— Я не знаю… — Я подаюсь вперед, но кто-то одергивает меня.

— Позволь мне, — произносит Джексон, стоя напротив нас. Он исчезает в темноте, проходит секунда, и доносятся торопливые шаги, громкий треск, за которым следует глухой стук.

Гретхен отступает назад, случайно захлопнув дверь, так что я остаюсь в полной темноте. Я поднимаю кулаки, готовясь нанести удар в случае необходимости, но ничего не происходит, поэтому я начинаю очень медленно продвигаться вперед. И до сих пор ничего. Не видно ничего на расстоянии вытянутой руки. Мои ноги ударяются о что-то жесткое, и я тянусь вниз, чтобы вытащить из кармана раскладной нож, но обдумываю это получше. Если это часть теста, я не хочу кого-нибудь ранить.

— Джексон? — шепчу я в темноту. Затем чьи-то руки хватают меня за плечи и бросают на землю. Я перевожу дыхание, надеясь стабилизировать себя, прежде чем запаниковать, и тут внутри меня вспыхивает искра. Адреналин пульсирует в венах, такое ощущение, что во мне что-то включили, и внезапно ко мне возвращается способность видеть. Мои мышцы сокращаются, пульсируют, пульсируют, пульсируют и затем… руки больше не касаются меня. Я стою на ногах, слушая каждое сердцебиение раздающееся вокруг меня. Их пятеро. Пятеро людей, я в этом уверена, только не знаю, каким образом. Я выжидаю, чтобы атаковать первого, по запаху могу сказать, что это парень. Он подается вперед тогда, как я изгибаюсь, ударяя его в лицо. Он падает от прикосновения. Чувство вины одолевает меня, но следует одновременно две атаки, и мое сознание затуманивается. Я бью ногами и руками, и теперь мне больше не надо думать и видеть, чтобы гарантировать крепкий удар. Я слышу бормотание и тяжелые удары, пока мои противники падают один за другим.

Я останавливаюсь и прислушиваюсь. Я слышу их сердцебиение, слышу их дыхание, но ведь это невозможно. Я опускаю кулаки по бокам. Светящаяся кожа, здоровая, энергичная. Мой разум переключается с Джексона, сидящего сегодня в электроне, на меня в зеркале сегодня утром. Но это не… Нет, невозможно.

Через всю комнату звучит громкий свист, возвращая меня в реальность. Загорается свет. Я осматриваюсь вокруг и прижимаю руку ко рту. Вокруг меня лежит пятеро Оперативников, и все без сознания. Недалеко от меня стоит Гретхен, она выглядит такой же потрясенной, как и я. Мои глаза замечают маленькую темноволосую женщину. Сибил. Я чуть было не смеюсь. Я вырубила Сибил.

С северной части спортзала начинают раздаваться аплодисменты.

— Поздравляем, четверо из вас перешли на новый уровень обучения оперативников.

Что? Что вообще произошло? Я широко улыбаюсь в поисках остальных троих человек, которые будут тренироваться со мной. Гретхен заключает меня в крепкие объятия.

— Мы сделали это! — кричит она. Маркус Уайлд оседает на пол, он изможден, но все же улыбается. Так что остается… мои глаза перемещаются на Джексона, однако, он выглядит не счастливым, а скорее расстроенным. Он качает головой, приоткрыв рот.

Нас направляют вниз по коридору к главной библиотеке, где нас приветствует огромный баннер, на котором уже написаны наши имена. Там находится группа людей, они встают со стульев, когда мы входим. Отец Гретхен, Оливер О’Неил, стремительно направляется к ней, смущая ее объятиями. Отец Маркуса находит своего сына и делает то же самое. Я осматриваюсь вокруг, интересуясь, не появится ли здесь и мой отец, но внимательно осмотрев толпу дважды, я понимаю, что было глупо даже надеяться. Вместо этого, Сибил, находясь уже в сознании, подходит ко мне и обнимает меня.

— Твой отец просил сказать тебе, что он очень горд, — говорит она. – И чтобы ты пришла увидеться со мной сегодня после школы.

Я киваю.

— Э-э, простите за… — я показываю на ее опухший глаз.

— Нет необходимости извиняться. То, что ты сделала, было потрясающим. Твой отец не единственный, кто гордится, — она обнимает меня снова. — А теперь запомни, тебе надо заскочить ко мне в офис так скоро, как только сможешь. Надо многое обсудить, — и с этими словами она покидает библиотеку, впуская внутрь море студентов. Некоторые из них поздравляют меня, но большинство из них спешит к столу с едой, установленному в конце зала. Они тянутся руками, приближая лица к единственной настоящей еде — фруктам, которые они получат в этом месяце.

Я отворачиваюсь, не вынося это зрелище. Когда я стану командиром, я собираюсь заставить их изменить законы о еде. Но только если я стану командиром. Война может все изменить.

Я собираюсь найти Джексона. По какой-то причине прямо сейчас мне хочется, как никогда, чтобы он был рядом, но ко мне подходит Лоуренс, останавливая, прежде чем я могу уйти.

— Поздравляю, — говорит он, заключая меня в объятия. Я поднимаю на него взгляд, но его глаза устремлены не на меня, они пересекают комнату и смотрят на другого человека, на Гретхен. Мои глаза бегают от него к ней. Она немного улыбается, когда видит его, но, посмотрев на меня, отводит взгляд в сторону. Вау, я даже никогда не замечала… Вау. Я сжимаю губы, чтобы сдержать ухмылку.

— Так что, ты получил свое приглашение на сегодняшнюю ночь? — спрашиваю я Лоуренса.

— Да, думаю, предполагается, что мы пойдем вместе. Встретимся у меня дома?

Я киваю, стараясь сохранить самообладание. Гретхен и Лоуренс. Не могу поверить, что не заметила раньше. Наверняка, были какие-то намеки. Даже если я расскажу ему о своих догадках, он все равно никогда не признается, особенно мне. Лоуренс — это сплошная надежда, и до тех пор, пока он помолвлен со мной, он никогда не будет делать хоть что-нибудь на публике с Гретхен. Из-за таких мыслей я хочу рассказать ему о Джексоне, чтобы дать свободу, которая нужна для счастья. Хотя, возможно, он уже знает.