Миновали ещё один грот. Теперь перекрёсток. До нашей базы оставалось рукой подать! Внезапно на моём пути возникли два вооружённых до зубов головореза. Мурунги! Оба – пятые уровни. Выследили. В общем-то правильно. Не дать возможности врагу сдавать кристаллы – чем не вариант? Отличная тактика, органично вписывающаяся в стратегию поведения в инстансе. Только где же наши? По идее перекрёсток перед своей базой должен находиться под особым контролем.

Времени на размышления не было. Я выхватил зеркальце, набрал “Хелп” и отправил сообщение остальной семёрке. Теперь нужно тянуть время. Правда, как реализовать эту идею я представлял слабо. Вдруг поймал себя на мысли, что нахожусь уже не перед вагонеткой, а позади неё. Каким-то чудом серый освободился от привязи, и был занят тем, что пытался разместить своё неслабое туловище под маленькой тележкой. Как всегда мешала задняя часть. Она наотрез отказывалась втискиваться в ограниченное пространство между вагонеткой и рельсами. Не питомец, а Анна Каренина!

Два мурунга, ухмыляясь, двинулись в мою сторону. Хоть и не велел Компот лезть в драку, а потасовки не избежать. Неожиданно на перекрёсток вкатилась тачка. Её, пыхтя от усердия, толкал ещё один хоббит. Блин, невовремя! Но, как говорится, нет худа без добра. Один из чернокожих переключился на моего коллегу. Тот, увидев, что его труды могут пойти прахом рассвирепел. Он издал вопль, похожий на боевой клич индейцев, и, выхватив саблю, бросился в атаку. Судя по всему, психическую. Мурунг замер от неожиданности.

А что? Чем не маневр? Поддавшись импульсу, я заорал благим матом и тоже кинулся на врага. Если взбесился один хоббит – это симптом. Когда двое - патология. Наверное, также думали и наши соперники. Поэтому они сочли за благо ретироваться. Сначала полурослики используют хищников в качестве тягловой силы, а потом начинают кидаться на прохожих. Кому охота связываться с такими? Никому! Ещё подцепишь чего-нибудь!

В общем, всё бы могло сойти гладко, если бы на сцене не появился ещё один, третий мурунг. Гортанный окрик вновьприбывшего заставил замереть на месте его соплеменников. Ещё один возглас – и троица чернокожих двинулась в нашу сторону. Мы оказались в кольце. Змейка на руке дёрнулась. Я не собирался делать ничего подобного, но мои пальцы сами схватили свисток и сунули его в рот. Тому, что случилось потом, дать рациональное объяснение не было никакой возможности. Во всяком случае, в тот момент. Подарок “красноречивой” Бони в мгновение ока превратился в трубу, по Подземелью разлетелся нестройный сигнал пионерского горна.

Я с изумлением наблюдал за тем, как из-за тачки, где прятался мой питомец, появляется голова монстра. В общем-то, откликнувшееся на призыв существо чем-то напоминало прежнего волка, но сходство было отдалённым. Мой трусоватый соратник увеличился в размерах, приобрёл жуткий взгляд и стальную шерсть. Но главное отличие состояло в том, что в его глазах не было страха. Наоборот, там читалась решительность и желание расправиться с врагами.

Монстр выпустил внушительные когти и в доказательство серьёзности своих намерений провёл ими по каменистому полу пещеры. Раздался звук ножа по стеклу, на твёрдой поверхности остался глубокий след от железных когтей хищника. Последовала короткая пауза, после чего чудовище бросилось в атаку. Сразу на троих.

Один удар лапой – стоявший ближе всех к зверю мурунг упал. Минус тридцать единиц его здоровья! Нормально! В ответ на это один из чернокожих замахнулся топором и с силой опустил его на спину волка. Посыпались искры, раздался железный лязг. Казалось, зверь вообще не заметил удара – полоска над ним цвет не поменяла. Минус три пункта здоровья – сущие пустяки для такого чудища.

Хищник рыкнул и вплотную принялся за своего обидчика. Он умудрился схватить его зубами прямо поперёк туловища. Волк помотал мордой из стороны в сторону и швырнул чернокожего в стену. Наверное, так обращаются Тузики с грелками. Во всяком случае, мурунг сейчас выглядел едва ли лучше, чем резиновый согреватель. Индикатор его жизни окрасился в оранжевый цвет.

Мы с другим хоббитом не вмешивались. Находясь под впечатлением от невиданного зрелища, просто стояли и, раскрыв рты, наблюдали за поединком. Мурунги бились, как одержимые, но сопротивляться машине для убийства их сил было недостаточно. Вскоре один из врагов был убит, его призрак метнулся в сторону и исчез в штольне.

Участь остальных чернокожих была также предрешена. От их здоровья оставались какие-то жалкие двадцать пунктов, тогда как мой пёсик за весь поединок потерял всего лишь десять единиц своей волчьей жизни. Он, сверкнув свирепыми глазами, замахнулся громадной лапой для последнего удара и … снова стал маленьким. В смысле прежним. Метаморфоза произошла неожиданно, поэтому мой питомец не успел вернуться в своё естественное, то есть трусливое, состояние. Видимо, не до конца выйдя из образа громадного чудища, он ещё раз стукнул лапкой по железным латам мурунга и громко тявкнул.

Наступила немая пауза, в течение которой все участники драки осознавали тот факт, что злобная собачка, которая только что наводила тут шорох, больше опасности не представляет. Мурунги пришли в себя первыми и набросились на обмельчавшего хищника. Один из них замахнулся мечом. Я помочь своему питомцу уже не успевал. Ещё немного, и от волка осталось бы только воспоминание. Но случилось непредвиденное.

Трусость – это оборотная сторона храбрости. Серый, испугавшись до состояния невменяемости, отколол следующий номер. Он совершил невообразимый по траектории прыжок и впился зубами в единственное незащищённое у врага место – горло. Волчьи челюсти лязгнули – мурунг приказал долго жить. Оставался ещё один. Где он? Тот, решив окончательно покончить с бешеной псиной, занёс над головой топор. Я размахнулся и швырнул мечом во врага. Клинок блестящей стрелой метнулся в сторону чернокожего и выбил оружие из его рук.

Волк куда-то исчез, а рассвирепевший мурунг бросился на меня. Его сбил с ног хоббит. Тот самый, который притаранил вторую тележку с кристаллами. Он рубанул своей саблей по туловищу противника. Минус десять единиц жизни! Вражеская полоска стала красной. Оставалось только добить противника. Где меч? Я пошарил глазами по пещере – знакомая рукоять блеснула из-под вагонетки. Кинулся за своим оружием, но подобрать не успел.

Из провала соседней штольни показались два орка. Оглянулся в надежде на помощь хоббита. Но тому было не до меня. Коварный мурунг сумел восстановить силы. Наверное, имел в запасе эликсиры. Значит, придётся воевать одному. Только как без клинка-то? На мгновение промелькнула мысль о бегстве. А что? Разумное отступление – это не трусость, а тактический ход. Хотя нет. Скажут, что бросил в беде товарища и два вагончика редких ресурсов. И окажутся правы.