Мудрость
вернуться

Цадаса Гамзат
Шрифт:

Радиомачта на сакле соседа

Что за шесты у соседа Хочбара?Разве он шейх? Или все мы обмануты?Нет у Гимбата к циркачеству дара,Так почему же канаты натянуты?Прямо направлены к небу, не так ли?С кем же сосед мой решил разговаривать?Иль на канате, висящем над саклей,Славу танцора он хочет оспаривать?Может быть, он телефон себе ставит?Что же его мы не спросим, хозяева?Может быть, он телеграф себе ставит?Нет, в небеса вознеслись провода его.Может, полна голова его вздору?Может быть, думая: это – безделица,Новую хочет он строить контору?Впрочем, быть может, нужна ему мельница?Или пред нами – невиданный провод,Лампа берет от него электричество?Или – найдется для этого повод —Звезд пожелал он измерить количество?Трудно Гимбата невеждой представить:Там, на заводах, увидел он многое.Техник его навестил неспроста ведь…Лучше отбросим суждение строгое.Вот и Гимбат появился с друзьями.«Доброе утро! Быть может, откроешь ты —Мы разобраться не в силах тут сами, —Экое чудо над саклею строишь ты?»«Э, кунаки, не мое это чудо,Выдумка техники необычайная,Чтобы стекались в Хунзах отовсюдуНовости непознаваемо-тайные».«Шест да канат… Это даже обидно.Не понимаем такого мы довода.Что ты? Столбов на дороге не видно,Как же придет телеграмма без провода?»«Слушайте: музыкой слух оживится.В дальней Москве заиграет гармоникаИли споет в Ленинграде певица, —Голос дойдет до любого поклонника.Тот, кто остался глупцом и невеждой,Плюнет, назвав эту выдумку сказкою.Тот, кто не смотрит на школы с надеждой,Плюнет и прочь отойдет да с опаскою.Между отставшим и дальше идущимВзглядом нельзя охватить расстояния.Вся революция дышит грядущим,И обнажается дно мироздания.Вы позабыли, как встарь отправлялисьНаши отцы в путешествие дальнее: 2Долго по каменным тропам скитались,Нет, не видал я картины печальнее.Ныне в ауле, когда-то забытом,Ставят над саклею звонкое радио.Летчик вздымается к звездным орбитам,Разум свой связью с вселенною радуя».

Речь старухи в день 8 марта

Милые дочери! Слово я взять хочу.Славить сегодняшний добрый день хочу.Ненарушимые – вольных людей праваРадостным женщинам нашей страны даны.Юные и свободные внучки мои!Что это значит – можете ли понять?Новое по достоинству оценить?Прошлое и теперешнее оглядеть?Встретил меня Магома давным-давно —Три десятилетия с лишним прошли…Белое и черное узнать довелось…Что осталось неведомым? – Смерть одна.Мне в ту пору исполнилось десять лет…Выдали за хозяина баранты.Ясно помнится – мой отец говорит:«Он из рода хорошего, он богат».Разве юношей мало у нас в роду?Часто взглядами провожали меня.Разве не было сверстников молодых?Разве друга сердца не выбрать из них?Был уже стар супруг нареченный мой,Не подружилась его судьба с моей.Всюду богатому привет и почет, —Неимущая – разве пара ему?30Если где-нибудь встречному улыбнусь —Будь он родственник, – улыбаться нельзя!Если по воду шла, он и то следил,Всех и каждого заподозрить готов.Если вышла я воздухом подышать,Он терзал меня по ночам в тишине,Он словами позорящими хлестал.Люди добрые крепко спали кругом…Если жаловаться бежала к отцу,Тот кричал: «Ты – замужняя! Хоть умри».Соберешься ли с жалобами в Хунзах —Прав останется, кто имеет стада.Надрываясь, работала я, как мул, —Не похвалит, не пожалеет старик.Были тяжести не под силу ослу,Что таскала я, только брань заслужив.Оборвашкою он меня обзывал…Разве бросишь приданое? Убежишь?..Взял со временем он вторую жену, —Вдвое стало мне тяжелее тогда.В теплой комнате зимовали они —Ветер хозяйничал в сарае моем,Выше кровли у них поленница дров,Мне и детям моим – саманный огонь.Туши вяленые баранов у них —Хоть бы косточку мне и детям моим!Поедали чуреки мешками они —Хоть лепешку мне и детям моим!Чаю с сахаром сколько хочешь у них —Слезы горькие с горьким хлебом у нас…Как забиты и тощи дети мои, —Он смеялся язвительно с той женой…Сколько так провела я зимних ночейС плачущими на соломе детьми!Сколько так провела я долгих ночей,К люльке сонную голову приклонив!Он кунацких ко мне посылал коней —Чистить, выходить их приказывал мне…Он захожих ко мне отсылал бродяг,В саклю чистую не пускал меня.Привезут ли друзья корзины плодов, —Шли корзины к нему, а ослы – ко мне.Со свежинкой придут ли с гор пастухи, —Значит, мясо – к нему, пастухи – ко мне.Если сам приезжал откуда-нибудь, —Поглядели бы, как подарки делил!Поснимает хурджины с коня: «Бери!»Но хурджины-то ей, а седло-то – мне.Что, не нравится мне расседлать коня?Добавлял охотно удар камчой.Всякий раз привозил башмаки жене, —Как была, босиком осталась я.Сколько шелковых подарил ей платков!Шею не во что мне закутать зимой…Я служанкой бесплатной ему была,Как служанку, выгнал меня наконец.Он развода страшное слово сказал, —Невозвратное при мулле произнес.Я невестой приданое ему принесла, —Мне он к старости ничего не вернул.Понапрасну я жаловалась мулле.Топорище, шутит, испачкал бычок.Все я думала, как покончить с собой,Смертью дикой, безумною умереть?Вниз бы ринуться головой со скалы.Да расколется ли еще голова?Не железная ли она, говорю,Сколько палок он об нее изломал!Сколько палок он об меня обломал,О согбенную спину мою, – спроси.Не под бременем ноши согнулась я, —Это сгорбило бремя горя меня.Рано волосы побелели мои, —Думы тяжкие пали снегом на них…Так прославим же тех, кто сбросил ярмо, —Славен класс пролетариев – наш класс!И да здравствует наш весенний день,Женщины свободной страны!

