Парни и девушки молча смотрят на Матвея.

– Значит, я в вас не ошибся. Тогда – выступаем. Но сначала нужно взять оружие.

Светает. Члены коммуны бредут по лесу. У Матвея и парней – автоматы Калашникова. У двух девушек на плечах спортивные сумки.

Они выходят к деревне. Она выглядит заброшенной, кроме крайнего дома. Во дворе сушится на веревках белье. Из трубы идет дым.

– Вот от них идет зло, – говорит Матвей. – От инородцев. Они приносят сюда свою поганую веру. По ней они не признают за людей тех, кто не верит в их бога. То есть нас. Они приносят сюда свои поганые законы, поганые понятия. Если им дать волю, они захватят здесь все. Мы не должны этого допустить.

Матвей шагает к дому, на ходу снимая автомат с плеча. Он подходит к калитке, дергает за ручку. Она не открывается. Матвей отходит назад, разгоняется, выламывает дверь плечом. Начинает гавкать собака на цепи. Он стреляет в нее. Собака падает. На крыльцо выскакивает азиат в спортивных штанах и телогрейке. Парень в синей куртке прицеливается, стреляет. Азиат падает с крыльца. Матвей показывает парню большой палец. В доме слышны шум, крики. Матвей взбегает на крыльцо, остальные – за ним. Он заходит в дом. Слышен разговор на чужом языке, плач ребенка.

– Все мужчины – на улицу! Женщины, дети – собраться в одной комнате!

Рассвело. С неба сыплется мелкий дождь. Члены коммуны стоят у крыльца. Парень в «аляске» держит, кроме своего «калаша», охотничье ружье с патронами. В доме – крики, детский и женский плач. У поленницы переминаются с ноги на ногу четыре азиата тридцати – сорока лет.

– Ключи от машины. – Матвей кивает на стоящий во дворе УАЗ.

Самый старший азиат роется в карманах куртки, находит ключи, отдает. Матвей кладет их в карман.

– Теперь – выстроились. Спиной к поленнице.

Азиаты начинают кричать:

– За что? Мы ничего не сделали! В чем дело? За что?!

Из дома по-прежнему слышен детский и женский плач.

– Вы конкретно, может, и не виноваты. Но всему пришел пиздец. Так что… – Матвей оглядывает своих ребят. – Ты, ты и ты. Приготовиться.

Парень в «аляске», парень в синей куртке и девушка в черном пальто становятся рядом, направляют автоматы на азиатов, снимают с предохранителя. Один азиат падает на колени. Другие причитают:

– Не надо… Пожалуйста… Не надо… Мы не виноваты!

– Огонь! – командует Матвей.

Раздаются очереди. Азиаты падают. На поленьях в поленнице – свежие пятна крови.

– Все в машину! – кричит Матвей.

УАЗ останавливается у отделения полиции в районном центре – это одноэтажное здание из белого кирпича, с двускатной шиферной крышей и зарешеченными окнами. За оградой – полицейский УАЗ и «пятерка».

Матвей и его ребята, все с автоматами, выпрыгивают из машины, вбегают в отделение. Слышны автоматные очереди.

У ограды отделения – несколько полицейских машин, две «скорые», «Урал» с ОМОНом, черный внедорожник Range Rover. У внедорожника стоит Завьялов, с ним – его замы: полковник Кутепов и полковник Нигматуллин.

– Сколько их человек? – спрашивает Завьялов.

– Точно неизвестно. Но если приехали на одном УАЗе, то десять – максимум. Я связался с Воронько – он уже выехал. Сказал, что, когда был там, видел около пятнадцати человек.

– Людей в эту блядскую секту отправили?

– Отправили.

– Какие потери личного состава?

– Тоже неизвестно. Очевидцы слышали автоматную стрельбу. Рации не отвечают. Эти отморозки говорят, что у них в заложниках пять сотрудников отделения.

– Что еще говорят? Требования предъявляют?

– Да. Но бред какой-то. – Нигматуллин взмахивает листком бумаги. – Вот расшифровка разговора по телефону – их главарь сам позвонил в администрацию губернатора, потребовал, чтобы его с ним связали. Ну, а они, естественно, просигналили… – Он начинает читать. – Требование первое и единственное: срочная отставка губернатора и назначение меня, Матвея Крыленко, губернатором области. Первым моим решением в должности будет выход области из состава Российской Федерации и провозглашение губернаторской республики. Все лица, имеющие отношение к криминалу, а также агрессивные представители инородческих религий будут сразу же депортированы… Итак, я жду – во-первых, приказ об отставке губернатора, во-вторых – три автомобиля для меня и соратников, чтобы отвезти нас в администрацию…

Завьялов прерывает его, махнув рукой.

– Все ясно. Приказываю: готовиться к штурму.

– Может, вызвать спецназ? – спрашивает Кутепов.

– Не надо. Справимся своими силами.

Завьялов прислонился к джипу, курит. Рядом стоит Воронько.

Вокруг суетятся полицейские, персонал «скорых». На носилках несут омоновца, его бушлат в крови, лицо накрыто тряпкой.

– Поработай с ними очень жестко, – говорит генерал. – Было бы очень хорошо, если бы они оказались причастны и к нападениям на полицейских, судью… Ну, ты понял…