– Это пустые угрозы! – крикнул со ступеней Райд Асмуд. – Он сам натравил этого демона и сейчас ответит за это! Арестовать его!

– А ты успеешь защитить всех? – спросил я. – В бою ведь всякое может случиться.

Он замер и с усмешкой посмотрел на меня.

– Возможно, я и погорячился. Демоны порой нападают на людей. Например, они могут случайно напасть на дом уважаемого помощника императора Маэла Лебовского и убить его дочь, к слову, полукровку. Отродье демонов!

– А могут и тебя убить, – тихо сказал я, шагнув к нему и собирая силу для удара.

– Маэл Лебовский! – Зычный окрик остановил меня.

Я повернулся. На улицу выезжали гвардейцы императора в полном обмундировании и с оружием. Лошади, не боявшиеся ни магии, ни стрельбы, нетерпеливо фыркали и рвались в бой.

– Сэр, вам послание от его величества! Данте Лебовский! Его величество приглашает вас на срочную аудиенцию!

На небольшом листке бумаги быстрым почерком Аврелия было написано: «Не вмешивайся!» Я с трудом взял себя в руки.

Данте с улыбкой поклонился своим врагам и пошел к гвардейцам. Лартанал выразительно зевнул и исчез.

Император был невозмутим. Данте мерил шагами кабинет, не в силах успокоиться. Я не мог отделаться от мысли, что было бы неплохо выпустить в Сенат пару-тройку особо голодных демонов. А Аврелий был спокоен. Он иронично улыбался и успокаивал нас с Данте.

– А насколько законно то, что они сделали? – спросил я.

– Вопрос дня, – усмехнулся Аврелий. – Вот только ответ на этот вопрос дадут победители.

– И все-таки.

– Да это не имеет никакого значения. Эти ребята забыли, что, так или иначе, закон не вступит в силу, пока я его не подпишу.

– А вы подпишете его? – спросил Данте.

– Конечно, – улыбнулся Аврелий. – Это будет забавно… посмотреть на то, как заговорщики ломятся в открытые ворота.

Мы с Данте переглянулись. Райхенские императоры правят хитростью, а не силой. Что, интересно, он задумал?

– Данте и Маэл, вам надо быть осторожней. Вас сейчас слишком легко убрать. Маэл, продолжай свое расследование. Думаю, что теперь Темные маги будут менее осторожны.

– Что делать с заговорщиками?

– Пока ничего.

Мы с Данте опять переглянулись.

– Маэл, ты все время говорил о том, что пора проводить реформы. У меня уже начало скулы сводить с тоски от тебя. Можешь этим и заняться.

Аврелий хитро улыбнулся мне.

– То есть…

– Да, все твои бредовые идеи о реформировании армии и создании профсоюза рабочих. Занимайся ими, раз тебе делать больше нечего. Только учти, что с завтрашнего утра у меня отпуск.

Я озадаченно почесал затылок. Нет, все было понятно, но… Вот лис!!!

Гвардейцы предложили проводить меня до дома, но я отказался.

Сейчас мне очень хотелось, чтобы кто-нибудь попробовал напасть на меня. Вот хоть кто-нибудь. Я бы его даже убивать не стал.

Мимо меня пробежала девушка в коричневом пальто и прямо в руки сунула мне листовку. Я удивленно посмотрел ей вслед: похожа на студентку, нет только значка университета. Девушка быстро раздавала листовки и, завидев жандармов, поспешила убежать.

Листовка удивила меня еще больше. В глаза сразу бросались два слова: «Долой монархию!» Ниже шел набор лозунгов, бессмысленных, глупых и цепляющих. Вроде «землю крестьянам» и «фабрики рабочим», а также «долой» – армию, жандармерию и все остальное.

Многие люди комкали листовки и выбрасывали в урны, но некоторые читали и задумывались. Жандармы предпочли сделать вид, что ничего не замечают. Хотя что они могли сделать? В законах Райхенской империи просто не было ни одной статьи, касающейся призывов к смене формы правления. Никому никогда и в голову не приходило не то что свергнуть конкретного императора, а разрушить сами устои страны.

До дома я решил проехать на трамвае. Сидя в вагоне второго класса, внимательно слушал разговоры. И ничего хорошего не услышал.

Дома было шумно и весело.

В гостиной Софья занималась с Араэл. Дочка стояла в центре комнаты со стопкой книг на голове, а Софья разъясняла ей правила этикета и время от времени стучала деревянной линейкой по спине. После очередного удара Араэл зашипела, оскалилась и выпустила когти.

– Следите за манерами, юная леди! – Седая женщина невозмутимо хлестнула линейкой по ладоням полудемоницы и продолжила урок.

Я озадаченно почесал затылок. Всех прочих учителей до смерти пугали одни только глаза Араэл. Вот что значит опыт работы в школе!