— Да. Я хотела произвести на него должное впечатление, чтобы дать ему понять, что дело нас заинтересовало и что он должен помочь нам всеми силами.

— Значит, оно такое знаменитое?

— Оно чудесно. То, что нам рассказала эта девчонка Ирэн, может быть, даже преуменьшено. «Пражское солнце» необыкновенно. Едва сойдя с самолета, я пошла посмотреть на него. Несомненно, это одна из красивейших драгоценностей в мире.

— А стоимость такая же, как было сказано?

— Вне всяких сомнений. Даже лучше…

Леди Ритфорд сняла одну ногу с другой и наклонилась над пепельницей, куда стряхнула пепел с «плэйерс», в то время как Чарли Линдсон, потеряв свое обычное хладнокровие, возбужденно спросил ее:

— Лучше? Что может быть лучше восьмидесяти миллионов долларов?

— Другие восемьдесят миллионов, — улыбнулась Дюк, вновь скрещивая свои чуть худощавые ноги, выдававшие ее высокое происхождение. — Сокровища Богемской короны.

Выверенным жестом, означавшим высокую степень самообладания, Чарли вытянул длинную сигару из уже вышедшего из моды платинового портсигара.

— Я плохо понимаю, — признал он, глядя своими серыми глазами с золотыми точками в зеленые глаза леди Ритфорд.

— Все очень просто, — объяснила она. — Мы совершим двойное ограбление: «Пражское солнце» и королевские сокровища. Два сенсационных ограбления в один день. В одной стране.

— Это действительно осуществимо?

— Нужно только подготовиться. Это надо сделать особенно тщательно, не оставив ничего на волю случая. Подойдем к делу как, скажем, к математической задаче. Особое внимание следует уделить уходу. Через два часа после операции все должны быть в безопасности, в Австрии.

Она поднялась, чтобы изложить свои грандиозные планы. Ее доверенное лицо последовал ее примеру.

— Нам потребуется много технических приспособлений и других средств. В Австрии наши люди, мужчины и женщины, замаскированные под туристов, должны будут ждать нас с деньгами, поддельными документами и тому подобным.

— Нас? — подскочил Чарли, внимательно смотревший, как она прохаживается по комнате.

Она повернулась на каблуках туфель голубого цвета, как и платье из тонкого джерси, к нему лицом.

— Да, я участвую в операции.

— Да вы с ума сошли! — Он быстро поправился. — Прошу прощения, но я думаю, что это неосторожно. И потом, что вам делать в этой стране? Ведь не из-за денег же вы туда стремитесь. Вы…

— Я люблю риск, и вам это известно лучше, чем кому-либо, — отрезала она. — И поверьте, игрушки стоят того, чтобы рискнуть ради них жизнью и свободой. Кроме того… — Она села в кресло и закончила: — Мне будет приятно выкрасть их из коммунистической страны. Вы понимаете, почему?

— Но… драгоценности есть драгоценности. Для меня они не имеют политической окраски.

— Для меня имеют. Я хочу показать социалистам, что они, вопреки их пропаганде, так же уязвимы, как и другие. Я хочу доказать им, что у них есть слабости, что их подданные — обыкновенные люди, а не неподкупные роботы, и что их полиция не всесильна.

Он тихо засмеялся.

— Одним словом, вы хотите в некотором смысле преподать им урок?

— Этот урок обойдется им более чем в круглую сумму. Деньги и дополнительный стимул — вот что привлекает меня. Не считая спортивного интереса…, Я рассматриваю это как подвиг. Как рекорд в грабежах.

— Теперь я начинаю понимать, — заметил Чарли, — и хочу принять в деле самое активное участие. Но мной руководят чисто финансовые соображения. Черт! Целое состояние…

— Не возражаю, — ответила Дюк. — Даже напротив. Такой человек, как вы, рядом со мной в таком деле, как это, меня устраивает. Я уже думала об этом. Значит, мы можем включить вас в список участников, который я составляю. Идите посмотрите.

Она встала, взяла с полки книгу, раскрыла ее и, достав из нее листок, протянула его Чарли.

— Уходить будем на вертолете.

Он удивился.

— А как мы его перегоним? Это трудно, чтобы не сказать — невозможно.

Она остановила его, подняв палец.

— Он уже на месте. Поведет его полковник чешской армии.

Она заметила, что удивление Чарли увеличилось.

— Он — друг Тубека. Иво Буриан. Когда Ирэн мне его представила, я сразу поняла, как его использовать.

— Он надежен?

— Он влюблен в Ирэн, только и мечтает убежать с ней… и с несколькими миллионами, разумеется.