Они глядели на меня. Все.

Вернее, все трое — Вадимир, король и Алан, — и взгляды их, прикованные ко мне, погрузили комнату в стазис. Стояли, сгрудившись в дверях, гвардейцы. Изот прекратил шало вращать глазами — вперился удивлённо в окно, на снова тёмное ночное небо. Калкулюс привалился к стене, скрестив на груди руки. Казалось, гном сливается с каменной кладкой, растворяясь в ней. Я сморгнул — и не увидел его. Он исчез, так никем и не замеченный.

Я невольно попятился.

— А! — воскликнул Изот, переключив всеобщее внимание на себя.

Второе огненное ядро медленно заползало в зенит. Я поспешил сделать ещё и ещё шаг назад. Пока не наткнулся на стену. Захотелось слиться с ней так же, как это сделал гном.

Королевский секретарь и поверенный вышел наконец-то из пьяного ступора. Увы, когда он обернулся, его взгляд также впился в меня. Глаза мутно-зелёного цвета смотрели пристально. Ни капли хмеля не осталось в них. Мне не понравился этот взгляд.

— Где Марк? — Это были первые его слова. Но обращался он не ко мне. Бросил через плечо, скривив рот, чуть склонив голову, сгрудившимся у дверей гвардейцам.

Алан не ответил. Смотрел мне прямо в глаза вопрошающе, явно обещая очень скорый и весьма содержательный диалог. Изот ждал, изогнув бровь. Пауза несколько затянулась. Я не выдержал его взгляда.

— В городе. Замковые ворота заперты до утра приказом генералиссимуса. Сам он отражает атаку на столицу и наводит порядок на улицах.

— Да? — Изот улыбнулся. — И как же? Какими силами?

Кажется, этот вопрос занимал не только личного секретаря его величества. Ллерий обошёл кресло, за которым собирался спрятаться. Гвардейцы у дверей заглядывали мне в рот. Они верили мне. Все, кроме разве что Алана.

«Раз уж врать, то напропалую», — решился я.

— Силами отрядов вольнонаёмных дружинников.

Вадимир поперхнулся. Алан нахмурился. Я не дал ему перебить себя. Я посмотрел королю прямо в глаза.

— Всё это время на границе вольнонаёмные дружинники следили за белгрскими отрядами. Только благодаря этому удалось предотвратить сегодняшнее нападение на столицу.

Король задумчиво кивнул. Изот крутанулся на каблуках. Охватил взглядом всю комнату. Гвардейцы. Они смотрели на меня с благоговением. Взгляд Алана метался от Вадимира ко мне. Я просто видел, как крутятся колёсики в его мозгу, скрипят натужно шестерёнки в попытках решить, что именно из всего сказанного мной — правда.

Комната вновь озарилась вдруг светом более ярким, чем рассеянный свет закрытой тучами красной луны. Второй огненный шар лёг точно в паутину улиц. Стемнело на миг, погрузив комнату в сумрак, а затем — полыхнуло. Целым кварталом.

— Дружинники! — По коридору громыхал амуницией бегущий солдат. — Дружинники! — Наконец он показался в дверях, и гвардейцы расступились от входа.

Я в ужасе закрыл глаза. Моя бредовая легенда висела на волоске. Когда десятники подвели свои отряды к замку? Что решили они, увидев, как обстреливают столицу?

— У северных ворот замка! Требуют… — солдат глотнул, не в силах восстановить дыхание. Моё сердце пропустило такт, — …требуют распоряжений из дворца. Распоряжений по обороне города.

Я тихонечко выдохнул.

— Ваше величество, — Вадимир шагнул вперёд, смиренно склонив голову. Но я видел, как сцеплены челюсти и ходят желваки под скулами. — Разрешите идти?

Король повёл рукой, и Вадимир спешно покинул комнату, бросив на меня косой взгляд. «Ничего, — подумал я, — ты же мне потом ещё и благодарен будешь». Гвардейцы потянулись за ним по одному, и только Алан задерживался. Захотелось тоже исчезнуть куда-нибудь. Я двинулся к двери.

— Постой, — Изот и Ллерий сказали это одновременно.

Алан прищёлкнул каблуками, кивнул коротко и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Я вынужден был так же развернуться и щёлкнуть каблуками.

Ллерий посмотрел на своего секретаря, сделал приглашающий жест. Изот поднял ладони, отказываясь.

— Я подумал, вы захотите задать несколько вопросов этому солдату, ваше величество. — Он сел, потянулся к кубку на столе. Поднёс к губам и поморщился. Поставил обратно. Набрал полную горсть винограда. Принялся срывать по ягодке.

— Невероятная проницательность, — пробормотал Ллерий, опускаясь в кресло. — Почему дружинники требуют распоряжений, если Марк вышел в город командовать ими? — Взгромоздив локоть на стол, он принялся щёлкать крышкой серебряного кувшина.

— Не могу знать! — ответил я, выгнув грудь колесом и вздёрнув подбородок так, чтобы королю не было видно моих глаз.

— Вольно. — Крышка стукнула чуточку громче, и он скрестил руки на груди, откинулся, всё так же внимательно рассматривая меня. — Кто ты такой?