Жалоба коров на пастуха Исмаила

О прискорбном этом делерассказать давно пора:Пас чабан коровье стадоздесь, в селении Буцра.Говорят, что он и преждене один чабанил год,О его повадках странныхс давних пор молва идет.На лужайку для беседыон пригнал нас всех подряд,Поглядев недобрым взглядом,важно начал свой доклад.«Лучше прежде подеремся,чем сутяжничать потом», —Начал речь чабан. Жевалижвачку молча мы кругом.«Исмаил я по прозванью,Магомеда сын, муллы,И во сне меня увидеть опасаются волы,За пастьбу муки полпудакаждый житель мне дает,И считайте, что задаромя пасу дурацкий скот!Палку я припас на славу,вот она, глядите, тут.Над ослушницей рогатойсовершу свой правый суд.Если ты не оглянулась, поглядела свысока,Так тебя огрею камнем,чтоб запомнили бока.Если есть средь вас корова,что по дурости шальнойОтлучается из стада в неурочный час домой,То расправлюсь я с зазнайкой,по делам я ей воздам —Пусть березовая палкашлет ей пламенный салам.Горе той, что потихонькуна чужой глядит посев.Не прощу греха такого!Не вводи меня во гнев!Овод жжет – держись степенно.А помчишься, хвост задрав,На себя пеняй голубка: отхлещу и буду прав.Обещаю вам, коровы: дружно с вами заживем.Хлопать можете в копыта.Я кончаю речь на том.Все, я думаю, понятно.Закрываю наш меджлисИ под чутким руководствомразрешаю вам пастись».С той поры коров немалов нашем стаде полегло:Видно, это наставленье им ничуть не помогло.Вот корова Гитинава, – пала замертво она,Не усвоила, бедняга, поученья чабана.Как-то в полдень захотелосьнавестить ей дом родной,И ослушница из стада так и ринулась домой.Погоди! Не тут-то было!Бешеного пса лютей,Наш чабан, в поту и мыле,две версты бежал за ней.Долго мчались без дороги. Но у речки, там,где мост,Исмаил вдруг изловчился:ухватил коровий хвост,И в одно мгновенье ока(задрожали все вокруг)Он корове дал подножку, повалил ее на луг.На нее он лихо прыгнул,бил ногами без конца,И корова трепыхалась, как несчастная овца.И плясал он увлеченно часи несколько минут:Так умелые андийцы на продажу войлок мнут.«Эй, рогатое созданье, жизнь тебе не дорога!Разве ты меня не знаешь?» И ломал ее рога,И бранил ее свирепо:«Ты безмозглей всех коров!Иль мою ты позабыла речьу Девяти Холмов?!»Вы теперь на нас взгляните:нету большей срамоты,Чем безрогие коровы, чем их куцые хвосты.Искалеченное стадо умоляет вас, мыча:«Ради бога, поскорее уберите палача!»Если робко аульчанин спросит вдругу чабана:«Не пришла домой корова, —ты не знаешь, где она?»Исмаил, не растерявшись,хитровато подмигнет:«Пред своим хвостом пасется —безмятежно травку жрет».Если есть у вас сомненья: дескать,мы безбожно врем,У Темировой коровы расспросите-ка о нем.А Саидовой коровы не видать с недавних пор:Пала бедная от крика. Все, окончил разговор.

