть белым, а черное черным. Но ничего, теперь многие этому научатся, как ни крути.