Шрифт:
Помимо воли Джинни улыбнулась.
— Это точно.
— Заглотила! Крючок, леску и грузило!
— Знаешь, это не так уж невероятно.
Улыбка Барри тотчас же погасла.
— Что правда, то правда.
— Извини, — поспешно сказала Джинни. — Я не хотела…
Барри отмахнулся от ее извинений.
— Не беспокойся, бензин — это, пожалуй, единственное, чем нельзя торговать в универмаге. И даже если «Хранилище» все-таки построит автоцентр и решит торговать топливом, меня это не тревожит. За многие годы у меня сложился круг преданных клиентов. И у меня много друзей в Джунипере. Таких, как ты.
Джинни улыбнулась.
— Барри, я буду приезжать к тебе, даже если твой бензин будет на два доллара дороже, чем у них.
— Черт возьми, в таком случае мне нужно молить Бога о том, чтобы «Хранилище» принялось за меня, — усмехнулся Барри. — Тогда я получу все основания взвинтить цены и заработать целое состояние.
— Тогда я буду заправляться в «Тексако», — сказала Джинни.
— Изменница!
Рассмеявшись, Джинни помахала рукой и направилась к двери.
— До встречи, Барри.
— Увидимся, Джинни!
По дороге домой Джинни все-таки увидела бездомного. Здоровенного бородача в грязной поношенной куртке.
Его заталкивали в черный грузовик «Хранилища» несколько сотрудников «Хранилища» в форме.
Джинни быстро проехала мимо, не желая видеть лица людей из «Хранилища», не желая обнаружить среди них своих дочерей.
Вернувшись домой, она рассказала Биллу об увиденном, и тот молча кивнул, показывая, что сам недавно был свидетелем того же самого.
— Но эти бездомные, — продолжала Джинни, — куда их отвозят? Что с ними делают?
— Не знаю, — устало пожал плечами Билл.
— Наши дочери замешаны во все это.
— Ну, каково иметь в семье членов Гитлерюгенда? [43]
— Не смешно.
— А я не шучу.
Они переглянулись.
— Тебе это ничем не напоминает «Красную гвардию»? [44] — спросил Билл. — А что, если мы сделаем что-нибудь такое, что не понравится Сэм? Она нас заложит? И за нами приедет на черных «воронках» гестапо «Хранилища»?
43
Гитлерюгенд — нацистская молодежная организация в Третьем рейхе.
44
Здесь имеется в виду радикальное молодежное движение в Китае времен «культурной революции», члены которого нападали на представителей интеллигенции.
— Прекрати! — воскликнула Джинни. — Ты меня пугаешь.
— Я сам напуган.
Вечером после ужина Джинни задала этот вопрос Шеннон, и та, залившись слезами, выбежала из комнаты. Приказав Биллу оставаться на месте, Джинни прошла следом за дочерью к ней в спальню.
— Извини, — всхлипнув, сказала Шеннон, бросаясь на шею подсевшей к ней на кровать матери. — Извини.
— За что тебя извинить? — прижала ее к себе Джинни.
— Я ничего не могу поделать. Меня заставляют принимать участие в зачистках.
— Что произошло?
— Я ему не помогала. Я просто стояла. И смотрела. Но я… я не сделала ничего, чтобы ему помешать. Я просто стояла. И смотрела.
— Что произошло? — повторила Джинни.
— Они… они их избили. Бездомных. Избили и загнали в грузовики… и куда-то увезли.
У Джинни по спине пробежала холодная дрожь.
— Куда?
— Не знаю. Нам не сказали. — Шеннон снова начала всхлипывать. — О, мамочка, это было ужасно!
— Все в порядке. — Джинни крепче прижала дочь к себе. — Все в порядке.
— Я ничего не могла поделать!
— Все в порядке, — повторила Джинни.
— Я хотела его остановить, но не сделала этого! Я не смогла!
— Все в порядке. — Джинни еще крепче прижала к себе дочь, и у нее самой в уголках глаз блеснули слезы. — Все в порядке. Все в порядке.
3
Джинни вышла из комнаты Шеннон полчаса спустя.
— И? — спросил Билл.
— Она там была, но только в качестве свидетеля. Она отказалась помогать.
— Помогать в чем?
— Ей известно не больше нашего. Судя по всему, «Хранилище» принуждает своих сотрудников участвовать в так называемых зачистках. Их обучает полицейский, после чего они отправляются, кавычки открываются, зачищать улицы, кавычки закрываются. В случае с Шеннон это означало, что они били бездомных кулаками и дубинками и бросали их в грузовики. Грузовики уехали, и с тех пор этих бездомных больше никто не видел.
— Проклятие! — Билл с силой ударил кулаком по столу.