В храме А был также найден весьма любопытный предмет из бронзы, представленный на рис. 36, который, как кажется, является хирургическим инструментом; далее, многочисленные броши из меди со спиральными или шарообразными головками. Рис. 37 – это неорнаментированное терракотовое пряслице, судя по всему, оно было прибито к стене медным гвоздем, который сохранился, и его круглая головка ясно видна на гравюре. Присутствие этого гвоздя в пряслице, видимо, подтверждает мое мнение о том, что все эти пряслица были вотивными приношениями Афине Эргане, богине-покровительнице Трои.

Что касается золота, в храме А был найден лишь небольшой, простой и неорнаментированный амулет для ношения на лбу и головка посоха или скипетра с геометрическим орнаментом, выполненным в технике штамповки, которую я воспроизвожу здесь на рис. 38. Оборотная сторона этого изделия не оставляет никаких сомнений в том, что оно использовалось как навершие посоха. Как раз впереди храма А, примерно в ярде к югу от его ант, был найден пучок из десятка медных брошей с круглыми головками, перемешанных с серьгами из серебра и янтаря; они были соединены вместе цементирующей силой карбоната меди; снаружи этот пучок тем же самым образом «склеился» с золотой сережкой, которая ясно видна на рис. 39. Мы увидим, что эта золотая сережка той же формы, что представлена на рис. 754–764 в «Илионе». Ту же форму имеют и другие сережки, однако их не очень хорошо видно на рисунке, поскольку можно разглядеть только часть их.

Касательно этой золотой сережки, которая сделана из сваренной золотой проволоки, я могу заметить, что искусство производства золотой проволоки и изготовления из нее предметов искусства упоминается у Гомера и приписывается им Гефесту, который изготовил из золотой проволоки гребень шлема Ахилла [142] и бахрому щита Афины [143] ; кроме того, он изготовил проволочную сеть, чтобы поймать Ареса и Афродиту (однако какой это был металл, не говорится), которая была тонка, как нити паутины [144] .

Рис. 36. Хирургический инструмент. В половину натуральной величины. Найден на глубине 8,5 метра

Рис. 37. Терракотовое пряслице, в которое воткнут медный или бронзовый гвоздь с круглой головкой. Масштаб 1:3. Найдено на глубине 8,5 метра

Рис. 38. Навершие посоха или скипетра с геометрическим орнаментом. Масштаб 2: 3. Найдено на глубине 8,5 метра

Рис. 39. Пучок бронзовых брошей, перемешанных с сережками из серебра и электра и сплавленных вместе цементирующим действием дигидроксокарбоната меди; снаружи прилепилось золотое кольцо. Масштаб 2:3. Найден на глубине 8,5 метра