О кинжале

Обращение к газете «Горец»

Я спрошу газету: что жеТы вопрос не заостряла?Почему у молодежиДо сих пор в ходу кинжалы?Можешь быть ты смелой, дерзкой,Ты повсюду успеваешь,А отточенной железкиУ парней не замечаешь.То ударит по коленам,То в живот упрется больно.Сущий дьявол тяжеленный, —Пусть ржавеет он. Довольно!Горец, кинь его на свалку,Он совсем тебе не нужен.Брось его, совсем не жалкоЭто грязное оружье.Лес рубить им несподручно.Чем ходить с ненужной ношей,Ты за эти деньги лучшеПодбери топор хороший.Если резать им баранаТы задумал для хинкала,Нож достанешь из кармана —Он удобнее кинжала.Что кинжал таскать с собою?Чтоб, как витязь, быть одетым?Если парень с головою,Для него не довод это.Или прадеды обычайСохранять нам завещали,Чтоб вражда была привычной,Чтобы распри не стихали?В час грозы шумят деревья,Люди с ними в чем-то схожи, —Расшумятся в буйном гневеИ стихают быстро тоже.В гневе разум ходит кругом,Ничего не знаю хуже —Обнажать кинжал на друга…Бросьте грязное оружье!Он для нас холеры пуще.Проклял я его недаром.Сколько юношей цветущихСражены его ударом.В злую выдуман годинуОн, оружие насилья,Теми, кто стравлял невинных,Чтоб самим остаться в силе.Магома, послушай друга:Сталь нужна не для кинжала.Лемех выковать для плугаНам бы лучше надлежало.Долото, топор железный,Серп для зреющей пшеницы —То, что нужно, что полезно,Что в хозяйстве пригодится.Что за «польза» от кинжала?Ссора, взмах руки короткий,И сидит злосчастный малыйЗа тюремною решеткой.Или сам, облитый кровью,Наземь рухнет от кинжала.Пожалей жену, ей вдовьяУчасть горькая досталась.По «ошибке», из-за вздораБыл убит тобой товарищ,Сожалей, казнись укором —Жизнь ему ты не подаришь.«Создает кинжал героя» —Это глупости и бредни.Если так себя настроишь,Будешь неучем последним.Воспитай в себе культуруИ характер благородный,А кинжал, что носишь сдуру,Брось скорей, как хлам негодный!Если злобы в сердце нету,Будешь жить с народом дружно,А кинжал – поверь совету —Нам таскать совсем не нужно.

