Немного свободного времени у меня появлялось только вечером. Но нечего было и надеяться отдохнуть в тишине. В моем доме теперь всегда было шумно. Сейчас вот Далия и Инга бурно спорили, стоя над растерявшейся Араэл.

– Неправильно!

– А я говорю – правильно!

– Только дураки так делают!

– Сама дура!

– Тихо! – гаркнул я. – В чем дело?

Хором, перебивая друг друга, девчонки поведали мне, в чем причина их спора. Пытаясь объяснить Араэл особенности одного хитрого плетения, они сами в нем запутались и теперь отчаянно пытались выяснить, кто из них прав.

Я тяжело вздохнул и закрыл лицо рукой.

– Араэл, покажи, как ты делала.

Она показала.

– Вот так правильно, а вы обе ошибались.

– Но почему?!

– Так же неправильно?!

– Потому что Араэл учится боевой магии. А вас учили обычной. Вы делаете все изящно и экономично, а надо быстро и эффективно. Понятно?

– Да, – хором ответили они.

– Араэл, продолжай тренироваться. А вы обе марш перечитывать учебник и учить все заново!

Немного посмотрев за Араэл, я пошел за вином в погреб, а потом поднялся в гостиную. Там был только скучавший Тирион. Я поставил на стол бутылку вина и взял два бокала.

– Не стесняйся. – Я махнул рукой на вино.

– И не собирался, – буркнул Тирион, наливая себе полный бокал.

– Как же все это утомляет…

– Что именно? Возня с этими девчонками?

Тирион относился к Далии и Инге как к младшим сестрам, несмотря на то что они были старше него.

– Да нет, с ними мне как раз интересно, – невольно улыбнулся я.

– Понятно. Но у тебя-то есть выбор, в отличие от меня. Ты все за меня решил.

– Да хватит тебе. Можно подумать, я тебя действительно силой заставил работать на себя.

– Силой не силой, но желания моего ты не спрашивал!

– Пей вино и не бурчи.

– Имею право.

Усмехнувшись, я подлил себе и ему вина.

– Харальд письмо прислал, – сказал Тирион. – Они с Лирой собираются пожениться.

– Вот как? Рад за них. Они сейчас в Риоле?

– Да. Харальд назначен в штаб Восточной армии.

– Завидую я ему, – негромко сказал я.

– Чему? Помолвке или штабной должности?

– И тому и другому, а еще тому, что Риол далеко от Райхена. Там спокойно…

– А кто тебе мешает в Риол перебраться?

– Кто-то же должен здесь дело делать!

– Часто я тебя совсем не понимаю…

– Все просто, Тирион. Где ты потерял глаз?

– В бою под Санторином.

– А что ты там делал?

– Воевал, – удивленно ответил Тирион.

– Почему?

– Что значит «почему»? Воевал, потому что мог, потому что была война!

– Только поэтому?

Я рывком поднялся и с едкой улыбкой посмотрел в глаза алхимику.

– Или, может быть, потому, что воевала твоя страна?

– Да я… – резко начал парень, но сразу осекся. – Я не знаю.

– Зато я знаю. Ты воевал, потому что был солдатом. Не больше, но и не меньше. А я – цепной пес. Не больше и не меньше.

Только вечером дом затих.

Арья уже лежала в постели и читала книгу. Из чистого любопытства я глянул на название, написанное аэльскими рунами: «Тайны Пути и ключи к нему». Насколько я помнил, «Путем» аэльцы называли смерть.

Я разделся и лег рядом. Одно только присутствие Арьи рядом меня успокаивало и расслабляло. Тревожные мысли, страхи и проблемы покорно уходили. Даже кошмары меня не беспокоили, когда моя ша’асал была рядом.

– Устал?

– Очень. Не знаю, что делать. Как только Аврелий живет так уже двадцать лет? Не понимаю.

Арья выключила свет и подвинулась ко мне.

– Он ведь император.

– Да. А я просто маг. И попытка решить всего одну проблему в стране меня сводит с ума.

– Даже вернувшись из ада, ты так и остался слабаком, – язвительно произнесла девушка.

Я усмехнулся и посмотрел на Арью. Мне всегда нравилось смотреть на нее в темноте. Особенно завораживали ее глаза. Зеленые, с загадочным блеском в полумраке комнаты, они без всякой магии околдовывали меня.

– Да, ты права.

Только со своей подругой и ша’асал я мог быть столь откровенен. Скрывать свои чувства просто не имело смысла. Только одно я таил от Арьи. Лишь в одном боялся ей признаться.

Я привлек девушку к себе и погладил ее по спине. Арья тихо вздохнула и только теснее прижалась ко мне. Я знал, что она не будет против более откровенных прикосновений, но после любой самой прекрасной ночи неизбежно наступает утро…

На следующий день я встретился с Мелиссой. Она успела подготовить целый доклад о деятельности профсоюзов и о проблеме в целом. И выводы были неутешительными.