Райвен щелкнул пальцами и генератор затих.

— Чего ты хочешь? — прошептал Главнокомандующий.

— Сними с меня и Айрин Белови все обвинения. Личное дело Пенеолы Кайдис должно быть ликвидировано в течение ближайших десяти минут. Ты знаешь, что со мной тебе тягаться не стоит. Оставь меня и ее в покое: тогда я позволю тебе править здесь и дальше.

— Что-нибудь еще? — спросил маршал, с нескрываемой ненавистью глядя Райвену в глаза.

— Отдай приказ о наступлении по всем фронтам.

— Что?! Ты в своем уме?!

— Сайкайрус обречен, Сэнтли. Они нашли способ нанести удар прямо в тыл и не остановятся до тех пор, пока не разгромят нас. Переброску своих войск на Атрион Ассоциация начала три дня назад. Сейчас ее позиции по периметру ослаблены. Воспользуйся ситуацией и нанеси ответный удар.

— Сдать им Сайкайрус ради призрачной надежды добраться до Деревы?!

— Да, Сэнтли. Если у тебя не получится, война будет проиграна.

— Но…

— Иногда нужно проиграть бой, чтобы выиграть сражение.

— Если ты все знал, почему молчал так долго?

— Потому что изменить что-либо было нельзя.

— И после этого ты называешь себя «человеком»?

— Я чудовище, Сэнтли. И будь благодарен Юге за то, что я воюю на твоей стороне.

Айрин бросилась к лестнице, на ходу скидывая с себя туфли. Сперва, нужно было разбудить Ри. Именно ему Айрин собиралась поручить миссию эвакуации остальных с поверхности Сайкайруса. Айрин бежала по коридору второго этажа, пытаясь отыскать в полутьме комнату Ри, когда услышала голос отца внизу, в холле:

— Мне только что передали эту запись. Ты должен это видеть.

— Где она? — раздался приглушенный голос Ри.

— В кабинете. Пойдем.

Айрин хотела было их окликнуть, свесившись с перил центральной лестницы, но опоздала: хлопнула дверь кабинета и кричать стало бессмысленно. Айрин сбежала вниз, бросаясь следом за Ри и отцом. Ее пальцы коснулись ручки двери и Айрин замерла:

— За свои слова нужно отвечать, Айя. Я научу тебя этому, раз твоя мама этого не сделала.

— Мама!!!

— Все хо-ро-шо, А-айя. Ты все сде-ла-ла пра-а-авильно…

— Вы все записываете?

— Да, госпожа.

— Я хочу, чтобы эту видеозапись отправили в МВС. Думаю, Орайе Сиа будет интересно взглянуть на сцену прощания своей жены с его матерью.

— Ублюдки!!! Вы все издохните здесь, так и не узрев песков Сатриона и то, что сделали с Изоном!!!

— Плевать нам на Сатрион! И на твой Изон тоже! Заприте ее в меркапзановой комнате. Через несколько минут я продолжу допрос.

Айрин прижалась ухом к дверной щели и продолжила подслушивать.

— Значит. Квартли больше нет, — произнес Ри.

— А Айя действительно в плену, — подытожил отец. — Что теперь нам делать? Если остальные увидят эту запись — удержать их здесь станет попросту нереально!

— Спрячь это и никому не показывай! — повысил тон Ри. — От Райвена до сих пор нет вестей, а доверять Паоле мы не можем.

— Но это она передала нам запись!

— Тем более. На что она надеялась, отправляя это сюда?

— Паола настаивает на убийстве Орайи. Если Орайя вернется на Сатрион — Гвен потеряет Айю.

— Если Гвен потеряет Айю — мы потеряем Гвена.

— Ри, жизнь девочки зависит от нас.

— От нас много чего зависит, Герольд. Гвен не станет убивать Айю. Она слишком ему нужна.

— Но, Орайя…

— Когда Орайя проснется, от него будет требоваться только одно: найти Айю на Дереве. Полагаю, с этой миссией он будет в состоянии справиться.

— Ублюдок… — прошептала Айрин.

В кабинете повисла тишина.

— Входи Айрин, — наконец, раздался голос Ри. — Судя по всему, тебе есть что нам сказать!

Айрин отворила дверь и встретилась глазами с Ри Сиа. Затем ее взгляд переместился на отца.

— Кто дал Вам право решать за других? — громко произнесла Айрин. — С каких пор Вы определяете: кто будет жить, а кто может и умереть? Она, — Айрин указала рукой на голографическое тело Айи, распластанное на ковре посреди кабинета — ни в чем не виновата. Сначала они сведут ее с ума, а затем убьют! Этого Вы ждете?

— Мы успеем ее спасти! — запротестовал Ри.

— Как успели спасти меня? — прокричала Айрин, продолжая указывать пальцем на Айю. — Юга… Где же Вы потеряли свою человечность, Ри? Где ты оставил свою совесть, папа?