Маке

Иногда широкая молния являлась из-за туч и, словно чудовищный ятаган, рассекала надвое небо и воду.

Дюма

Время от времени широкая молния озаряла весь край неба, змеилась над черными купами деревьев и, словно чудовищный ятаган, рассекала надвое небо и воду.

Маке

Миледи, которую вели двое слуг, доставили на берег реки. Уста ее были безмолвны, но глаза говорили со свойственным им неизъяснимым красноречием. Она поочередно молила каждого, на кого устремляла взгляд.

Дюма

Гримо и Мушкетон увлекали вперед миледи, держа ее за руки; палач шел за ними, а лорд Винтер, д’Артаньян, Атос, Портос и Арамис шли позади палача. Планше и Базен замыкали шествие.

Слуги вели миледи к реке. Уста ее были безмолвны, но глаза говорили со свойственным им неизъяснимым красноречием, умоляя поочередно каждого, на кого она устремляла взгляд.

Маке

По дороге она сказала:

— У меня есть пятьсот пистолей, чтобы дать вам, если вы поможете мне бежать, но если вы предадите меня в руки ваших господ, знайте: вы будете убиты.

Дюма

Воспользовавшись тем, что она оказалась на несколько шагов впереди остальных, она сказала слугам:

— Обещаю тысячу пистолей каждому из вас, если вы поможете мне бежать! Но если вы предадите меня в руки ваших господ, то знайте: у меня есть здесь поблизости мстители, которые заставят вас дорого заплатить за мою жизнь!

Маке

Гримо колебался. Мушкетон дрожал всем телом.

Атос, услыхавший разговор, подошел; лорд Винтер последовал его примеру.

— Уберите этих слуг, — сказал он. — Она говорила с ними, на них уже нельзя полагаться.

Дюма

Гримо колебался. Мушкетон дрожал всем телом.

Атос, услыхавший голос миледи, быстро подошел; лорд Винтер последовал его примеру.

— Уберите этих слуг, — сказал он. — Она говорила с ними, на них уже нельзя полагаться.

Атос подозвал Планше и Базена, и они сменили Гримо и Мушкетона.

Маке

Доставив лодку к берегу, четверо судей дали знак палачу, который связал миледи руки и ноги. Тогда она воскликнула:

— Вы трусы, вы жалкие убийцы, я женщина и жертва ваших страхов и вашей клеветы. Берегитесь! Меня спасут и отомстят за меня!

Дюма

Когда все пришли на берег реки, палач подошел к миледи и связал ей руки и ноги.

Тогда она нарушила молчание и воскликнула:

— Вы трусы, вы жалкие убийцы, вас собралось десять мужчин, чтобы убить одну женщину! Берегитесь! Если мне не придут на помощь, то за меня отомстят!

Маке

— Вы не женщина, — ответил Атос холодно, — вы чудовище, вы не человек. Вся ваша жизнь — череда преступлений и ужасов. Мы доказали, что каждый из нас подвергался опасности от стали или яда, направленных вашими друзьями, другие убийцы преследовали наших друзей, и это заканчивалось гибелью. Посмотрите на себя в этот высший час, и вы увидите дурные страсти, любовь, превращенную в разврат, кровь, алчность, злобу под внешним покровом красоты. Мне жаль вас, мадам, но это не я сегодня выношу вам приговор и убиваю вас, это ваш брат, ваш любовник, ваш муж, чьи тени витают над вашей головой и вызывают ужас на вашем лице. Они восклицают: «Смерть!» Чтобы очистить вашу душу, мадам, попытайтесь молиться Богу, люди ничего не могут сделать для вас.

Дюма

— Вы не женщина, — холодно ответил Атос, — вы не человек — вы демон, вырвавшийся из ада, и мы заставим вас туда вернуться!

Маке

— Но кто посмеет тронуть волосок на моей голове? Вы, добродетельные господа? Это тоже убийство!

— Палач не убийца, мадам, — ответил человек в красном плаще, ударяя по своему широкому мечу.

Дюма

— О добродетельные господа, — сказала миледи, — имейте в виду, что тот, кто тронет волосок на моей голове, в свою очередь будет убийцей!

— Палач может убивать и не быть при этом убийцей, сударыня, — ответил человек в красном плаще, ударяя по своему широкому мечу. — Он последний судья, и только. Nachrichter, как говорят наши соседи-немцы.

И так как, произнося эти слова, он связывал ее, миледи испустила дикий крик, который мрачно и странно прозвучал в ночной тишине и замер в глубине леса.

Маке

— Но вы не судьи! — кричала миледи, и ее крик раздавался в густом ночном лесу.