От радости Рода охватила слабость, а когда находишься в воздухе, это небезопасно. Он парил на высоте, пока Гвен не поравнялась с ним, а потом полетел рядом с ней.

— Что ты видела? — спросил он.

Гвен наклонила рукоятку метлы, направив ее на посадку, и Роду пришлось спикировать следом за ней.

— Восхитительно! — Брат Дориан в восторге покачал головой. — Немногим из наших монахов дано летать так хорошо, и никто не умеет летать так быстро!

— О мамочка! — Корделия крепко обняла мать. — Мы боялись за тебя!

Мальчики окружили Гвен. На лбу у всех выступила испарина. Они неловко улыбались.

Гвен обняла Корделию и вяло улыбнулась.

— Не надо бояться, малышка. Разве меня может одолеть невидимая стена?

— Невидимая стена? — Брат Дориан широко раскрыл глаза.

Гвен кивнула.

— Я как раз подлетела довольно близко, чтобы разглядеть, что стоит у подножия башни, и вдруг наскочила на преграду. Эта преграда немного подалась вперед, а потом оттолкнула меня. Но за это время я успела разглядеть много народа и помост, окруженный горящими факелами.

— Звучит зловеще, — нахмурился отец Телониус. — Что-нибудь еще?

— Нет, — покачала головой Гвен. — Даже то, что мне удалось разглядеть, я увидела, когда падала.

— Нужно рассмотреть получше, — сказал священник и задумчиво потер подбородок. — Но как?

— У меня есть устройство для разведки, — напомнил хозяину Векс.

— Как же это я забыл! — обрадовался Род и с сияющими глазами бросился к коню.

— Не бойтесь, с ним все хорошо, — успокоила Гвен двоих монахов. — Просто этот конь умеет разговаривать с ним так, что больше никто не слышит.

Но монахи уставились на Гвен так, словно это она сошла с ума, потом смущенно улыбнулись и, отвернувшись, зашептались между собой.

Над седлом Векса в воздух поднялось металлическое яйцо. Род заметил выражение лиц монахов и улыбнулся.

— Этот конь-робот, преподобные.

Монахи радостно закивали. С азами техники они все-таки были знакомы.

Поэтому они не удивились, когда «яйцо» поднялось в воздух и полетело в направлении гигантского кокона.

— Это устройство увидит, что там находится? — спросил отец Телониус.

— Да, — кивнул Род, — и покажет нам на встроенном экране.

— Экранчик маленький, а нас так много, — уныло протянул Джеффри.

— Я могу перейти в режим видеорепортажа, Род, — предложил Векс.

— А мы — в режим просмотра твоего репортажа, — обрадовался Род. — Наш Векс настроен на телепатическую связь с семейством, преподобные. Если вы сможете читать наши мысли, вы увидите все, что покажет Векс.

Брат Дориан улыбнулся, закрыл глаза и сосредоточился.

— Я не слишком хорош в чтении мыслей, — признался отец Телониус, — но мы стоим так близко друг к другу, так что, быть может, я все же уловлю хоть что-то.

И он тоже закрыл глаза.

Род жмуриться не стал — на всякий случай, чтобы изображение, переданное Вексом, хотя бы отчасти сохранилось в непосредственной близости от него — так, к примеру, вспоминают отпуск, разговаривая о нем.

Сначала изображение было передано с очень большой высоты. Вся равнина была видна с высоты птичьего полета, покуда «глаз-шпион» летел к гигантскому кокону. А потом Род увидел толпу у подножия башни и помост, озаренный вспышками пламени. Картинка увеличилась — «глаз-шпион» опустился ниже. Преграда, остановившая Гвен, не имела власти над Холодным Железом и даже над алюминиевым сплавом. Изображение стало крупнее, четче…

И Род увидел алтарь, окруженный высокими горящими факелами. «Алтарь» стоял в углублении типа амфитеатра, и перед ним стопилось множество людей. На вид у них не было ничего общего, кроме того, что все они были грязные, растрепанные и оборванные, одетые как попало — ярко и разномастно. Объединяли эту разношерстную толпу голоса и движения. Люди пели и раскачивались в такт с еле прослушивающимся ритмом, почти заглушенным визгливыми, пронзительными, отрывистыми нотами. Перед «алтарем», лицом к публике, стояла женщина в темных одеждах, отливавших металлическим блеском. Женщина совершала какой-то сложный ритуал, двигая ножом и посохом. Движения у нее были резкие, беспорядочные, почти судорожные.

Внимание Рода привлек гигантский кокон, возвышавшийся над местом сборища — да он привлек бы внимание любого, кто бы его увидел, потому что это была огромная воронка смерча, странным образом держащаяся на одном месте, — так сказать, стационарный торнадо. Род даже представить себе не мог, что удерживало смерч и почему он не причинял разорения окрестностям. Вероятно, тут действовала какая-то новая и невероятно мощная форма псионной энергии. И даже шум, издаваемый смерчем, звучал как-то приглушенно, как бы издалека. Этот сдавленный рев служил фоном для скрежещущей музыки, сопровождавшей церемонию у подножия воронки смерча.