Он дернулся, как от удара током.

Вырезанные на груди Титуса буквы тоже были заглавными!

Уффф, под балдой куда лучше. Думать не надо.

Может, Криста чего подскажет?

– «Ну-ка, бл. ь, налей бокал, хахалек твой прискакал!» – весело спел Сато. – Ик-к-к, ты девонька, не обращай внимания… Вот что. Ты… – он напряженно пытался поймать ускользающую мысль. Нет, никак. Сато с размаху стукнул себя основанием ладони под нос. Кровь весело закапала на губы и подбородок, но тем не менее, боль возымела ожидаемое действие.

– Криста, внимательно… Да слушай же, ну пожалуйста! – Она, хохоча, уворачивалась от него и пыталась задрать подол халата с тем, чтобы показать ему «это»… Наконец, поймав ее, он влепил ей три затрещины, одна сильнее другой. Кровь полилась из носу и у нее.

– Ну вот, вас, мужиков, не понять – то трахаете, а то деретесь… – капризно заныла она, но взгляд ее стал более осмысленным.

– Быстро! – Сато впился ногтями в ее плечи. – Для чего… нет, не так… С какой целью… Да что же это… Ф-ф-ффууу… Буквы! – заорал он. – Формулы, буквы, структуры, буквы, понимаешь? Эф-и-эй-ар-эм-и – это что? Ты знаешь? Под структурой Хольмгрена были эти буквы, а Найджел назвал так наркотик… – он повернулся к весело кивающему головой призраку Слоана-старшего. – Ну объясни ей сам, черт тебя побери! Криста, милая, эти буквы… Слэнг-название наркотика… Понимаешь?

– Отцепись, дрянь! Плечо раскровил! А я, дура, думала, мы с тобой деток застрогаем… – она вырвалась из его рук и, пошатнувшись, неожиданно серьезно и вполне отчетливо сказала:

– Фенилаланин-глютамат-аланин-аргинин-метионин-глютамат … Эф-и-эй-ар-эм-и… – Пропела она на манер популярной детской песенки. – Каждая из двадцати природных аминокислот обозначается одной буковкой – так проще, когда надо формулы пептидов выписывать, они же до чертиков длии-и-и-иннющие… Понял, глупышок?

Она игриво размазала ему кровь на губах, но Майкл не обратил на это внимания. Он был пригвожден к месту простотой изобретения Слоана-старшего.

Шесть букв. Шесть аминокислот… Шесть.

Формула противоядия.

Сидящие на рыбьих потрохах Слоаны беззвучно зааплодировали.

– Зачем ты такой яркой помадой губы красишь? Ты же не голубой, правда? – Криста проскандировала: —«Ну, а если голубой, не водиться мне с тобой …»

– Криста, давай, детка. Давай, попробуем, ну, пожалуйста… – Сато тянул ее к «Квесту», который белел на фоне мрачных гор отбросов, ставших вдруг непреодолимо огромными.

Он не умел водить гибрид. Но выбора не было.

– Есть еще вот такая болезнь… Клаустрофобия… Знаешь? – пыхтел Майкл, беспорядочно тыкая в многочисленные кнопки, которые издевательски подмигивали ему лампочками. Девушка мирно устроилась у него на коленях, расположив голову в опасной близости от его паха. Какие губы… Он снова стукнул себя в нос: – Сосредоточься же, гнида!

Эта кнопка? Нет, не она – не фурычит. Может, эта? Зеленый цвет кнопки сменился оранжевым. Что-то громко зажурчало под брюхом гибрида. Майкл икнул от смеха, потом расплакался.

Нет. Бесполезно. «Квест» не заводился. «Тщетно, Сетанта…»

Где-то далеко, в стороне моста Бэй Бридж небо озарилось пульсирующими сиренево-малиновыми сполохами, которые начали неумолимо приближаться к ангарам Хантерс Пойнт.

Точно, фосфомагниевые. Похоже, стратолеты начали оттуда, с другого конца свалки.

Уолден спешил уничтожить «Кассио-45». В первую очередь.

Скорее всего, потом он примется за сам город.

Скорее всего.

А-а-а, пополам. Он закрыл глаза. Шлеп-п-п… Капля крови из носу упала Кристе на висок. Не просыпаясь, она мурлыкнула по-кошачьи и укусила Сато за бедро. Майкл непроизвольно дернулся и нажал коленом на какую-то штуковину под штурвалом. Раздалось негромкое жужжание, потом щелчок; заслонка на приборной панели отъехала в сторону… Экран компьютера-бортовика загорелся обнадеживающим голубым светом.

Буквы на экране прыгали и пытались улизнуть за правый край, но ускользающим в тихую заводь дурмана сознанием Сато все же сумел осмыслить написанное и нажать кнопку «Enter».

Шестнадцать стратолетов 11-й Бомбардировочной Армады авиации стратегического назначения, выстроившись в боевой порядок, методично обрабатывали фосфомагниевыми бомбами городскую свалку Сан Франа. При постановке задачи пилотам и штурманам было сказано, что ночная бомбардировка является профилактической мерой от эпидемии чумы, которая разразилась в городе после биологического теракта. Крысы, дикие кошки, змеи и прочая живность, окопавшаяся на свалке, не дают возможности качественно провести плановые санитарно-эпидемиологические мероприятия в городе, к выполнению которых параллельно с выжиганием стратолетами этого крысиного рассадника приступят сотни армейских санэпидемстанций.

Если бы на улице был день, то жители Сан Франа увидели бы завораживающую картину: десятки плоских как блин шестивинтовых вертолетов «Чинук СН-22» зависли над стратегическими точками города – бизнес-дистриктом, мерией, Интернет-Хабом, телегородком, электростанцией Фрисби, над каждой башней сотовой связи…

101-я дивизия морской пехоты, спешно, в течение четырех часов переброшенная под Сан Фран из Кувейта, брала город в осаду.

Жить ему оставалось недолго.