– Спасибо.

– В космопорте обратишься в военную комендатуру, дальше они уже сами решат, как тебя отправить на станцию назначения.

– Ясно.

– Ну, раз тебе все ясно, то не смею задерживать.
– Взгляд инспектора красноречиво показал мне на дверь.
– Удачи.

– Спасибо.
– Я развернулся к двери и, уже выходя из кабинета, услышал слова инспектора, брошенные мне вдогонку.
– Склад Службы расположен на минус первом этаже....

******

– Чего хотел, парень?
– Забрав свои вещи из шкафчика и, сдав ключ служащему, я спустился на минус первый этаж и, выйдя из лифта, нашел в длинном коридоре дверь с табличкой "склад", куда сразу направился.

– Мне нужно обменять талоны на сухие пайки.
– Развернулся я на голос, за столом сидел мужчина и вопросительно смотрел на меня, листая какую-то книгу.
– Мне сказали, что это можно сделать у вас.

– Ясно.
– Кладовщик окинул меня взглядом и поинтересовался.
– И куда тебя направили?

– В военное училище.
– Не стал скрывать я, так как не видел в этом никакого смысла.

– Хм....
– Мужчина еще раз пробежал по мне оценивающим взглядом.

– Можно получить сухие пайки или так, и будем разглядывать друг друга?
– Взгляд кладовщика мне не понравился, он рассматривал меня словно бандит, собирающийся меня ограбить.

– Ты не ершись, парень.
– Мужчина поднялся из-за стола.
– Талоны я тебе поменяю, но у меня есть к тебе предложение, поэтому я тебя и рассматривал.

– Какое?

– В военных училищах ставят на полное вещевое и продовольственное довольствие. Твои вещи тебе там не понадобятся, а вот сухие пайки и консервы могут пригодиться. Могу обменять твою куртку и ботинки на консервы. Талон обмениваю на один сухой паек, но могу поменять три на одну банку консервы с мясным рационом.

– Как же я босиком?
– Стало понятно, почему кладовщик меня так бесцеремонно разглядывал.

– Выдам тряпочные сандалии. Их хватит, чтобы добраться до места.

– Могу предложить браскомы?
– Сделал я встречное предложение, понимая, что кладовщик, помимо основной работы, делает деньги на торговле подержанными вещами.

– Возьму, но в обмен на пайки или консервы. Могу предложить кое-что из вещей. У тебя два подсумка, могу их поменять на рюкзачок.

– Браскомы я бы хотел продать. В любой скупке за них дадут по пятьдесят бонов.
– Я достал из подсумка один браском, обнулил на нем всю информацию и положил перед кладовщиком.
– Интересует?

– Про пятьдесят бонов, ты конечно загнул. За этот дам тридцатку?

– Сорок. Последняя цена. Идет?

– Станер могу взять за две сотни.
– Любопытный торгаш успел заглянуть в мой подсумок, когда я доставал из него браском.

– Не продаю.
– Отрицательно помотал я головой.
– Самому сгодится.
– Окинув взглядом кладовщика, я на минуту задумался.
– Могу предложить кое-что, посерьезней этой пукалки?

– Насколько серьезней?
– В глазах мужчины появился интерес, я легонько коснулся его своей аурой и, прислушавшись к себе, отметил, что интерес кладовщика имеет чисто коммерческий интерес.

– За две тысячи я смогу раздобыть игольник.

– Э, нет, парень.
– Улыбнулся мужчина.
– На станцию игольник тебе не пронести. Пять сотен ему красная цена.

– Полторы?
– Я в душе облегченно вздохнул, так как опасался того, что он может меня сдать за хранение оружия, но он об этом даже не подумал, его интересовала только возможность заработать.

– Шесть сотен и, это максимум, что тебе удастся получить за подобный ствол. Могу в обмен предложить что-нибудь менее убойное, но сначала мне бы хотелось взглянуть на состояние товара.

– Полторы, - я решил настоять на своем, так как и так сбросил очень прилично.
– Он почти новый и, я готов поспорить, что любая нормальная уличная банда отстегнет мне за него пару тысяч.

– Тысяча или можешь оставить его себе.
– Предложил мужчина и я понял, что больше за игольник он мне не даст....

18.

Из Центра Социальной Службы я выбрался с тощим потертым рюкзачком за спиной, где лежало полтора десятка мясных консервов и, в таких лохмотьях, что вопрос о моей привлекательности для ограбления отпал сам собой. Одежда, штаны и куртка, были исправными и чистыми, но в лохмотья их превращало то, что они были во многих местах зашиты неумелой рукой, а количество швов зашкаливало все разумные пределы. Сандалии, представляющие аналог китайских "шанхаек", тоже имели печальный вид, так как от того, чтобы они не начали просить каши, их удерживало только то, что они были обмотаны липкой лентой типа "скотча". Одежду кладовщику я отдал только после того, как он перекинул мне на браском файл с нормами снабжения курсантов и вольнонаемных, проходящих обучение на космических станциях в военных профессиональных училищах. Лишь после этого, аргумент был весомым, я отдал ему свою одежду, получив эти лохмотья и пополнив свой счет.