— Такая мудрая мысль, да из уст столь молодого человека, — проговорил Веземир, — что ж, я буду только «за». Мне не нужна напрасная кровь. Ты, Ратибор, отправишься с ними в Северную Пустыню. Это — твои пленники, ты за них и отвечаешь. Смотри, чтоб ничего не замыслили против нас.

— Хорошо, батюшка князь, — с готовностью согласился Ратибор, — но прежде я бы хотел испытать этих троих. Проверить в деле.

— Давай прямо щас, — поднялся Михай из-за стола, — только ты и я.

— В этом нет необходимости, — отрезал Ратибор, — возле лагеря есть проход на Большое Ристалище. Там и попробуете свои силы.

Почему ристалище названо «большим»? Кто его так назвал? Что в нем такого большого? Такими вот праздными вопросами задавалась и Гала, и ее спутники, стоя перед дверью в будку, чуть побольше шкафа. Или деревенской уборной.

— Чего встали? — гаркнул на них Ратибор, невесть уже который раз за сегодня, — вы хоть понимаете, какой шанс вам выпал?

— Да пошел ты! — огрызнулся Михай, — князь же сказал — с колдуном ему без нас не справиться. Ну убьешь ты нас, дальше-то че? Вас Воины Северной Пустыни голодом уморят или конями потопчут.

— Ладно, ладно, — проговорил Боград вполголоса, — мы, по сути, заодно действуем.

— А я знаю, что заодно! — рявкнул Михай, и, не утруждая себя вежливостью, ткнул пальцем в сторону Ратибора, — вот он не понимает. А если понимает, то не хрен на нас орать. Мы тебе не пленники, мы теперь союзники.

— Мы теряем время, — в голосе горца проскользнула какая-то усталость, словно было не утро, а конец дня, — каждый потерянный час — это десятки наших людей псу под хвост. Так что не тяните…

— Ладно, — примирительным тоном бросила Гала и потянула за железное кольцо двери. Шагнула вперед…

Вокруг, насколько хватало глаз, расстилалось чистое, без единой травинки и деревца, поле. И, уж тем более, не было здесь ни малейших признаков гор. Небо из просто пасмурного стало каким-то бесцветным, так что нельзя было увидеть ни солнца, ни облаков. И, что удивительно, потеплело. Не жара, конечно, но терпимо.

— Это как ваще? — пробормотал Михай.

— Да уж, — проговорила Гала, осматривая странную местность, — никак не привыкну, что внешность бывает обманчива. Хоть и психолог будущий. И дверь исчезла. Слушайте, это же как в Святилище Правды!

— Че?! — насторожился Михай, — это че, опять те стервы с плетками?

— Я не о том, — Гала старалась говорить спокойно, хотя от обстановки Большого Ристалища ей было, мягко говоря, не по себе, — а к тому, это какая-то другая грань, не используемая большинством. А внешне выглядит, словно какая-то невзрачная постройка. И со Святилищем Правды то же самое.

— Вас послушать, — съехидничал Боград, — так тут вообще замечательно, будто на ярмарку пришли. Стоим, болтаем. И одна здравая мысль тут промелькнула: двери-то нет. Как выбираться будем?

— А вам не придется отсюда выбираться, — раздался громовой голос в паре метров от путников. Принадлежал он двухметровому, почти квадратному, громиле в пышных серых одеждах и с коричневым, как горький шоколад, лицом, — я, Мабу, победитель непобедимых, заставлю вас остаться здесь навсегда!

— Из тропиков, кажись, — сказал Боград, — а говорит по-нашему и без акцента. Странно.

— Видимо, у Большого Ристалища свои законы, — объяснила Гала, — и разница языков здесь не ощущается.

Темнокожий Мабу, явно ожидавший другой реакции на свое появление, решил взять инициативу на себя. В его руках, чудесным образом оказалось два длинных и тонких лезвия, и он направился в сторону путников.

— А че ты скажешь на это? — Михай извлек из ножен черный клинок. От его матового лезвия словно похолодало в воздухе. Боград и Гала, вопреки воле, почувствовали какое-то оцепенение. Словно их целиком опустили в прорубь.

— А-а-а! — темнокожий воин оказался крепче, поэтому бросился наутек, крича, обращаясь к несуществующей аудитории, — как? Как это может быть? Зачем он здесь?

— Че, классно, да? — Михай одарил спутников улыбкой чемпиона, — не шибко крутой этот Мабу оказался. Сразу в штаны напустил.

— Ты не понял, — произнес Боград, — он испугался не тебя, а меча. Он принял тебя за Смертоносца. Да и меч… я чувствую, он не потерял еще силу. Так что убери его от греха подальше.

— А-а-а, да ты завидуешь? — усмехнулся Михай, — не нравится, что без тебя справились? Да еще какой-то вышибала деревенский.

— Смотрите, — Гала показала на Мабу. Тот не побежал дальше, сидел на земле, уткнув голову в колени, и трясся, как в истерике.

— Ну же, — всхлипнул он, — чего ты ждешь, отродье Бледной Головы? Отсюда выходят только победители.