Превосходно.

Она сделала несколько шагов к столу.

Я подался вперед… еще ближе…

— ААААААААААААААААА!!! — я разинул рот в душераздирающем вопле и ворвался в окно.

Глаза Майи вылезли из орбит. Рот распахнулся, но оттуда не вырвалось ни звука. Руки взмыли вверх. И стакан с чашкой — тоже.

Мисочка грянулась об пол и разлетелась вдребезги. По всей комнате разметало картофельные чипсы. Стакан же благополучно приземлился на белый ворсистый ковер, щедро пропитав его шоколадным молоком.

— БРЭНДОН! — завизжала Майя. — Ты придурок! Ты ПРИДУРОК!

— Ой, и пошутить нельзя! — воскликнул я. И расхохотался. Думаю, я мог бы смеяться весь остаток года.

Майя принялась отчаянно лупить меня в грудь кулачками. Но я от этого, конечно, только громче ржал.

— Ладно-ладно. Я помогу тебе тут прибраться, — сказал я. Я знаю, как быстро ее успокоить.

Я окончательно развеселился. Мне ведь не много-то и надо. Дайте только напугать кого-нибудь хорошенько.

— Обещай, что больше так не будешь, — потребовала Майя.

— Обещаю, — ответил я.

— Правда обещаешь? — настаивала она. — Правда-правда?

— Конечно, — ответил я и погладил ее по головушке. — Правда обещаю.

Нет ничего легче, чем давать обещания. Я хочу сказать, что такое обещание? Вещь, которую запросто можно нарушить.

Я помог ей убрать осколки, чипсы и молоко. На ковре осталось здоровенное пятно, но что я тут мог поделать?

Как только мы закончили, Майя решила примерить свой праздничный костюмчик.

Кем она решила нарядиться? Принцессой, разумеется.

— Брэндон, а ты кем будешь? — спросила она, теребя руками резинку на тиаре с блестками.

— Когда за конфетами пойдем? — спросил я. — Не надо мне никакого костюма. Это детский лепет. Я сцапаю какого-нибудь мелкого и заберу у него мешок.

Она прищурилась:

— Ты шутишь, правда?

В ответ я осклабился.

Да что эти мелкие понимают?

Я понизил голос:

— Знаешь, что мы с Кэлом сделаем?

— Что-то ужасное, так и знаю, — сказала Майя и скорчила рожицу.

— Ага. Мы с Кэлом нагрянем к мистеру Бенсону.

— Вы этого не сделаете! — воскликнула Майя. Она взяла розовую юбочку из крепа и приложила к талии. — Это тупизм.

— Почему тупизм? — спросил я грозно.

— Потому что ты тупица! — огрызнулась она.

— А ты слишком тупая даже для тупицы! — парировал я. Хочет помахаться? Я всегда готов.

Майя швырнула юбчонку на постель.

— Этот домина чересчур жуткий, — сказала она.

Вот тут она абсолютно права. Мистер Бенсон проживает в эдакой дряхлой развалине, темной и держащейся буквально на соплях. А стоит она на краю Воронова провала.

— Ты же знаешь, что мама с папой не пускают нас к провалу, — и Майя фыркнула.

– “Ты же знаешь, что мама с папой не пускают нас к провалу”, — передразнил я плаксивым голосом.

На это она показала язык.

— Спорим, я могу его перепрыгнуть? — бахвалился я.

Она ахнула:

— Ты же не собираешься рискнуть, а?

Я усмехнулся:

— Все может быть.

На самом-то деле у меня и в мыслях не было прыгать через Воронов провал.

Эта пропасть пролегает прямо за домом мистера Бенсона. Глубокая трещина в скальной породе — десять футов от края до края.

Там реально опасно. Но многие ребята прыгали через него “на слабо”.

Если промахнешься, внизу поджидают острющие камни — костей не соберешь.

— Не ищи неприятностей, — предупредила Майя.

— Спасибо, мамочка! — огрызнулся я. — Не учи меня жить, ладно?

Она нахмурилась.

Если ты влезешь к мистеру Бенсону, Брэндон, то обязательно попадешься.

— Черта с два. Мы с Кэлом слишком быстрые и слишком отчаянные.

О, если бы только я ее послушал…

6

Кэл позвонил мне после ужина, хэллоуинским вечером.

— Мы будем безголовыми, верно?

— Верно.

— Так мне не нужен костюм, верно?

— Верно. Можешь взять одну из моих масок, чтоб на плечи посадить.

— Мы не будем конфеты собирать. Мы будем детей пугать, верно?

— Верно. И еще нагрянем в дом к мистеру Бенсону.

— Круто, — сказал Кэл.

— Ты бы поторопился, а? А то уже почти стемнело, выдвигаться пора.

Я схватил пару масок пожутче и стремглав помчался вниз по лестнице.

В прихожей уже поджидал ужасающий сюрприз.