Старая свадьба

Забываем мы адаты,предрассудки прошлых лет;Расскажу о прежних свадьбах,про обряды старины.Мне минувшего не жалко,нам назад дороги нет,Мы обычаи былые навсегда забыть должны.
* * *
У родителей в ауле подрастает сын-жених,И богатая невеста на примете есть у них;Говорят, что у соседа, словно роза,дочь цветет,И расчетливый родительв дом девицы свата шлет.Но отец и мать невестыне спешат давать ответ:«Род наш знатен, и старейшихнужен нам сперва совет».Говорит одна примета, что поездка удалась:Видел сват, как незаметноза кастрюлю мать взялась.Сват уехал, а родныев тот же вечер собрались:Обсуждает предложеньетайный родственный меджлис.Женихов у дочки много,кто же будет предпочтен:Парень глупый, но богатый,или бедный, что умен?Наконец решили хором: «Намне нужен бедный зять,И богатому, без спора, в женынадо дочь отдать».Жениху отец невесты объявляет приговорИ радушно приглашает в гостивсех его сестер.Те обновки нацепили и, едва заря зажглась,Едут в гости вдоль аула,взяв в подарок медный таз.Любопытствуя, на крыши забирается народ,А невестины родные скопом стали у ворот.«Заходите, дорогие, – им елейно говорят, —Ешьте, пейте до отвала. Соблюдаем мы адат».Все невестины подруги собираются потом,Оробелую невесту в незнакомый вводят дом.Два посланца к ней приходятиз бесчисленной родни,И согласья у невесты добиваются они.Как же тут не согласиться!Отказаться страшно ей, —Испугал ее до смертистук встревоженных костей(Прежде сваты пришивалик шубам кости и тряпье); 42Если девушка согласна – осуждают все ее:«Видно, замуж ей хотелось, —говорит родня тогда, —Согласилась слишком скоро —у девицы нет стыда!»И опять вздымают чаши, снова пир идет горой.Весь аул приходит в гости, быстро всеопустошат.Уничтожены запасы – соблюден зато адат.
* * *
А когда расцвел весною садпод небом голубым,То в аул отцу невесты прислан был с гонцомкалым:Пестрый шелк на платье сестрам, шальс узорною каймой,Гребешок, чулки, подвязкии одеколон тройной,Чтоб невестины родные источали аромат,Чтобы люди говорили: соблюден во всемадат.В старину зазорным было даже вспомнитьпро любовь…Собирай, отец, невесту, ей приданое готовьПопышней да побогаче, так велосьво все века…Эта сложная задача тяжела для бедняка.Что продать, и сам не знает, ходит, крутитголовой,Свадьба в доме подметает всежелезною метлой:И кормилицу корову на базар продатьсведешь,И жеребчика гнедого отдаешь за медныйгрош.Но зато, купив кувшины, их на полки ставятв ряд,Никому в них нужды нету – соблюденво всем адат.Много раз родитель едет тратить деньгина базар,Продавцы ему сбывают залежавшийсятовар.На матрацы закупили полосатый красный тик,На тазах, на блюдах медных жарко блещетсолнца лик.Помнится, в Голотль, на свадьбу, как-топрибыл я на зов, —На стенах увидел тридцать одинаковых тазов;С удивленьем пригляделся, – все онис пробитым дном,Но родители довольны: свято мыадат блюдем.Много было трат ненужных, ими славилсяХунзах.Справив свадьбу по старинке, разорялись людив прах.44Семьи эти перечислю, дай-ка счеты мне,сынок.Выдал дочку, горемыка, а теперь —проси кусок!
* * *
В старину седую память протянула снованить,Наши древние обряды помогла мнеоживить:В фаэтон невеста села, кони быстро понесли,Молодежь в нее кидает горсти снега и земли.Ребятишки окружили жениха густой толпой,Просят выкуп за невесту – кубки с пьяноюбузой.Входит в новый дом девица, ярко вспыхнулиогни,Сам жених спешит навстречу, здесь знакомятсяони.Светлый мед несут в сосуде, рот помажут ейслегка,Чтобы жизнь с постылым мужем показалась ейсладка.Пир на славу… За столами собирается аул.По горам разносит эхо пенье, крики, пьяныйгул;Пьяным море по колено, льется брагапо устам,Поднял тост за новобрачных, захмелев,Абдусалам.Состязаться в острословье стал с нимКурбанил Али,Оба что-то говорили, – мы понять их не могли.От еды осоловевши, гости спят в чаду, устав,Но недаром тамадою возглашен был Каралав;Наполняет чаши снова, поднимает грозно рог;Снова пьешь и снова пляшешь, хоть от буйстваизнемог.А потом неделю болен, в голове тумансплошной…Чтоб поведать вам о прошлом, нужен летнийдень большой,Да и то не уложиться. Но скажу я об одном:Мы обычаи былые выжигать должны огнем.Над горами солнце встало, молодая жизньидет,И старинные адаты забывает мой народ.

Обычаи гидатлинцев

Я бичевал обычаи дурные,И в ссоре я ружья не заряжал,Я с дикостью боролся, но впервыеДля этого хватаюсь за кинжал.В Кахибе и Хунзахе, мне известно,У девушек не спрашивал никтоОб их желаньях. Замуж шла невестаБез всякого согласия на то.Но я не вспомню, память будоража,Чтобы в кругу моей большой родниУ сыновей не спрашивали даже,Кого мечтают в жены взять они.А вот в Гидатле молодых заочноСосватают за выпивкой, потомВ условный срок, за час до тьмыполночной,Пошлют невесту в незнакомый дом.Она идет, она еще не знает,Что ждет ее и, что судил ей рок.Стучится тихо и переступаетВпервые темный, чуждый ей порог.И здесь ей слышен жирной пищи запах,Той, что готовят для духовных лиц…И вот уже она у мужа в лапах, —Мне жаль ее, как жаль в неволе птиц.Она в слезах, но разве виноват он?Нет, в этом виноваты старики:Он был по их обычаю сосватан,Любви своей, быть может, вопреки.Порой, адата темноте внимая,Живут супруги долгие года,Друг друга никогда не понимая,В раздоре, словно пламя и вода.