Однако, даже самый матерый волк-одиночка бессилен против стаи диких псов. Все это наводило на определенные мысли. Тем более таким уж матерым волком среди них сам Денис не был…

Мирное существование на одной территории с трудом продлилось четыре дня. Пока один из спаррингов не перерос в откровенную драку. Тогда Шаурин вмешался.

— А может, вы, Денис Алексеевич? — злорадно ухмыляясь, вскинул кулаки Паша, который и затеял потасовку.

Денис никогда не угрожал, размахивая кулаками, и не проговаривал речевок, прежде чем ударить. Бил сразу по прямой с максимальной скоростью, мгновенно перенося вес всего корпуса на контактную поверхность. Вот и сейчас не стал. Действовал по известному принципу «Один удар — один труп». Потому Паша через секунду рухнул на мат. Никто не удивился, не округлил глаза, не бросился приводить в чувства нокаутированного Пашу. Все понимали, зачем тот затеял драку. Свое получил.

— Хотел же по-человечески, — Шаур стряхнул кулаки и пошел в сторону двери. — Свободны все, — сказал твердо, но, не повышая голоса. Решил, что не время еще рявкать.

— Денис Алексеевич, — неожиданно его окликнули. — А этого куда?

— В лес и закопать. Шутка, — неслышно выдохнул. — Ведро воды ему на голову и пусть домой валит. Куда его еще… Ко мне по имени можно. Разошлись все, партсобрание не устраиваем.

На лице его ни один мускул не дрогнул и только когда зашел к себе, сжал челюсти, и кровь в лицо бросилась. Ладони огнем горели. Теперь все постепенно должно устаканиться. Успокоятся, как пить дать. Хоть и специфичное общество, но эти с полуслова такие вещи понимают.

К его кабинету примыкала отдельная раздевалка и своя душевая. Повернув ключ в дверях, Денис стянул влажную от пота майку, включил воду и сбросил остальную одежду.

Только вышел из душа и натянул брюки, услышал стук в дверь. На пороге стоял охранник.

— Проходи, Миша. Что случилось?

— Денис Алексеевич, мы с Сергеем Владимировичем давно договаривались, а теперь я даже не знаю…

— О чем договаривались? — Денис открыл шкаф и снял с плечиков черную рубашку. Накинул, застегнул пуговицы.

— Меня завтра до обеда не будет.

— Почему? — Кивнул вошедшему Маркелову и достал минералку из холодильника.

— Тещу в больницу надо отвезти.

— Не вопрос. Кто за тебя?

— Свиридов должен быть.

— Вот договорись окончательно со Свиридовым и гуляй. Если нет, то завтра чтобы был на месте. Давай бегом, пока я здесь.

— Привет труженикам тыла, — осклабился Маркелов.

— И тебе не хворать. — Денис глотнул из бутылки. Солоноватая вода приятно освежила, пузырьки газа ударили в нос.

Андрей вытащил из кармана брюк небольшую связку ключей и бросил Денису. Тот поймал ее и посмотрел на брелок с логотипом «BMW».

— Монахов передал. Машина в гараже.

— Папе спасибо. — Сунул ключи в карман.

Дверь приоткрылась, и в кабинет снова заглянул Миша:

— Я договорился.

— Молодец, свободен.

Миша испарился. Денис посмотрел на Андрея, тот катнул бильярдный шар на столе и застыл, наблюдая, как он со звонким щелчком ударится о деревянный бортик.

— Андрей, иди сюда, — подцепил его за локоть и потянул за собой. Маркелов сделал попытку сопротивляться. — Иди садись. — Толкнул его в кресло за рабочий стол. Причем сам еще не сидел в нем ни минуты.

Кабинетом эту комнату назвать было сложно, потому что, имея в виду рабочий кабинет, мысленно представляешь себе помещение с большим письменным столом и кучей шкафов. Здесь же небольшой стол сиротливо примостился в углу, хотя кресло к нему было приставлено большое и удобное. Зато самый центр занимали бильярдный стол и кожаные диваны с немного потертыми подлокотниками. Стеклянный журнальный столик перемещался из угла в угол в зависимости от своего назначения.

— Как? Хорошо сидится? — спросил Денис, нависая над мужчиной. Маркелов уперся ладонями в подлокотники, чтобы встать с места. — Нет-нет, — снова толкнул его в грудь, припечатывая к спинке, — ты посиди, расслабься. Ты же этого хотел? Сюда метил?

— Шаур, какого хера?

— Какого хера ты мне нервы мотаешь своими обидами. Нам с тобой делить нечего, у тебя своя стезя, у меня — своя. Мне лично этот головняк нахрен не нужен, я бы в спортзале этому сброду морды бил и никаких проблем. Да я рад буду, если тебя сюда посадят. Только от меня тут ничего не зависит.

Шаурин лукавил. Ой, как лукавил… Этот «головняк» его абсолютно устраивал. И место свое он никому отдавать не собирался. В голове его уже созрело несколько идей. Но надо сказать Маркелову то, что он так жаждал услышать. Война с Маркеловым ему не нужна.

— Не мути. Никто меня сюда не посадит, — возразил Андрей.

— Тогда давай придем к какому-нибудь консенсусу, — настойчиво убеждал Денис. — Не надо друг друга злить. — Продолжал нависать, упираясь одной рукой в крышку стола, другой в спинку кресла над головой Маркелова, загоняя того в угол, почти в прямом смысле. — Кто знает, что будет завтра.