Колин слушал, запрокинув голову и закрыв глаза. Его длинные ресницы бросали тени на бледные щёки. Потом и он оторвался от стены. Я ещё никогда не видела, чтобы мужчина так, танцевал как он. Я не могла сказать, когда его ноги, если они вообще это делали, касались пола.

От него исходила подсознательное напряжение, из-за которого всё моё тело наэлектризовалось, а оставшиеся танцоры автоматически от него отступили. Время от времени дискотечные огни отключались, разбрасывая поток искр, поэтому ультрафиолетовый свет из-за темноты отсвечивал на рубашке Колина призрачно-голубоватым – и, как ни странно, так же блестело и из-под его полузакрытых век.

Лица других людей искривились в гримасе, их глаза сузились, и в них была видна подлость. Я видела, как они украдкой начали пренебрежительно шептаться. Зависть и ревность витали, пропитанные ядом, в душном задымленном воздухе. Даже Майке бросала гневные взгляды в его сторону. Только Тильман смотрел на Колина спокойно и очень внимательно.

Все другие Колину были безразличны, так же, как и мне. Он танцевал небрежно, клёво, и да, я должна была это признать - он выглядел так, что, как правило, называли сексуально. Он точно знал, что он делает. И всё-таки казалось, он никого не замечает вокруг. Он погрузился во что-то, чего я не понимала, что от меня оставалось скрытым. Он от всех отдалился. Он был где-то в другом месте - очень, очень далеком.

Вернись Колин, подумала я инстинктивно, не уходи. Останься со мной. Музыка закончилась. Ди-джей хотел поставить следующею песню, но вдруг раздался громкий взрыв, из колонок вырвалось звучное блобб, и все огни погасли, в том числе и ультрафиолетовый. Стало очень темно.

Я была зажата среди незнакомых людей, а если сейчас прогорит один из кабелей, и начнётся пожар, никого не будет интересовать моё спасение. Они меня раздавят. И сразу во мне поднялась паника. Я боялось, что не смогу больше дышать.

– Пойдём, выйдем, - услышала я голос Колина прямо возле своего уха.

С тревогой я попыталась нащупать его рядом со мной, но здесь никого не было.

– Пойдём, следуй за мной.

Где он был? Кто-то врезался в моё плечо. Я унюхала едкий мужской пот, и почувствовала потную ладонь на своей руке. От отвращения я вздрогнула. Это был не Колин.

Я пошла вперёд, не зная, куда идти. Как я могла следовать за ним, если я его не видела? Толпа вокруг меня шутила, но я могла различить голый страх между обеспокоенными шутками. Люди испугались. И, скорее всего, они боялись и до отключения света, сами не зная об этом. Это было связано с Колином, Если их было слишком много, то может начаться хаос. Массовая паника.

Поэтому я просто поспешила. Я полностью потеряла ориентировку, но мои ноги несли меня через толпу, как будто притягивались магнитом. Ни разу я не врезалась в стену или в другого человека, до тех пор пока я шла и не останавливалась. Потом я нажала всем телом на дверь и прохладный, сладкий, ночной воздух заполнил мои лёгкие. Я была свободна. И я снова могла видеть.

На стоянке Колин прислонился к своей машине, как будто бы ждал меня. Автоматически я зашагала в его сторону, не зная на самом деле, что ему сказать. В конце концов, мы не перебросились сегодня ни одним словом. Во всяком случае, не так, как это делают другие люди. И, кроме того, я всё ещё сердилась.

В здании дискотеки снова включили свет. Люди загудели и захлопали в ладоши, пока грохот басов их не заглушил. Некоторое время мы молча стояли друг перед другом.

– Это выглядело красиво, то, как ты танцевала, - тихо сказал, наконец, Колин.

Комплимент - он сделал мне комплимент? Или он издевался?

Ты тоже, хотела сказать я, но у меня вырвался только сухой кашель. Мой взгляд упал на кусочек голой белой кожи, которая выглядывала из его открытого воротника рубашки. Я слегка покачнулась. Я чуть просто так взяла и не дотронулась до него.

А я ещё никогда просто так не дотрагивалась до парней. Это было моим железным правилом. Никогда не быть навязчивой. Никогда не делать первого шага. И, конечно, не с кем-то, кто только и ищет мухобойку, которая бы подошла для меня.

– Потому что это было по-настоящему. Это была ты. А никто-то другой, - продолжил Колин.

Вообще это прозвучало не так, как будто он ищет мухобойку. Но мой голос снова не послушался меня.

Внезапно холодный порыв ветра прошёлся по моим волосам. На долю секунды по моему телу прокатилась ледяная дрожь. Колин отвёл взгляд.

– Залезай, я довезу тебя до дома.

О, да конечно. Но как ни странно, я нашла непонятное удовольствие в том, чтобы подчиниться его приказу. Во мне распространилась вялая сонливость.

Когда я охотно опустилась на кожаное сиденье, я вспомнила, не смотря на неторопливость и вялость моих мыслей, папину просьбу. Он увидит, когда Колин меня подвезёт - мне нужно будет выполнить его желание, если он ещё не спит. Но скорее всего он уже спит.

– Ты, - начала я осторожно.

Да, получилось. Я снова могла говорить.