– Они складываются, смотрите! – он плотно соединил детальки, что-то щелкнуло, и… получился ключ.

Оказывается, ему помогла Надя. Смирнов разыскал ее у вольера и поинтересовался, где Адольф и Тимур, бультерьеры покойного Матвеева.

– Их пришлось отсадить, – ответила Надя. – Тоскуют очень, другим собакам настроение портят. Вон они, в углу, за сеткой… Видите?

Смирнов смотрел во все глаза. Кажется, собаки в ошейниках. На всякий случай он уточнил у Нади.

– Конечно, в ошейниках! – удивленно ответила она. – Их делали на заказ, по просьбе Дениса Аркадьевича. А что теперь будет с клубом?

Славка пожал плечами. Он действительно не знал.

– Можно мне попросить вас об одном одолжении? – сделав большие глаза и понизив голос, сказал он. – Только вы можете мне помочь!

Надя, ничего не понимая, молча уставилась на него. Ее неприбранные волосы висели вдоль щек, в вырезе футболки был виден ранний загар. Видимо, она много времени проводила с собаками на открытом воздухе.

– Я бы хотел… купить ошейники Адольфа и Тимура. Мне всегда хотелось иметь именно такие. Я хорошо заплачу.

– Купить ошейники? – удивилась Надя. – Но зачем? У нас продаются совершенно новые, на любой вкус…

– Дело в том, что я… коллекционер, – на ходу импровизировал Славка. – Коллекционирую поводки, ошейники… – Он запнулся, так как не знал больше ни одного названия собачьих принадлежностей. – Ну вот! Хочу купить! – Он вытащил из кармана стодолларовую купюру и показал Наде. – Столько хватит?

Она задумалась. Все это казалось ей странным. Хотя… вокруг полно странных людей. Человек интересуется собаками, собирался быть клиентом клуба… Может, и правда коллекционирует ошейники! Чего только на свете не бывает?!

Надя не знала, что ее ждет завтра. Будет ли существовать клуб «Звезда»? Кто будет его хозяином? Будет ли завтра у нее работа? А деньги всегда нужны… Что случится, если она продаст этому мужчине собачьи ошейники? Ровным счетом – ничего! Адольфу и Тимуру она наденет другие, точно такие же, только без железных подвесочек. Денис Аркадьевич любил всякие выкрутасы, что-то «особенное»… А зачем эти висюльки на ошейниках? Только мешают!

– Ладно! – решилась она. – Я не знаю, зачем они вам, но… Какое мое дело? Давайте деньги.

Она спрятала купюру в карман спортивных штанов и отправилась в вольер, к собакам. Адольф и Тимур отнеслись вполне благосклонно к этой процедуре и дали снять с себя ошейники. Надя гладила их по холеным спинкам, ласково разговаривала. Она собиралась взять собак себе. Взрослые бультерьеры тяжело привыкают к новым хозяевам; зная их свирепость, никто не рискнет их приобрести. А Надю собаки знают и считают своей.

– Держите!

Она протянула Смирнову два ошейника.

Он так обрадовался, увидев на них металлические висюльки, что Надя едва не засмеялась. Эти мужчины, как дети, ей-богу!

– Вот так я и приобрел два собачьих ошейника, которые принадлежали Адольфу и Тимуру! – радостно сообщил Еве Смирнов. – За сто долларов, между прочим!

– Ого!

– А, ерунда, спишем на накладные расходы… – махнул рукой Славка. – Зато теперь у нас есть ключи от тайника! Ай да Денис Аркадьевич! Он не только поместил тайник в вольере, но и ключи от него подвесил к собачьим ошейникам – в виде украшений. Детальки ключа нужно было снять с собак – а это далеко не каждому под силу – и потом соединить вместе. Тогда получается ключ! К бультерьерам, кроме Матвеева и Нади, никто подойти не мог, не говоря уже о том, чтобы снимать с них ошейники! Да, Матвеев был мужик не простой, – умный мужик.

– Вы думаете, дневники там, в тайнике? – спросила Ева, вертя в руках замысловатый ключ.

– Почти не сомневаюсь.

– Почти?

– Ну, я всегда допускаю, что могу ошибаться.

– Когда вы поедете туда, в Мамонтовку? Сейчас уже поздно.

Смирнов и не заметил, как быстро стемнело. Густая теплая ночь опустилась на город. Огромная луна висела в небе – блестящий голубой шар на черном бархате. Вокруг нее переливались мелкие звезды. Млечный Путь клубился в вышине, как серебряная дорога, ведущая в неведомые дали…

– Какая красота! – сказал Славка, не отрывая глаз от неба. – Посмотрите, Ева! Как можно думать о каких-то ошейниках, вольерах, о чьей-то злобе и прочей чепухе, когда существуют небо и звезды?!

– Вы не сыщик, вы – поэт! – улыбнулась Ева. – И все-таки когда мы сможем прочитать дневники?

– Скорее всего, завтра. Сейчас уже действительно поздно! Не хочется лазить по заборам и чужим дворам в темноте. Я выеду в шесть часов утра, все сделаю и позвоню вам.

Ева испугалась, вдруг он обманет ее: возьмет дневники, а ей скажет, что в тайнике ничего не оказалось. Тут же ей стало стыдно. Это от Олега она научилась никому не доверять! Если бы Всеслав хотел ее обмануть, он имел тысячу возможностей это сделать.