Весьма замечательно, что искусство пайки, которое было в Трое общеизвестно и сотни примеров которому мы находим здесь (как, например, золотой кубок на рис. 772 и все золотые серьги, такие так на рис. 694, 695, 698–708, 752–764 в «Илионе»), было полностью неизвестно в Микенах [145] , где в тех огромных золотых сокровищах, которые я открыл в царских могилах, не найдено никаких его следов, хотя эти могилы, несомненно, говорят о более высоком развитии цивилизации, нежели троянские древности. Я уже говорил в т. 2 «Илиона» на с. 113, что, согласно г-ну Карло Джулиано, знаменитому лондонскому златокузнецу и ювелиру – специалисту по древностям, который любезно посвятил шесть часов своего драгоценного времени тому, чтобы осмотреть вместе со мною троянские сокровища, «эта пайка могла быть произведена только путем смешения серебра с золотом, очень тонкой ковки этой смеси и разрезания ее на очень маленькие кусочки, которые затем расплавлялись, в то время как чистое золото не плавилось; таким образом, пайка производилась очень легко с помощью этой смеси и небольшого количества буры: вместо буры могло использоваться и стекло». Однако г-н Ахиллес Постолаккас, хранитель Национальной коллекции монет в Афинах, привлекает мое внимание к тому факту, что, хотя именно таков метод пайки, используемый г-ном Джулиано и всеми златокузнецами и ювелирами нашего времени, древние, конечно, паяли не таким способом, ибо им было известно искусство припаивания золота к золоту без какой-либо примеси серебра и без буры. Лучшее доказательство тому – то, что вся золотая пайка, производимая сегодня (вследствие присутствия серебра и буры), имеет темный оттенок, в то время как вся древняя золотая пайка, которую мы когда-либо видели, совершенно чиста. Искусство спаивать золото с золотом, не употребляя ни серебра, ни буры, было вполне известно троянским ювелирам, ибо вся пайка на троянских драгоценностях совершенно чиста, и даже в самую сильную лупу на ней нельзя увидеть какого-либо темного оттенка. В самом деле, нельзя смотреть без восхищения на троянскую филигрань (как на образцах на рис. 830, 831, 834, 835, 841–844 в «Илионе»), когда мы видим, что в такой глубокой древности, как та, к которой принадлежит эта работа, златокузнецы безо всяких увеличительных стекол могли спаивать такие почти микроскопические гранулы с искусством, которое ныне бросает вызов пониманию искуснейших из искусных. Это искусство утрачено, и мы не знаем, будет ли оно когда-либо изобретено заново.

Искусство пайки было, безусловно, известно во времена Гомера, поскольку он упоминает принадлежащую Елене серебряную корзину с золотыми краями [146] . Серебряный сосуд для смешения вина, который Телемах получил от Менелая, также был украшен золотым ободком [147] .

Что касается золотой бутыли на рис. 775 в «Илионе», я могу заметить, что золотые бутыли, содержавшие растительное масло, упоминаются и у Гомера [148] . Я даже полагаю, что гомеровское слово, обозначающее бутыль – «лекиф» , возможно, не что иное, как сокращение от , то есть , сосуд, содержащий масло. Произведение от – «трещать, звучать» – совершенно невозможно.

Здесь я могу сказать относительно любопытного золотого украшения, воспроизведенного в «Илионе» на рис. 836, 838 и 853, множество прекрасных образцов которого я обнаружил в Трое и достаточное количество – в Микенах [149] , что совершенно такое же украшение, но из меди было найдено в древнем погребении в окрестностях Болоньи и хранится в музее этого города. Весьма любопытно, что шесть украшений точно такой же формы были найдены Бастианом среди древних петроглифов Сабой на Рио– Суарез или Саравите в Колумбии [150] .

Узор, похожий на очки, подобный изображенному в Илионе на рис. 834, 835, 848, 849, который встречается также семьдесят два раза на двух браслетах на рис. 873, 874, является также довольно частым на микенских украшениях (см.: Mycenae. № 266, 292, 295, 296, 305, 458, 500) и был найден Обществом любителей археологии Кавказа во время раскопок в некрополе Самтавро близ Мцхета, древней столицы Грузии [151] . Этот же узор можно видеть и на бронзовом украшении, найденном близ Лопехнена в Пруссии [152] , еще на одном в музее Митавы [153] , на украшении из Королевского музея в Берлине [154] и на другом, в музее Ганновера [155] . Этот спиральный орнамент, напоминающий очки, можно также видеть в форме для отливки ювелирных украшений, которая была найдена сэром Э.Х. Лэйардом во время раскопок в Куюнджике [156] . Профессор Рудольф Вирхов обнаружил такой же похожий на очки спиральный орнамент на бронзе во время своих раскопок доисторического кладбища Кобана [157] . В то же время [158] он напоминает нам, что месье Дезор нашел в озерных жилищах Овернье бронзовую (?) сережку, к которой был подвешен подобный же орнамент и что доктор Виктор Гросс обнаружил одну такую же золотую в озерных жилищах Мерингена [159] , а г-н Анджелуччи владеет несколькими такими образцами из Неаполя и Ордоны. Похожий на очки орнамент обнаружен также в гробницах Спарты [160] .