Подойдя к жене, Билл взглянул на моментальный снимок.

— Что это?

— Так, ничего, — ответила Джинни.

— Там еще одна коробка с твоими вещами.

Джинни кивнула.

— Я сейчас просмотрю.

Еще раз взглянув на фотографию, она сунула ее в правый передний карман шорт и прошла следом за Биллом к гаражу.

На час у нее был назначен визит в парикмахерскую, но уже к половине одиннадцатого утра они закончили разбирать гараж и, съездив сначала в баптистскую церковь, а затем на свалку, вернулись домой пообедать. Обедали они на террасе, а затем Билл принялся мыть посуду, пока Джинни быстро принимала душ и переодевалась. Точнее, он поручил посуду Шеннон. Ибо когда Джинни вышла из ванной, Билл сидел у себя в кабинете перед компьютером, а Шеннон стояла на кухне перед мойкой.

— Он дал мне два доллара, — объяснила она.

— Я работал все утро! — крикнул из кабинета Билл.

— В следующий раз, — сказала дочери Джинни, — я дам тебе три доллара, если ты заставишь его самого мыть посуду.

— Три доллара за то, чтобы ничего не делать? — сказала Шеннон. — Договорились.

— Четыре! — крикнул Билл.

— Три доллара за безделье лучше четырех за работу! — крикнула в ответ Шеннон. — Извини, папа!

Джинни покачала головой.

— Мы еще увидимся.

Как правило, от визита в парикмахерскую Джинни получала удовольствие. Ей нравилось болтать с другими женщинами, узнавать свежие сплетни, не доходившие до школы. Однако сегодня в салоне царило мрачное настроение. Хотя Джинни до сих пор видела Рене исключительно веселой и жизнерадостной, сейчас парикмахер была угрюмой и подавленной. Она почти все время молчала, а если и говорила, то только резкие, короткие фразы.

Остальные посетительницы делились последними новостями. Келли Финч, чей муж владел авторемонтной мастерской, слышала, что «Хранилище» собирается открывать автоцентр, а также заниматься обслуживанием машин и продажей запчастей. Мэри-Энн Робертсон, работающая в «Лоскутном мире», рассказала, что, по слухам, «Хранилище» планирует торговать одеялами по каталогу.

Сначала Рене не вступала в разговор, но в конце концов призналась, что слышала уже не от одной своей клиентки, что в «Хранилище» рядом с кафе открывается салон красоты.

— Совсем скоро, — с горечью закончила она, — деловой центр города полностью вымрет.

Джинни подсознательно уже чувствовала это. Теперь, после слов Рене, она вдруг отчетливо поняла, что Главная улица действительно показалась ей неестественно тихой. Пешеходов почти не осталось, и лишь изредка за окном проезжала машина. Даже в парикмахерской народу было меньше, чем обычно, хотя это никак нельзя было списать на «Хранилище».

По крайней мере, пока что.

— Может быть, вам следует открыть новый салон прямо напротив «Хранилища»? — предложила Мери-Энн. — Тогда всем будет очень удобно ходить к вам.

— На что? — поморщилась Рене. — Я и так в долгах. Где мне взять деньги, чтобы открыть новый салон? — Она покачала головой. — Нет, мне бы с этим управиться…

— Я все равно будут приходить сюда, — заверила ее Джинни.

Остальные женщины дружно поддержали ее.

На какое-то время все разговоры прекратились. Единственными звуками были позвякивание ножниц в руках Рене да шум воды из крана, когда она стала мыть волосы Келли.

— Вы слышали насчет Джеда, не так ли? — наконец нарушила молчание Мэри-Энн. — Джеда Макгилла?

Остальные женщины — те, кто мог, — покачали головой.

— Он пропал.

— Пропал? — спросила Джинни.

— Все считают, он покинул город. Его уже неделю никто не видел, и в «Купи и сэкономь» не знают, будет ли в конце месяца зарплата.

— И что тогда будет? — спросила Келли.

— Не знаю.

— «Купи и сэкономь» не может закрыться. Нам больше негде покупать продукты.

— Можно на рынке, — предложила Рене.

— Ну да, конечно, — презрительно фыркнула Мери-Энн.

— Что ж, надеюсь, в таком случае «Хранилище» поторопится с открытием продовольственного отдела. — Дорин, помощница Рене, усадила Келли в кресло рядом с Джинни. — Нужно же нам где-то покупать продукты.

— Вы действительно хотите покупать продукты в «Хранилище»? — спросила Джинни.

— Но ведь нам нужно где-то их покупать, — повторила Дорин.

Джинни выждала мгновение, однако больше никто не вступил в разговор. Она подумала было о том, чтобы повторить свой вопрос, но затем решила, что вряд ли ей придется по душе ответ, который она услышит, и промолчала.

По дороге домой Джинни проехала мимо нового парка.

Человек двадцать-тридцать мальчишек выстроились в несколько рядов на краю бейсбольного поля. Слева от трибуны стоял стол, а за ним на двух шестах был натянут транспарант, призывающий: «ЗАПИСЫВАЙСЯ В БЕЙСБОЛЬНЫЙ КЛУБ “ХРАНИЛИЩА”!»

Джинни увидела мальчишек лишь мельком, но ей показалось, что они все до одного в одинаковой форме, очень странной. Слишком темной. Чем-то напоминающей военную. На взгляд Джинни, детям такая явно не шла. Это было неправильно.